Сибирский рубеж (СИ) - "Amazerak" - Страница 46

Когда магнус оказался совсем рядом, я убрал воздушный барьер, ударил тёмной волной, устранил беснующихся вокруг бегунов и бестий, а копьё швырнул в четырёхрукого великана. Тот покачнулся и грохнулся навзничь, придавив собой ещё несколько существ.

Были ещё два магнуса, но они ушли севернее, посчитав, видимо, что форт им не по зубам.

Возле стены не прекращали грохотать взрывы. Защитники крепости уничтожали скопившихся внизу тварей, кидая им на головы взрывчатку. В поле же тенебрисов стало заметно меньше.

На меня спикировал дракон, но встретился с лезвием тьмы. Три бестии погибли от удара тёмной волны. Крупный ящер, бежавший следом за ними, прыгнул на меня, но получил кулаком прямо в худощавое брюхо и отлетел на несколько шагов, после чего был разрублен пополам лезвием. Десяток тварей превратились в пепел под ударами волн, и на этом всё закончилось.

Пулемёты и зенитки продолжали стучать наперебой, но теперь они били по тенебрисам, которые бродили далеко в поле, где над землёй поднимался смертоносный туман. Атакующий порыв внезапно иссяк, и существа больше не бежали к стене. Вокруг меня валялись четыре туши магнусов, порубленные на куски драконы и ящеры и десятка три мелких тварей. Два дохлых магнуса лежали у самой стены, а другие двое до сих пор где-то бродили, но я их не видел.

Можно было с уверенностью сказать, что атаку мы отбили, но ничего сверхъестественного я пока здесь не наблюдал: крупных существ пришло мало, тёмные военачальники не появились. В общем, слабовато.

Но прежде чем возвращаться в крепость, мне предстояло очень важное дело: я должен был забрать силу поверженных тварей. Именно за этим я сюда и приехал.

Васьков со стены приказал мне возвращаться в форт, но я лишь отмахнулся, мол, сам знаю, что делать. Я шёл от одного мёртвого существа к другому, и остатки их силы впитывались в мою кожу. Вот только с магнусами оказалось не всё так просто: рядом с ними приходилось стоять по несколько минут и даже прикладывать волевые усилия, чтобы их тёмный духовный огонь перетекал в меня.

Когда я поглотил силу всех четырёх здоровяков, мышцы начало сводить судорогой, и мне пришлось прервать процесс и присесть, чтобы перетерпеть боль. Я не знал, сколько духовного огня могу вобрать в себя без вреда для здоровья, поэтому решил прислушаться к ощущениям собственного организма и остановиться. В конце концов, это не последняя атака, ещё успею.

Когда судороги прекратились, а чёрная дымка больше не клубилась вокруг меня, я зашагал к воротам в восточной стене.

Я стоял перед подполковником Пыжовым. Мы с ним находились в бетонной надстройке над центральной частью восточной стены. Отсюда обзор был гораздо лучше, чем снизу. Тёмные до сих пор бродили по полю, но к форту не шли, и пулемёты методично уничтожали их, а зенитки сбивали оставшихся драконов, паривших в вышине над полем.

— Курсант Озёров, — строго произнёс Пыжов. — Вы не только покинули своё место во время боя, но ещё и бросили своё оружие, а потом проигнорировали приказ возвращаться. Такого вопиющего нарушения дисциплины я в жизни не видывал.

У меня аж брови приподнялись от удивления. Неужели подполковник говорит это всерьёз? Какое всё это имеет значение, когда я своими действиями не допустил к стене четырёх магнусов?

— Господин подполковник, — ответил я. — С моей силой эффективнее работать в одиночку. Если б я не вышел в поле, магнусы добрались бы до стены, что привело бы к жертвам среди личного состава.

Пыжов хмыкнул и его сухая складка рта растянулась в подобие улыбки.

— Да уж, что ни говори, а определённого успеха вы сегодня добились. И что мне с вами делать?

— Предоставить свободу действий во время отражения атак.

— Думаете, вы здесь самый умный? Ладно, посмотрим. Скажите лучше, что за магию применили сегодня?

— Стихия тьмы, господин подполковник. Я говорил вам, что моё имение находится на самой границе. Прежде оно принадлежало моему дяде, и я там часто бывал. Однажды на выезде мне пришлось соприкоснуться с дыханием бездны. Я должен был погибнуть, но вместо этого открыл в себе талант к новой стихии. Вот только предпочитаю это не афишировать без крайней необходимости.

— Никогда не слышал ни о чём подобном. Когда человека поражает тьма, шансов выкарабкаться не так уже и много. Можно считать, вам крупно повезло. Впрочем, мне плевать, какая у вас сила. Победа — вот что важно. И сегодня мы одержали её. Но расслабляться рано. Эти дьявольские отродья прорвались через границу. Среди них есть крупные. Связь с первой башней утеряна, ситуация, прямо скажем, хреновая.

— Хотите, чтобы я их уничтожил их?

— Именно. Поедете с отрядом из гарнизона.

— Есть. Сделаем.

Подполковник взял со стола рацию:

— Капитан Хитров, говорит Пыжов, зайдите ко мне на наблюдательный пост.

Скоро прибежал щуплый паренёк невысокого роста с капитанскими погонами и боярским гербом. Это и был Хитров. Он очень удивился, когда узнал, что ему отдают в подчинение штрафника:

— Нам брать с собой штрафника? Вы уверены, господин подполковник?

— А вам кажется, я в чём-то сомневаюсь, капитан? Господин Озёров — старший мастер третьей ступени. Его задача уничтожить крупных тварей. Возьмите с собой ещё пятерых ребят посильнее, прикроете огнём. Задача ясна?

— Так точно, ясна, — Хитров с недоумением покосился на меня. — Озёров, значит? Пойдёмте.

Отряд, к которому меня прикрепили, состоял из трёх сержантов, прапорщика и девушки-лейтенанта. За стену мы отправились не пешком, разумеется, а на броневике, похожем на тот, на котором меня везли в форт-155, но у этой модификации десантный отсек был объединён с кабиной, а перед одним из кресел имелся пульт управления боевым модулем, размещённым на крыше.

Все, кто ехал сейчас с Хитровым, владели какой-нибудь магией. Капитан, судя по моим ощущениям, был немного посильнее остальных.

Снаряжение гарнизонных солдат оказалось куда лучше, чем у штрафников. Все пятеро бойцов имели при себе карабины и гранаты, а у девицы — ещё и арбалет в придачу. Все были в бронежилетах и касках с рунической защитой от тьмы, а на шее у каждого висел медальон с маленьким кусочком рассеивающего камня. Мне же приходилось тащить с собой бесполезный автомат.

— Так это ты герой, который в одиночку за стену вылез? — спросила лейтенант Скавронская — высокая, крупная княжна с длинной косой и красивыми чёрными бровями. Она сидела напротив меня, придерживая карабин и арбалет.

— Сделать так было целесообразнее всего, — ответил я. — Если есть возможность не подпустить магнусов к стене, надо пользоваться.

— Не страшно было?

— Что мне бояться с моей силой?

— А за что тебя, кстати, в штрафную роту запихнули?

— Да так, одному лейтенанту по морде заехал.

— Дерзкий ты, смотрю, — лицо Скавронской осветилось открытой белоснежной улыбкой. — Мне нравятся такие.

Бойцы рассмеялись, а сидевший рядом бородатый прапорщик отметил:

— Ну всё, Кобра на тебя, парень, глаз положила. Берегись. Не отвертишься теперь.

У Скавронской был позывной «Кобра», хотя с чем это связано, я понятия не имел.

Разговоры заглушил стук крупнокалиберного пулемёта на крыше. Пока мы болтали, сержант, управлявший боевым модулем, следил за местностью через экранчика на своём пульте и, видимо, обнаружил цель.

— Спешиться и приготовиться к бою! — крикнул капитан. — Тёмные близко!

Все, кроме водителя и пулемётчика, выскочили на улицу.

Мы находились на гравийной дороге, ведущей через поле. Слева тянулись мотки колючей проволоки в пять рядов, между которыми пролегали борозды рвов. Впереди торчал огрызок разрушенной башни. Рядом с ней валялось что-то большое и чёрное. Похоже, одного магнуса защитники всё же завалили, а вот второго не смогли, и теперь он шатался неподалёку. Да и мелких тварей тут было полно, правда они бродили шагах в двухстах от нас. У капитана хватило ума не завести нас в самую гущу.