Водный клан - О.Шеллина (shellina) - Страница 11

Я повел плечами, разминая их. Никакого чувства самосохранения у воинственной половины отряда Алдышева я не заметил. К тому, кто сильнее тебя, выше тебя по социальному статусу, да и просто к единственному человеку, который даже чисто теоретически в состоянии вытащить из этого ада, нужно обращаться хоть с толикой уважения.

Я, конечно, не думал их здесь оставлять, но не из элементарного человеколюбия, просто они были бы полезны в плане сбора необходимой информации не только для меня, но и для Алдышева и Егорова, которые впервые провели свой эксперимент в боевых реальных условиях.

А что касается этой убогой штуки, точного определения которой я до сих пор не смог подобрать, то чувствуется мне, с ней не так все просто. То, как неожиданно она появилась во внутреннем дворе, наводит на определенные неприятные мысли, но думать о том, что она умеет телепортироваться или как-то иначе проникать через пространство не хотелось, ведь если хоть кусочек этого желе отпочковался и свалил в неизвестном направлении, то янтарный купол зелень остановить не сможет.

– У нас есть, чем перевязать? – тихо спросил парень, выводя меня из раздумий в отношении убийства своих долбанутых ученых, которые творят невиданную дичь, да еще и пользоваться ею не умеют. – Или хотя бы обезболить?

– В корпусе должно быть, – Татьяна очень осторожно рассмотрела ранения на руках закусившей губу девушки. – Оль, тебе сильно больно? До аптечки потерпишь? – она только кивнула, и уже хотела опустить руки, но тут я подошел, наконец, к ним вплотную, и перехватил ее, причиняя тем самым страшную боль, но не обращая на ее дискомфорт внимания. Все-таки все они хотели меня убить, выполняя приказ Аркашки Алдышева, чьи кости лежат сейчас посреди коридора, и к которым я намереваюсь вернуться, чтобы как следует обшмонать его карманы. Его и братца.

– Больно, – пискнула девушка и попыталась вырваться, причиняя тем самым себе дополнительные страдания. Я поморщился, никогда не понимал, зачем баб привлекают к службе и дают автоматы, они эмоционально нестабильны и склонны к истерии, которая всегда приводит к двум вариантам: я ничего не могу, или, я покрошу в капусту всех, кого вижу на своем пути. Обезьяны с гранатой более предсказуемы в этом плане.

– Я знаю, – повернувшись к Тане, которая явно намеревалась попытаться отцепить мои руки, прошипел. – Не трогай, – и снова повернулся к девушке. – Тебя Ольга зовут? – она кивнула тихо плача. – Потерпи, я попытаюсь тебе помочь, правда, ничего не обещаю.

На этот раз слияние произошло практически безболезненно. Я даже мыслить не стал как-то иначе. Просто внезапно увидел, именно увидел, воду во всех ее проявлениях. Она была рассеянна в воздухе, она находилась в девушке, в моих руках.

В том месте, где на запястьях Ольги были раны, те водные каналы, которые пронизывали каждую клетку ее тела, внезапно обрывались. Их концы были словно обуглены, свисали лохмотьями, и не могли больше питать кисти рук.

Сейчас я видел весьма отчетливо, что, если связь этих каналов не восстановится, то девушка лишится рук, они просто отомрут, не получая полноценного питания. А еще я понимал, что не смогу ее излечить, как это получилось сделать с самим собой.

Максимум, на что я был сейчас способен, это вернуть питание кистям, восстановить каналы и намного ускорить регенерацию. Вот только, что-то мне говорит, что Ольгины руки до конца жизни будут украшать безобразные рубцы. Но уж лучше с рубцами и целыми руками, чем вообще без рук.

Из моих пальцев в тех местах, где они касались страшных ран, словно выросли тончайшие нити, состоящие из воды, которые были привычного мне синего цвета без вкраплений зелени, и устремились к местам обрывов, прорастая в них, и заменяя те обугленные мертвые нити, которые самостоятельно уже не смогли бы восстановиться никогда.

Девушка закричала и забилась в моих руках, пытаясь вырваться, но я держал крепко. Тут уж ничего не поделаешь, придется ей вытерпеть эту боль, чтобы потом не стало еще больнее.

Исходящие из моих пальцев нити отделились и уже самостоятельно занимали места, заменяя покореженные каналы, которые сразу же начали отмирать и отторгаться, выплескиваясь ручейками гноя, слизи и уже начавшими отмирать тканями.

Когда этот поток прекратился и заменился яркой красной кровью, а самые страшные участки повреждения закрылись, я отпустил Ольгу, чтобы тут же подхватить ее падающее тело. Мозг все же решил проявить милосердие и отправил девушку в отключку.

– Отпусти ее, – я словно очнулся, услышав крики второй девицы, которая сейчас вырывалась из рук парня, удерживающего его с трудом. – Не трогай ее, ублюдок, – я повернулся в ее сторону, отмечая, что лицо девушки залито слезами.

– А то, что? – лениво произнес я, растягивая слова. – Убьешь меня? – Я хмыкнул и аккуратно уложил Ольгу на землю, вытащил из-за пояса халат, в котором сбежал из палаты, в которой, похоже, пытались привести в чувства мою тушку, и бросил его Татьяне. – Перевяжи ее, а то будет жалко: я столько усилий в нее вложил, чтобы инвалидом не осталась, а она просто кровью изойдет.

– Какой же… – я прищурился, и Татьяна замолчала.

– Ну же, почему не договариваешь? Какой? – она продолжала молчать. – Заткни уже свою подружку, она мне на нервы действует. И впредь следи за своими словами. Вы сами провели черту, показав свой воинственный настрой в исполнении приказа своих бывших нанимателей, так что не следует провоцировать меня, я сейчас крайне зол, – и я подхватил автомат, уже целенаправленно направляясь к комплексу. Когда я входил в подземный гараж, точно такой же, как в комплексе квадрата тринадцать, меня догнал парень.

– Подождите, Виталий Владимирович, – я остановился и посмотрел на него в упор. – Меня зовут Алексей Игнатов, и я работал в клане Алдышевых инженером пространственных моделей. И не участвовал в разработках атакующего плана, да я даже автомат держать в руках не умею, – начал оправдываться он, видимо, чтобы хоть как-то добиться моего расположения.

– И что же входило в такую странную специальность? – я усмехнулся.

– Вы зря иронизируете, Виталий Владимирович, – Алексей вздохнул. – Мы разрабатывали идеи индивидуальных порталов…

– Стоп, – я поднял руку. – Ты не маг, – я ткнул пальцем ему в грудь.

– Нет, не маг, – он покачал головой. – Но мы подошли уже вплотную. Собственно, здесь, в этом заброшенном квадрате планировались не только военизированные операции, но и создание экспериментальной базы, на которой мы бы испытали образцы и, в случае успеха, начали бы производство. Собственно, так нам и удалось спастись, – он снова вздохнул. – Те комнаты, в которых мы практически жили в последние месяцы, очень хорошо защищены, в том числе и против сканирующих устройств, именно там планировалась наша лаборатория, но нападение случилось раньше, чем мы смогли что-то сделать. – Ну теперь хотя бы понятно, почему Вихров мне сказал, что в комплексе нет никого живого.

Зелень сканеры за живой объект не воспринимали, а этих гениев просто не видели. Несовершенные сканеры какие-то, надо как-то попытаться их модифицировать, ну или промониторить рынок на предмет новейших разработок.

А забавно, ведь получается, что Аркашка ничего не знал про порталы и музеи ужасов, разбросанных по всей стране с экземплярами вполне себе действующих образцов очень неприятного оружия. Евгений клану Алдышевых был нужен исключительно, как ненужный и подлежащий уничтожению родственник.

Интересный, конечно, расклад, особенно учитывая вот этот экземпляр. Если поставить его в пару к Евгению, то они вполне смогут создать такой телепорт, который смогут активировать и неодаренные, а это уже будет настоящий прорыв, а не безумные эксперименты на людях, которые любили и практиковали уроды из «Маготеха» во главе с моим папашей.

Главное, чтобы знания про этот прорыв остались исключительно в стенах лабораторий для пользования небольшого количества доверенных мне людей.

– Я не знаю, утешит тебя это или разочарует, но я не санкционировал атаку на четырнадцатый квартал. Более того, меня вообще здесь не было, – я отвернулся от него и возобновил движение, чтобы уже разобраться с насущными проблемами.