Путь Стратега 6. РеалРТС (СИ) - Корнелий Луций - Страница 123

— Идите дальше сами. Я вас лишь задержу. Орондо-ками ждет.

Я кивнул и начал восхождение. Откуда-то из джунглей и с боковых этажей зиккурата зазвучал ритмичный бой барабанов. Сквозь него я мог различить обрывки напевов. Мы явно были здесь не одни. Похоже верные Мирканто люди и существа собирались тут на праздник. Приближаясь к вершине зиккурата, увидел сотни огней костров среди джунглей вокруг. Я не пытался рассмотреть пляшущие тени, собравшиеся там, но ощущал атмосферу толпы. В воздухе повисло ожидание чего-то значимого.

И вот я подошел к большим вратам зиккурата. Поднял ожерелье повыше, освещая путь. Внутри меня ждал мрак главного коридора, где потолок поднимался вверх на три моих роста, а стены украшали оскаленные изваяния разъяренных монстров. Спереди доносились крики и шум как на гладиаторских играх.

— Убивают… на арене, — послышался из ожерелья шепот заключенной в нем души.

Узнала знакомое действо.

Из коридора я вышел в древний зал для приемов и советов, ныне обращенный ареной. На высоких каменных трибунах, где когда-то заседали жрецы и вельможи, ныне расположились приспешники Мирканто. Здесь были ее бледнокожие избранные, гибриды, человекообразные чудовища и просто фанатики, посвятившие свои короткие жизни служению смерти. Круглое пространство зала меж трибун играло роль арены. Но в отличие от имперских гладиаторских игр тут не спешили убирать трупы. Около сотни мертвых тел обнаженных или в набедренных повязках валялись по краям. Мужчины и женщины, люди и нелюди. Теперь лишь туши мяса, чья кровь стекает к углублению в центре. Вряд ли тут часто проходит смертоубийство таких масштабов. Игрища в честь моего визита?

Освещали все это зрелище синие колдовские огни, парящие далеко под потолком. Их мерцание было не очень ярким, но в нём я довольно отчетливо видел трибуны и арену с трупами.

— Палач, Палач! — начали скандировать беснующихся трибуны.

Это про меня. Только зачем я здесь? Сражение на арене перед толпой дегенератов в мои планы на сегодня не входит. Очень надеюсь, что Мирканто это понимает.

На арене как раз завершался бой. Невысокий, жилистый избранный, в котором я быстро узнал Екила, дорезал раненых противников. Троим сулимцам вскрыл горло, а затем повернулся ко мне с мрачным взглядом, поднял руки с двумя клинками и толпа на трибунах грянула пуще прежнего:

— Палач, Палач, Палач!

Уже ждал, что Екил пригласит меня на арену и бросит вызов. Конечно, драться с ним я не собирался. Использовал бы свой колдовской меч, а если бы он не сработал против избранного Мирканто, то рискнул бы прибегнуть к силе Порчи. Но бывший венатор начал отступать, покидая арену и в то же время приглашая на нее меня. Так это не вызов? Чего этот цирк уродов ждет от меня? Пламенной речи?

Ожерелье вспыхнуло ярче, приглашая меня к центру арены. Я ощущал настроение заключенной внутри души. Ей не нравилось здесь, но приходилось повиноваться превосходящей силе, правившей в этом месте. Ладно. Подыграем вам немного.

В центре арены я ощутил себя крайне неприятно. Вот значит как чувствует себя гладиатор? Оскаленные лица на высоких трибунах. Гулкие смех и гомон толпы, которые могут стать твоим реквиемом. Так жила Касс до того как мы встретились.

Но вдруг голоса утихли. Ожерелье в моей левой руке потускнело и я ощутил страх в эмоциях заточенной души. От толпы сложно добиться тишины. Даже если сотни людей молчат, то обязательно кто-то двинется, почешется, прочистит горло. Однако сейчас все в зале умудрились создать практически тишину. И во время этой торжественной паузы я услышал шаги с противоположной стороны арены.

Рене Рег Лания не изменилась с нашей прошлой встречи. Колючие черные пряди, не достающие до плеч. Нижнюю часть лица закрывала красная повязка с орнаментом оскаленных акульих зубов. В темно-лазурных глазах цвета вечернего моря зрачки были узкими и длинными, как у змеи. Лания носила безрукавку, увешанную мелкими амулетами и ножнами с десятком кинжалов. Неестественно жилистые, загорелые руки покрывала сложная вязь разноцветных татуировок.

Она неспешно шла ко мне, спокойной наступая на тела поверженных бойцов. Умудрялась при этом идеально держать равновесие. Выше меня, наверное, на полголовы. Соизволила таки лично явиться. На языке все вертелись вопросы: Зачем я здесь? Чего она от меня хочет? Однако я решил пока ждать.

Лания остановилась примерно в трех шагах от меня. Ожерелье в руках погасло. Я ощущал в нем страх от приближения этого существа. Все на трибунах замерли в благоговейном ужасе и мне тоже стало не по себе от тяжелого взгляда божества.

«Она не сама смерть», — успокаивал себя я, вспоминая слова Кастелиуса Орета. — «Смерть — сама идея яда. Рене Лания лишь самая ядовитая из змей».

Однако на душе все равно было очень неспокойно. Я ждал от неё вопроса или требования. Хотел услышать сделку, которую она предложит за помощь Касс, но Лания молчала. Она медленно сняла повязку, закрывающую нижнюю часть лица. У нее практически не было губ. Какая-то невыразительная бледная полоска отчего лицо ее походило на морду рептилии. Я заметил черные полоски жабр по обеим сторонам шеи и остроконечные линии татуировок.

— Оболочка, — это было первое слово, которое я услышал от Лании.

Брошенное как бы невзначай оно было наполнено презрением и даже ненавистью, как инвалид может ненавидеть свой недуг. Лания коснулась правой ладонью собственной щеки и резко рванула вниз, сдирая острыми ногтями кожу. Толпы на трибунах издали отчасти испуганный, отчасти восхищенный стон. Капли крови Мирканто упали на пол, но не смешались с кровью жертв. Нет. Они были словно капли масла или ртути, попавшие в воду.

Оболочка? Это она о своем теле?

— Старая кожа, — продолжала богиня.

Она надорвала безрукавку на себе, а затем раздевание быстро перешло к потрошению. Мирканто поставила правую ладонь рядом с небольшой левой грудью, покрытой узором татуировки. Лания сделала усилие. Мускулы на её руке вздулись, а пальцы с когтями начали пробивать кожу и плоть. Затем левую руку она запустила в рану, чтобы…

— Явись! Явись! Явись! — начали скандировать трибуны.

…чтобы схватиться за рёбра. Мирканто «открыла» левую часть грудной клетки, но вместо сердца там была…

Ее сущность. Ее суть.

Я увидел образ зеленоватого цветного пятна и услышал зов. Мир вокруг наполнил уже знакомый звук. Переливчатая, быстрая мелодия, пронизанная сотнями разных смыслов. Влекущая и зовущая любое смертное сердце. Звук, будто тончайшие хрустальные шарики тысячами разбиваются вдребезги, на фоне шума величественного водопада где-то вдали. Пронзительная, чарующая мелодия, пробирающая до костей. Дурманящая сила, подавляющая свободу воли смертных и низших чудовищ.

Сущность Мирканто выбиралась из своей оболочки. Как змея сбрасывает кожу, так и она избавилась от старого тела. Энергетическая сфера медленно выплыла из грудины и начала расширяться, быстро захватывая все вокруг. Ее мерцающие щупальца проростали сквозь пространство. Огромные объемы стихийной энергии высвобождались здесь. Мирканто распространилась на весь зал, а может быть и за его пределы. Свет померк, голоса утихли, остался только ее зов, который для меня вскоре обратился словами. Во мраке мне явился образ Мирканто, какой я видел ее в Канртеге. Исполин в золотой чешуе. Драконообразный гуманойд. Но теперь на ее теле больше не было ран и ожогов. Золотая чешуя гипнотически сверкала.