Счастье в наследство (СИ) - Морозова Мария - Страница 10

– Что? – Я подавилась вдохом.

– Внешняя разведка Шиана, – спокойно повторил он, поглаживая меня по спине. – И я не просто маг, Беатрис. Я метаморф.

Я бестолково моргнула. Метаморф, серьезно? Нет, метаморфы – существа с тремя ипостасями человека, зверя и птицы – совсем не редкость в Шиане. Но их легко опознать по серебристому отливу радужек, а у Йена обычные глаза.

– Издеваешься, да?

Над нами горел фонарь. Я бесцеремонно ухватила мужчину за подбородок и стала поворачивать его голову и так, и этак, чтобы рассмотреть цвет глаз. Ну совершенно обычный же.

– Трис, – рассмеялся он.

Потом взял мою руку и заставил коснуться кожи у себя за ухом. Мои пальцы нащупали небольшой шрам.

– Там прячется артефакт, который маскирует глаза, запах, ауру и остальное.

– О-о-о, – многозначительно протянула я, не представляя, что еще сказать. Но все же нашлась. – Эр Хорас знал? А твой брат?

– Наш отец когда-то женился на обычно женщине, без дара, и Берт унаследовал ее расу. Ипостасей у него нет. Брат тоже считает, что я тыловик. А дед знал. Более того, он и сам когда-то служил в разведке, выйдя в отставку полковником. Травма, которая беспокоила его перед смертью, – как раз наследие тех времен.

У меня снова закончились слова. Добродушный эр Хорас, любивший выпечку, шахматы и Пряника, – полковник разведки? О, Дейдра, как многого я не знала о соседях.

– Последние три года я почти безвылазно торчал в Кодаре, – сказал Йен тихо. – Последний раз мы виделись с дедом два месяца назад. Я собирался взять отпуск и приехать сюда, провести с ним последние дни, но на очередном задании мне пришлось пойти на огромный риск, чтобы предупредить приграничную крепость об атаке. В итоге загремел на больничную койку и все пропустил.

– Но ведь эр Хорас не мог записать дом на меня из-за твоей службы? – беспомощно пробормотала я.

– Не мог. И я вырвался из госпиталя только для того, чтобы разобраться в странном завещании, ведь дед никогда ничего не делал просто так.

– Ты подозревал меня?

– Только до тех пор, пока не встретил лично, – признался он. – Но все равно решил остаться и понаблюдать за тобой, на всякий случай. Тем более, ты сама предложила…

– Не зря, как оказалось.

– Не зря, – согласился Йен.

Пока мы объяснялись, он незаметно привлек меня к себе и сейчас беззастенчиво целовал в макушку. Я судорожно вздохнула, понимая, что таю, и нашла новый вопрос:

– Какие у тебя животные ипостаси?

– Сокол и кот. Самые полезные для разведки.

– Кот? – До меня начало доходить. – Так это ты за мной подсматривал из кустов?

– Охранял, – поправил этот хитрец.

– Охранял, ну да…

И можно было бы разозлиться, вот только не получалось. Да и как можно злиться, когда тот, кто героически спас тебя от бандитов, дарит сладкие поцелуи, которые кружат голову и обещают нечто еще более интересное?

– И что теперь? – спросила, с большим трудом вырвавшись из дурмана. – Ты ведь не понял, почему твой дед оставил такое завещание?

– Не понял. В доме не нашлось ни одной подсказки, нотариус тоже ничем не помог. Но знаешь… Мне уже все равно.

– И… – Мой голос дрогнул. – Теперь ты вернешься на службу?

– Нет, я собираюсь уйти в отставку.

– Правда? – От изумления я подняла на него не верящий взгляд.

– Правда. Мне уже предложили сменить полевую работу на преподавание тактики и стратегии магического боя. В Фесской академии.

– Тогда я верну тебе дом, – выпалила решительно. – И деньги.

Йен рассмеялся. На его губах поселилась очень лукавая улыбка.

– Не торопись, родная. Может, и не придется ничего возвращать, – произнес он, склоняясь к моим губам.

Не пришлось...

На то, чтобы очаровать меня окончательно, Йену понадобилось чуть меньше двух месяцев. Он не делала широких жестов. Не придумывал потрясавших воображение свиданий. Не забрасывал дорогими подарками. А просто был рядом, окружив заботой и теплом. Маленькие букетики цветов, которые по утрам появились на подоконнике моей спальни. Уютные вечера у камина, когда мы могли даже не разговаривать, лишь наслаждаясь обществом друг друга. Помощь с работой по саду, где у метафорфа открылся самый настоящий талант. И чего греха таить, сводящие с ума поцелуи, без которых не обходился ни один день. Захват по всем правилам тактики и стратегии. У меня не было никаких шансов.

Из армии Йен ушел с орденом и благодарностью сослуживцев, ради которых чуть не погиб когда-то. Хромота так и не прошла до конца, пусть и не доставляла особых неудобств. Он устроился преподавать в Академию. Йену нравилось работать со студентами. Пожалуй, у моего метаморфа открылся к этому настоящий талант.

Адальберт развелся. Его бывшая жена получила большой штраф и вместе с матерью уехала в родной город. Берт от такого предательства едва не замкнулся в себе, и нам стоило больших трудов достучаться до него, чтобы расшевелить. Но к моменту нашей с Йеном свадьбы он почти оттаял и даже согласился прийти в гости.

Мы поженились в первый день лета. Сначала была скромная церемония, а потом мы просто устроили посиделки в саду за домом, пригласив самых близких. Эрис Гилфорд и эра Нила. Адальберта и приятеля Йена из полиции, который когда-то помогал с установкой охраны на мой участок. Эрис Молинг – хозяйку лавки, где я трудилась, и мою подругу Хлою. На накрытых белоснежными скатертями столах стояли тарелки с закусками, яблочный сидр лился рекой, все вокруг цвело и благоухало. А мы с Йеном просто были счастливы.

Но не обошлось и без сюрпризов. В самый разгар праздника калитка тихо скрипнула, и только муж с его чутким слухом обратил внимание на неожиданного гостя.

– Эр Карамер? – удивился он.

Я удивилась тоже. Гоблин заходил раз в пару недель, проверить Пряника, и мы привыкли к его визитам. Но последний раз он был у нас всего три дня назад. Неужели что-то случилось?

– Прошу прощения за вторжение, – церемонно поклонился нам нотариус. – Я отниму буквально десять минут вашего времени.

– Конечно, – Йен кивнул в сторону дома. – Поговорим внутри.

В гостиной эр Карамер поставил портфель на стул и сообщил:

– Дело в том, что я должен передать вам письмо от эра Хораса Радгрейва.

– Что? – у Йена вытянулось лицо. – Но дед умер.

– О, – гоблин слегка посерел. – Я ввел вас в заблуждение. Это письмо эр Хорас отдал мне вместе с завещанием. – Он достал из портфеля конверт и протянул нам. – И наказал передать вам после исполнения двух условий.

– Каких? – спросила я.

– Одна свадьба, – тонко улыбнулся эр. – И один развод.

Йен вскрыл конверт. Достал оттуда письмо и зачитал вслух:

– «Мой дорогой мальчик, если ты читаешь это письмо, значит, все вышло так, как я задумал. Прости старого интригана, но я не мог отправиться в чертоги богини, не позаботившись о любимых внуках. Мое завещание было продиктовано не только желанием пристроить Пряника в добрые руки. Оно было написано для тебя, Йен. Наверняка его странность заставила тебя сорваться в Фесс и присмотреться к Беатрис, получившей мое наследство. А Беатрис – очень искренняя и добрая девочка, я посчитал ее отличной парой для тебя. Вероятность того, что у вас завяжутся отношения, составила восемьдесят девять процентов. И раз ты читаешь письмо, я не ошибся».

Йен запрокинул голову и от души рассмеялся.

– Потрясающе, – пробормотала я, не зная: восхищаться или негодовать. Нас просчитали, как детей.

– «А еще мое неожиданное решение», – продолжил муж, – «должно было показать гнилую натуру Лоизы Радгрейв. Я сразу сказал Адальберту когда-то, что эта женщина – хитрая, подлая и корыстная натура. Но внук, в силу упрямого характера, не поверил отставному полковнику разведки. Зато уплывшее из рук наследство явно лишило эту даму осторожности и открыло Берту глаза. Тем лучше для него. Он сможет найти женщину, которая оценит его таким, каков он есть».

Я глянула в окно, через которые было видно наших гостей. Эрис Молинг что-то рассказывала мрачному, словно небо перед грозой, Адальберту. А мой новоявленный зять изо всех сил пытался не потерять свою маску ледяного истукана, но с каждой минутой у него получалось все хуже и хуже. Готова поспорить: он не устоит перед чарами моей обаятельной и энергичной начальницы. А значит, ему недолго осталось страдать.