Сабля, птица и девица (СИ) - Зубков Алексей Вячеславович - Страница 39

Рыцарь легко догнал его в два шага с длинным выпадом и уколом в грудь. Ласка отшагнул влево, и лезвие меча скользнуло по обуху сабли. Сразу же контратаковал ударом в плечо.

Не так-то просто успеть выдернуть меч из неудачного выпада с уколом в защиту. Этот успел, вложил в движение не только кисть, а все тело, и принял удар на сильную часть клинка. Сабля поехала вниз до гарды и еще не остановилась, а рыцарский меч уже летел острием в лицо противника.

Укол Ласка отбил ближней к перекрестью частью клинка, чтобы вражий меч ушел вверх. Но сам назад не отступил. Зря. Рыцарь продолжил движение вперед, начатое выпадом, схватил Ласку левой за руку с саблей, ударил навершием меча в лицо и чудом не выбил глаз. Гладкое округлое навершие больно скользнуло по лбу, но не повредило кожу.

С опозданием Ласка тоже схватил противника за руку. Стойки бойцов почти зеркально отражали друг друга. Француз знал, что делать в ближнем бою. Он уперся ногой в ногу Ласки и надавил вперед пытаясь уронить его на землю. Но добрый молодец тоже с детства учился и ближнему бою, и борьбе. Ласка повернулся, освободил ногу, вывел рыцаря из равновесия и помог ему упасть.

Француз все-таки смог опереться на левую руку, а правой взмахнул мечом и отбил удар. Тут же встал в позицию, как ни в чем не бывало.

Снова сошлись, рыцарь держал меч перед собой двумя руками. Ласка атаковал ложным ударом в предплечье, заставляя рыцаря сдвинуть руки ближе к себе и давая возможность сделать шаг вперед. Не дал рыцарю перейти в контратаку, сбил его меч в сторону, заодно отведя саблю на замах, и ударил в голову.

Рыцарь успел взять защиту клинком, направленным к земле, и тут же нанес сильный удар сверху вниз. Теперь Ласка взял такую же перевернутую защиту. Но одной рукой намного сложнее выдержать удар, в который вложили силу двух рук. Ласка старался вышагнуть из-под удара, и почти успел, но рыцарский меч передавил его защиту, выворачивая руку, и распорол дублет немецкого кроя на плече и спине, неприятно коснувшись кожи, но ограничившись неглубоким порезом.

Француз ударил снова, не давая своему противнику опомниться, сверху и снизу, слева и справа. Ласка шагами и прыжками разрывал дистанцию, крутился волчком. Дуэлянты снова остановились в почти симметричном положении. Ласка закинул саблю на правое плечо, угрожая рыцарю ударом в голову. Рыцарь выставил далеко вперед левую ногу, отвел меч к правому плечу, готовый одним ударом с широким шагом снести Ласке голову.

Батя, похоже, недооценил всяких там немцев, которые бьются сходами, и их будто бы надо давить непрерывными атаками. Этот как и вовсе не устал. Молодой, здоровый.

Рыцарь ударил первым. В голову. Но сразу же отпустил правую руку с рукояти, продолжая держать меч левой рукой за навершие и направляя его вниз, в правое колено. У тренированного рыцаря левая рука не сильно слабее правой, и такой удар уже не раз оставлял его противников на земле с разрубленной ногой. На этот раз рыцарский меч столкнулся с кривой саблей на полпути. Так получилось, что Ласка решил сделать такой же удар.

Оба отступили, перехватили оружие поудобнее. Теперь атаковал Ласка. Начал с удара сверху в голову, рыцарь взял защиту, Ласка в последний момент поменял направление удара, нырнул саблей под клинок противника и полоснул его по животу. Рыцарь разгадал обманный маневр слишком поздно, отскочил назад, но булатная сабля легко рассекла дублет, вернувшись с кровью на лезвии.

Француз ударил сверху вниз. Ласка, двигаясь вперед, успел подхватить его под локоть, прикрылся клинком от опускающегося меча, ударил рукоятью сабли в лицо, но немного промахнулся и лишь слегка задел челюсть.

Зубы лязгнули. Рыцарь почувствовал, что вот сейчас начинает злиться по-настоящему. Ласка снова попробовал бросить его на землю, Но рыцарь уже понял, что имеет дело с человеком, который разбирается в борьбе. Не стал разрывать дистанцию, а закинул меч Ласке за спину поперек тела, схватил левой рукой за клинок ближе к острию и, используя меч как рычаг, с поворотом корпуса швырнул загадочного иноземца на землю.

Ласка упал, перекатился, увернулся от удара и снова оказался на ногах, так и не выпустив из рук сабли. Рыцарь ударил, коротким движением обеих рук крутанув рукоять меча. Клинок описал дугу над головой и столкнулся с изогнутой саблей летевшей навстречу. Искры снова посыпались на землю.

— Сдайся по-хорошему, — сказал рыцарь Ласке.

— Хрен тебе. Лучше смерть от меча, чем от палача. Сам видишь, что я не вор, а рыцарь. Будь я вор, уже бы мертвый лежал.

— Ладно, верю.

Рыцарь опустил меч.

— Арман де Виллар, — представился рыцарь, — Также известен как «младший бастард Савойский».

— Это разве не оскорбление? — спросил Ласка.

— Во Франции нет. Брат матери короля Рене де Виллар был губернатором Прованса. Звали его «Великий бастард Савойский».

— Ivan Umnoi. Sohn von Ustin, — представился Ласка, на этот раз переведя «Устинов сын» на немецкий.

В Европе рыцари никогда не обращались друг к другу по прозвищам. В европейском высшем обществе не завелся русский обычай иметь отдельно крестильное имя и отдельно мирское прозвание.

— Неловкое положение, господа? — спросил Вольф, лежа на дороге.

Он пришел в себя, но не развязался.

— Ты кто такой? — спросил Арман де Виллар.

— Вольф Стопиус, аптекарский приказчик. Меня конокрады в плен взяли, — Вольф демонстративно подергал веревки.

— Этот? — спросил рыцарь.

— Нет. Цыгане с ведьмой. А этот смелый молодой человек их разогнал и меня освободил.

— Точно?

— Как на духу. Вон ферма. Внутри лежат связанные и уже обоссавшиеся хозяева, муж с женой, сын и дочь. Спросите их, видели ли они среди разбойников этого русского.

— Спрошу, — рыцарь подошел к Вольфу и взмахом меча перерубил на нем веревку.

Оказалось, что де Виллар говорил по-лошадиному не хуже Ласки. Даже лучше, французские лошади понимали его, не переспрашивая. Втроем собрали всех лошадей, довели до фермы и привязали там. Пока закончили, уже и стемнело. Цыган со стрелой в спине незаметно уполз в поле и там потерялся.

В доме действительно оказались связанные крестьяне. Когда Вольф успел их увидеть?

Первым делом Арман де Виллар поговорил с крестьянами. По-французски Ласка не понял, но догадался, что крестьяне первый раз видят и его, и Вольфа.

Рыцарь дал главе семьи несколько серебряных монеток, для гостей тут же зажгли свечи и накрыли стол. Хлеб и яйца нашлись сразу. Кусок ароматного копченого окорока выставил на стол рыцарь. Брал в дорогу, надо доесть, пока не испортилось. Вольф сбегал на конюшню и принес из остатков дорожных запасов немного сладких сухарей и твердого сыра. Хозяйка сбегала в погреб и принесла кувшин вина.

— Тут что, две шайки было? — спросил рыцарь, едва присев за стол.

— Откуда две? — не согласился Ласка.

— Элефант говорит, вы двое его увели, потом ведьма заколдовала, потом ты его у ведьмы отбил.

Когда он успел еще и коня допросить?

— Цыгане с ведьмой хотели отобрать Элефанта у меня. А я увел его, чтобы закрыть долг чести перед одним благородным человеком из Вены, — признался Ласка.

— Черный дестрие? Чтобы табличку не менять?

— Да, — Ласка заметно удивился.

— Ты не первый. Даже не второй.

— Как ты нас выследил? Вроде гнали-гнали, на глаза людям не показывались.

— Если бы я людей спрашивал, до сих пор бы искал. Я спрашивал всех встречных лошадей. Уздечку Элефанта им давал понюхать. И на следы смотрел. Два дня по утрам идет дождь, а у Элефанта очень приметные подковы.

— А направление? Мы ведь могли куда угодно поскакать.

— Скорее всего, в сторону границы. Аррас, Реймс, Мец. Не так уж много дорог. Еще до полудня я нашел первый след, дальше все просто.

— Но почему один, без солдат?

— Главный конюший меня недолюбливает. Его Величество на двенадцать лет пожаловал мне должность инспектора королевских конюшен за то, что я говорю по-лошадиному. С тех пор все, кого я инспектирую, меня не любят. И за то, что инспектирую, и за то, что моложе их, и за то, что по-лошадиному говорю, а они нет. И происхождению завидуют. Им бы только от меня отделаться. На этот раз отправили искать одного, надеются, что не найду. А я взял и нашел.