Ну разве она не милашка? - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 79

— До чего же обидчива! — фыркнула Шугар Бет.

— И всегда была такой, — согласилась Мэрилин.

— Лучше придержи язык, подруга, — самодовольно объявила Линн. — Ты еще не прошла церемонию посвящения, так что мы можем взять свои голоса обратно.

Уинни скрестила руки на груди и раздраженно топнула ногой:

— Что значит «церемонию посвящения»?

И тут началась оживленная дискуссия, потому что никто не помнил точно, как проходила церемония посвящения, но все соглашались в одном: нужна фотография. Джорджа Майкла.

— Для чего? — с преувеличенным терпением спросила Уинни.

Линн дернула ее за бретельку лифчика.

— Ты должна поклясться, что будешь вечно его любить.

— Никогда в жизни.

— Так надо, — вмешалась Мэрилин. — Это ритуал «Сивилл».

— Жаль, что фото у нас нет, — сказала Хейди. Эми порылась в сумочке и вынула Библию.

— У меня идея.

— Только не Христос! — воскликнула Мэрилин.

Эми разочарованно поморщилась, но милостиво уступила общему давлению. Обсуждение продолжалось, но ни к чему! не привело, пока Линн не сообразила порыться в коллекции компакт-дисков Колина.

— Смотрите! Новый альбом «Ю ту»![27] Уинни может поклясться в верности Боно!

Хейди повертела в руках диск:

— Это все равно не одно и то же.

Шугар Бет передала альбом Уинни с улыбкой:

— Целуй снимок Боно и клянись любить его вечно.

— Ладно. Только ради его одержимости добрыми делами, — вздохнула Уинни.

К несчастью, на этом дело не кончилось. Очевидно, имела место также некая приветственная речь, которую никто не мог вспомнить. Кроме того, они усаживались в круг и передавали друг другу «священное», но давно потерянное ожерелье.

— Одно я знаю точно! — просияла Мэрилин. — Ты должна сказать, кто из мальчишек тебе нравится.

— Черт, мне нужно сначала подумать, — съязвила Уинни.

— Она не проявляет истинного духа «Сивилл»! — заметила Хейди.

— А сексуальный секрет? Пусть откроет свой сексуальный секрет!

— Сексуальный секрет? — Уинни закатила глаза. — Вам, подруги, было одиннадцать! И сколько сексуальных секретов у вас могло быть?

— Немало! Мэрилин нашла у своей матери книгу «Радость секса».

Уинни воздела руки к небу:

— Так и быть! Пару ночей назад я видела эротический сон с Эдвардом Нортоном.

— А кто не видел? — отмахнулась Хейди, ничуть не впечатлившись. — Нет, нам нужен секрет получше.

Самый большой свой секс-секрет — былое отсутствие желания к собственному мужу — Уинни не собиралась делить ни с кем. Поэтому сделала вид, что задумалась.

— О'кей, как насчет этого? Мэрилин, помнишь, как ты взяла к себе Джи-джи, чтобы мы с Райаном смогли поехать в Майами на конференцию?

— Угу.

— Не было никакой конференции. Мы сняли гостиничный номер в Мемфисе и провели уик-энд, играя в секс-рабов.

Это было ложью, но такой реакции она даже не ожидала.

— Ах ты, распутница!

— Секс-рабы?

— У вас были наручники и все такое?

— Все, — кивнула Уинни.

Шугар Бет явно не поверила, но, как преданная сестра, держала рот на замке, что заставило Уинни еще раз осознать, как хорошо, что они наконец помирились.

— У нее слезы на глазах, — подметила Мэрилин. — Наверное, чертовски веселый был уик-энд!

— Незабываемый, — улыбнулась Уинни сестре.

Та ответила улыбкой.

— Даже в моей жизни не было уик-энда с секс-рабами!

— Не пора зажигать священные свечи? — встрепенулась Уинни, пока новая волна воспоминаний не захлестнула ее подруг.

— Не совсем, — покачала головой Шугар Бет, многозначительно поднимая брови. — Еще одно…

— Нет! — завопила Эми, вскакивая. — Этого мы делать не будем!

— Придется. Иначе Уинни никогда не станет настоящей «Сивиллой».

— О Господи… — пробормотала Мэрилин и, откинув голову, расхохоталась.

— Не следовало мне так много есть, — простонала Линн.

— Только никому не говорите, — попросила Хейди. — Сами знаете, как свекровь меня ненавидит. Если она пронюхает, мне несдобровать.

— Да о чем вы? — спросила Уинни, совсем не уверенная, что хочет услышать ответ.

Несколько минут вся компания молчала.

— Мы должны раздеться догола и три раза обойти Френчменз-Брайд, — прошептала затем Эми.

Уинни, не веря собственным ушам, вытаращилась на подруг:

— Сочиняете!

— Хотелось бы! — хмыкнула Линн.

— Чистая правда, — поклялась Эми. — Каждый раз, когда кто-то новый вступал в клуб…

— Что, к счастью, случалось не так уж часто, — вставила Мэрилин.

— …мы ждали ночи, когда Дидди разрешала нам переночевать во Френчменз-Брайд.

— Предпочтительно летом, чтобы можно было лечь на веранде, — добавила Хейди.

— Как только Дидди и Гриффин засыпали, — продолжала Эми, — мы раздевались и бегали голышом вокруг дома.

— А я ничего об этом не слышала, — удивилась Уинни.

— Это была наша лучшая тайна.

— Наша единственная тайна, — сухо поправила Линн.

— Даже мальчишки не знали.

— Но солнце только что село, — возразила Уинни. — И на улице даже шестидесяти градусов[28] нет!

— Значит, придется бегать быстрее, — ухмыльнулась Шугар Бет.

Последовали дебаты о сроках и условиях, но в конце концов они все же сделали одну уступку зрелости: согласились, что туфли снимать не будут.

— Знала же, что нужно выбросить эти вшивые трусики, — пропыхтела Линн, сбрасывая одежду.

— Кто-нибудь, проверьте, выключен ли свет.

— Я коплю на липосакцию, клянусь! Честное слово!

— Мне больше нравилось, когда мы ненавидели Шугар Бет. Только взгляните на ее ноги!

— Господи Боже, ну и засос у Уинни!

Голые хихикающие женщины собрались у задней двери.

— Готовы? — спросила Мэрилин.

— Готовы! — хором ответили остальные.

Шугар Бет схватилась за ручку и распахнула дверь.

— «Сивиллы» навсегда! — провозгласила она. И они выпорхнули из дома.

Незапланированная ночная прогулка привела Райана и Джи-джи в конец Мокингберд-лейн. Добравшись до тропинки, ведущей к Френчменз-Брайд, они одновременно остановились как вкопанные.

К Джи-джи первой вернулся дар речи:

— Как по-твоему, они все рехнулись, или что?

— Похоже, что рехнулись.

Несколько секунд оба молчали, потом Джи-джи затрясло от ужаса.

— Не смотри, папа, — выпалила она.

— Солнышко, да я не пропустил бы это и за миллион!

До них донеслись пронзительные смешки… проклятие… шипение. Женщины исчезли за домом.

— Если ребята в школе узнают об этом, — процедила Джи-джи, — я домой не вернусь. Даю слово.

— Покинем город вместе.

— Ничего подобного не было, пока Шугар Бет не появилась!

— Если она останется, будет еще хуже.

— Но я все же не хочу, чтобы она уезжала.

Райан сжал плечо дочери:

— Я тоже.

Джи-джи тихо ахнула, когда с другой стороны дома возникла все та же процессия, на этот раз во главе с Уинни.

— Какой позор!

— Самое печальное в том, что они наверняка не пили ни капли спиртного.

— А я-то думала, что у меня идеальная мама.

— Ничего не поделать, дорогая. Южанки рождаются с геном безумия.

— Только не я.

Райан вздохнул:

— Рано или поздно и ты последуешь их примеру.

В этот момент с тихим шелестом включились автоматические разбрызгиватели, и женщины дружно завизжали.

— Я больше не могу смотреть.

Райан прижал к груди голову дочери и улыбнулся.

— Утром мы притворимся, что все это было дурным сном.

Шугар Бет выключила будильник. Сегодня вторник, день, когда она собиралась навсегда уехать из Парриша. Она повернула голову на подушке Колина, вдохнула знакомый запах и помолилась, чтобы он вернулся до того, как придется сменить простыни. Тоска одолевала ее, но Шугар Бет отважно боролась с ней, вспоминая прошлую ночь и «Сивилл». Уинни подарила ей бесценный подарок, и какое же это счастье!