Князь Сибирский. Том 3 (СИ) - Кун Антон - Страница 40

— Тебе видней, — вновь заржал толстый. — Я не пробовал.

Фон Кляйнен зло посмотрел на собеседника, но сдержался. Ничего не поделаешь, барон был ему нужен.

Спешно убегая из России, Фон Кляйнен не смог договориться с военными о выделении конвоя для экспедиции. А кто-то должен был держать в руках несколько сотен людей. При том, что никто из этих сотен не знал зачем нужен в экспедиции. Все неквалифицированные кадры считали, что идут как подручные спецов, которым всегда нужна помощь. Если бы эти недалекие узнали правду, то дали бы деру или подняли бунт. И то, и другое уже случалось, но лишь поначалу. Теперь Юрген был более бдителен и предусмотрителен.

Прибыв в Будапешт вечерним поездом, Фон Кляйнен оперативно сумел договориться о встрече с человеком, который мог ему помочь. Наемники «барона» отличались беспринципностью и жестокостью, но сейчас именно это и было нужно Юргену. Еще они брали много денег, но это как раз было не важно. Мертвым платить никто не собирался. А доля барона была вполне разумной.

— Сколько человек тебе нужно? — перешел барон к деловому вопросу.

— Не менее двадцати. Оружие, униформа и прочее должно быть свое. Я не снабженец.

— Это уж точно! — красномордый вновь рассмеялся. — Оплата?

— Наемникам по факту выполнения. Тебе сразу.

— Людям нужен аванс. Должны же они содержать семьи, — начал напирать барон.

— Хорошо, — тут же согласился Фон Кляйнен. — Будет десять процентов аванса.

На такие расходы он был готов идти. Тем более, что девяносто процентов от суммы все равно останется у него.

— И еще, — продолжил Юрген. — мне нужны два одаренных. Желательно с даром контроля, не боевики. Найдется?

— Есть, но будет дорого стоить.

— Деньги есть. Аквамариллом возмешь?

— Возьму, — согласился толстяк. — С тобой приятно иметь дело.

Фон Кляйнен вымученно улыбнулся, поднялся со стула, подошел и пожал руку барону. Полагалось поцеловать перстень, но Юрген не собирался так унижаться. В конце концов, это сделка, а не одолжение.

— Когда требуются люди? — спросил барон.

— Одаренные сегодня. По остальным распорядится мой поверенный. Он прибудет вечером.

— Договорились, — усмехнулся толстяк. — Двоих пришлю тебе в отель, как только будут готовы.

— Ты знаешь, где я остановился? — удивился Фон Кляйнен.

Барон вновь заржал в голос.

— Это моя работа, знать, что происходит в городе.

Фон Кляйнен отправился к себе в номер ждать обещанных одаренных. По его прикидкам, из Будапешта нужно было выезжать вечером, так что время у него еще было.

В номере его ждал человек, увидеть которого Юрген надеялся ближе к отъезду.

— Цель обнаружена и идет по заданному маршруту, — отчеканил человек, вскочив едва Фон Кляйнен вошел в комнату.

— Когда прибудет на границу?

— Завтра утром.

— До поезда?

— Предположительно, после.

— Все равно постарайтесь задержать его, насколько сможете. Мне нужно время подготовиться, — отдал распоряжение Фон Кляйнен.

— Все распоряжения уже отданы. В Российской столице тоже ниточки потянули. Будете проводить задержание? — поинтересовался человек.

Юрген глянул на него, решив, что это вообще не его дело, но потом вдруг передумал и поделился мыслями. Иногда ему было приятно допускать кого-нибудь до своих планов. И когда они сбывались, а чаще всего так и было, человек становился восторженным поклонником гения Фон Кляйнена.

— Нет, на этот раз я хочу с ним поговорить. Он уже большой мальчик. Но чтобы он не наделал глупостей подготовка должна быть серьезной.

* * *

Громада дирижабля поднималась над придорожными деревьями, как тень коммунизма над Европой. Нависала, угрожая раздавить.

Я прикинул длину. Не меньше футбольного поля. Не «Гинденбург» конечно, но весьма впечатляющий.

Борис, заметивший в моих глазах интерес, махнул рукой и умчался вперед, предложив следовать за собой.

До причальной платформы дирижабля мы ехали еще минут десять.

Несмотря на колоссальные размеры корпуса, сама гондола оказалась небольшой. Судя по количеству окон и длине, там могло разместиться человек двадцать пассажиров. Но как оказалось, разместиться они там могли с комфортом.

С байкерами я распрощался у самого причала. Борис смог договориться с капитаном, и меня пустили за разумные деньги на борт. Оказалось, что есть пара свободных кают. Немецким я не владел, так что все переговоры вел байкер.

Я занял помещение, что располагалось в самом хвосте и уже из окна смотрел, как удаляется вереница мотоциклов.

Утренний настрой на приключения вдруг снова проснулся во мне. Еще бы, я полечу на дирижабле! Ух! Честно говоря, давно не испытывал такого эмоционального подъема.

Единственно, я надеялся, что все это путешествие безопасно. Я знал, что в моем мире тоже были дирижабли. Не такие большие, конечно, и использовались они для других целей, но все же. И наполняли их гелием, в отличии от того же «Гинденбурга», наполненного водородом. Времена опасных путешествий закончились с гибелью гигантского цеппелина.

Но вот как обстояли дела с безопасностью здесь? Знал бы я немецкий мог бы расспросить капитана. Он вроде бы довольно добродушно общался с Борисом. Но я не обладал лингвистическими способностями, так что решил просто выйти и немного понаблюдать что да как.

Ключи от каюты у меня были, и хоть внутри я ничего не оставил, решил запереть комнату. Хотя бы для того, чтобы обозначить занятость помещения.

Гондола оказалась двухуровневой. На верхнем располагались пассажиры, а нижний служил техническим помещением и одновременно моторным отсеком. Если честно, то мои попутчики меня не особо интересовали. Мне было главное быстро добраться до места назначения, а вот каким образом приводится в действие эта махина мне было интересно.

Найдя лестницу вниз, я спустился и дёрнул небольшую дверцу. Не заперто!

Я проник внутрь и тихонько притворил за собой вход. Здесь царила тишина. На верхней палубе были слышны голоса, а здесь же раздавалось лишь тихое постукивание, словно тикали настенные часы.

Поискав глазами источник звуков, я сделал вывод, что он разносится из небольшого агрегата в хвосте отсека.

Агрегат был похож на ребристую коробку размером с ламповый телевизор семидесятых годов. Я легко определил в нем двигатель. Из коробки шел толстый шкив и уходил куда-то за стенку. Наверняка снаружи на него был надет здоровенный винт.

Это абсолютно точно был не паровой котел и не двигатель внутреннего сгорания. Легкое сиреневое свечение подсказало, что он имеет родство с движком моего байка. Шкив явно приводился в движение силой кристалла.

Теперь было ясно для чего мы продаем аквамарилл за границу. Нет, я был уверен, что применений ему масса, но вот про дирижабли как-то не думал.

Наверняка количество летающих громадин не такое уж и большое. А значит и кристаллов надо мало.

Единственно, что меня смутило, что движок был один. Как-то странно, что такая огромная машина приводится в движение единственным агрегатом.

Я обошел помещение по кругу и обнаружил еще две подобные установки, вынесенные на консолях наружу. Вот три двигателя — это уже сила.

Я собрался было уходить, как вдруг дверца открылась и на пороге появился рабочий. Точнее работник воздушного флота. Выправка, фуражка и синий китель говорили сами за себя.

Мы одновременно замерли.

Я пришел в себя первым и попытался проскользнуть мимо воздухоплавателя, но он тоже среагировал и перекрыл мне дорогу.

Я попытался его отодвинуть, но он начал мне что-то высказывать на немецком, от чего я сразу напрягся. Не люблю, когда на меня кричат, а немецкий выглядит именно так, словно на нем невозможно спокойно разговаривать.

Сначала я хотел просто усмирить разбушевавшегося работника воздушного флота, но решил, что проще уладить все без применения дара. А то вырублю его, а без него мы лететь не сможем. Или сотру память, а он карты забудет.