Тип шесть. Неравный контакт (СИ) - Вербовой Александр "Sodin" - Страница 40

Телепортируюсь в сторону сельсовета на сотню метров. И пытаюсь бежать. Сердце колотит, но быстро успокаивается. Еще прыжок. Пробежка, стена совсем рядом. Можно прыгать внутрь. Как всегда в бывший кабинет Волка. Пусто. Присаживаюсь на стул и успокаиваю дыхание. Потом вспоминаю про склад и прыгаю прямиком туда.

Само собой что и тут я опоздал. Куча пустых ящиков. Все растащили. Кроме горы сухпайков. И это смертельное железо сейчас палит по больничке, где прячется Ленчик. Срочно нужен живой бандит. Для опытов. Бесчеловечных!

Прыгаю в соседнюю комнату. А вот и он. Засел за минибарикадой из двух мешков, уложенных прямо на столе посреди комнаты. Хорошо. А то что-то я распрыгался, как будто у меня телепорт бесконечный. Знал бы — прокачал его, а не реген. Подхожу и от души пинаю гада ногой в челюсть. Хорошо зашло. Шарит бессмысленным взглядом по сторонам. Еще удар и чувак окончательно плывет. Жалко, я стяжки все выбросил. Ну ничего. С трудом подымаю мужика и телепортируюсь в сторону окна. И тут же отрубаюсь.

Прихожу в себя от дикого голода. Что это было? Бандит рядом ворочается. В себя приходит. Значит жив. И мы у самого окна. Отлично! Все получилось. Но почему я отключился? Тут метров пять, не больше. Это я выходит как бы пробежал эти гребанные метры на максимальной скорости с мужиком на руках. Вот меня и накрыло. Хорошо еще, что в семь раз усталость уменьшается. Значит Ленку я наружу перенесу. Уже легче. Бандюка наружу не вытащить. Хотя тут всего то метр. Ну и пофиг. Это дело военных. Я что мог — сделал. Теперь мне главное сестру спасти.

Но сперва пожрать. И сухпаи по соседству весьма кстати.

Возвращаюсь и устраиваю дикий жор на скорую руку. Перепотрошив десяток пакетов, выбираю самое калорийное. Даже непонятные армейские шоколадки кажутся невероятными деликатесами. Или это из-за регенерации у меня вкусы меняются? Может мне теперь и трава съедобной покажется? Особенно с голодухи. Эволюция в корову, как тебе такое, Илон Маск?

Напоследок, беру полторашку воды из упаковки. Таких тут пару десятков. А оставшееся в рюкзаке место заполняю сухпайками. Ленчик голодная, а я тут брюхо набиваю.

Через пять минут я уже снова в подвале Бастилии. Ленка сидит у стены обхватив колени руками. Появляюсь из ниоткуда и присаживаюсь рядом.

- Наверху военные засели. А бандиты по ним из минометов и гранатометов лупят. Я тебя тоже могу сквозь стену переместить. И вот, я жратвы раздобыл, будешь есть?

- Нет, - сестра отрицательно мотает головой. - У меня еще после шоколадок желудок ноет.

- Тогда пошли.

Девушка смотрит на меня полными слез глазами.

- Бабушку Зину теперь не вернуть никак, да?

Обнимаю ее за плечи. Ее начинает трясти от рыданий.

- Я не знаю. Вернемся в город — я постараюсь выяснить все, что возможно. И что невозможно тоже. Идем. Нужно уходить отсюда.

Не говорить же ей сейчас, что рептилоиды про ушедших на вопросы не отвечают. Пусть хоть какая-то надежда у человека остается.

Подходим вплотную к бетонным блокам фундамента, которые тут служат стенами. Обнимаю Ленчика и прыгаю наружу на два метра. Сердце колотится, как сумасшедшее, но в глазах даже не потемнело. Ну да, сестренка еще совсем мелкая. Пожалуй раза в три легче того мешка с дерьмом, таская которого, я чуть было не надорвался.

Оказавшись снаружи, осторожно пробираемся сквозь кусты. Колючие. Идем без всякой там невидимости. Так нас за местных принять могут. А в неполном инвизе мы станем приманкой для наших же снайперов. И не только для них, но и для бандитов. Вот только прилеты мин никто не отменял.

Взрыв справа, и нас засыпает землей. Лена визжит не своим голосом. Я с перепугу обнимаю ее и, не задумываясь, прыгаю прямо в подъезд дома бабы Зины.

Прихожу в себя урывками. Все время слышу всхлипывания. Наконец понимаю, что это Ленчик. Живая. И то хлеб. Блин, пожрать бы чего. Это меня имбарегенерация с того света вытащила? Озираюсь и понимаю, что моя голова лежит у нее на коленях, и сестра раскачиваясь гладит меня по голове.

- Рано еще меня оплакивать, Лен.

- Дениска! Ты живой! - кажется ее радости не будет конца, - У тебя кровь текла! Отовсюду. Изо рта, из ушей! Даже из глаз! Я думала ты умер совсем. Хотела на помощь позвать, но из соседей нет никого. Весь дом, как вымер. Неужели бандиты всех убили?

Лицо девушки все в крови.

- Нет, они в лес ушли. Еще утром. Ты ранена?

- Царапина на лбу. Буду теперь как Гарри Поттер.

Юмор это хорошо. Надо ее поскорее отвлечь.

- Лен, я очень голодный. Есть что пожевать дома?

- Конечно! Мне бабушка с собой даже бутербродов сделать не успела. Как увидела, что под окнами бандиты ходят с оружием, сразу сказала бежать и в Бастилии спрятаться. И что если все нормально будет, то она за мной придет или еду принесет. А нет, так бежать лесами в город. Она так и не пришла, - заканчивает девушка после паузы, жалобно всхлипнув.

И глаза вновь мокрые. Отвлек называется. Охренеть.

- Лен, плакать потом будем. Нам выбраться живыми надо. Ради бабушки. Пошли, поедим и тоже на окраину пробираться будем.

Глава 51. Вместе весело шагать.

До опушки добираемся без приключений. Видимо наш ангел-хранитель наконец проснулся и решил, что свою долю люлей мы отхватили по полной. Надеюсь, его энтузиазма хватит надолго.

Ленка дома хотя бы умылась и переоделась в чистое, а я даже не стал пытаться влезть в ее узкие джинсы и спортивную кофту. Так и хожу теперь: куртка разодрана и вся в пятнах крови. Моей собственной. Тот еще видок зомбака, обожравшегося человечинки. Морду конечно отмыл, но окровавленные дырки от пуль на джинсах смотрятся особенно феерично.

Рюкзак опять потяжелел. Вместо сухпайков в нем теперь бутылка воды, пара судков. Фаршированные перцы и котлеты. И, само собой, пол буханки домашнего хлеба. Последние гостинцы от бабы Зины. У сестры рюкзачок поменьше с водой, печеньем. Еще немного конфет «ромашка». Лягушки-путешественники, блин.

Идем мы не к трассе, а наискосок, к Катовке. К ней ведет скорее не дорога, а просека. Машиной не проедешь, особенно сейчас, после дождей, зато пешком легко. Заодно срежем. По любому лучше, чем ломиться через лес. Все-таки, когда я был малым, дальние окрестности не особо хорошо знал.

Под ногами грязь, чередующееся с здоровенными лужами. Тракторами тут ездят, что ли?

- Тут словно армия перед нами прошла. Только почему-то не в ту сторону, - замечает сестра.

Свежих следов от ботинок действительно тьма.

- Наверное люди из села тоже именно по этой дороге уходят. Вон, совсем детские следы, видишь?

- Пошли быстрее, может догоним наших! - оживляется Ленка.

Мне идея встречаться с кем бы то ни было не особо нравится, но я не нахожу, что возразить. Тем более, что идти быстрее - отличная идея. Да и слегка поднявшееся у сестренки настроение, не может не радовать. А ведь когда-то она была воплощением радости и позитива.

- Денис, а что ты дальше собираешься делать? - после минутного молчания спрашивает сестренка.

А лицо строгое, как у училки начальных классов. И что она хочет услышать? Выживать. Такое время, далекие планы строить — судьбу дразнить. Я вон постоянно сам себе обещаю, что к рептилоидам больше ни ногой. А меня мордой в это дерьмо постоянно к макает. Кто-то свыше, не иначе.

- Доберемся в город, поживешь пока у меня в общаге, а сам нормальную работу постараюсь найти. Меня погибший товарищ за сыном своим присмотреть просил. Пацану четырнадцать, а уже круглый сирота.

- Ты о ком? Может я его знаю?

Блин, наверняка знает. Стоит ей такое рассказывать, что бы только расстроить лишний раз? Блин, раз уже начал, тем более равно рано или поздно…

- Сын Толика Заренина. Сашка.

- Ой. Конечно знаю! Толик погиб? А что с Людой?

- Убили бандиты. Зарезали.

Минут пять идем в тишине. Только ветер шумит в начинающих желтеть кронах. Изредка вдалеке орет птица. Красота неимоверная, вот только сейчас не до нее. Взрывы за спиной уже еле слышны, но их далекий гул не дает забыть о жестокой действительности.