Чернокнижник и феи (СИ) - Лаас Татьяна - Страница 163

Не думать. Не думать. Не думать. Не думать.

Звон возврата каретки, и снова клац, клац, клац…

Сделав очередной машинальный глоток кофе из уже пустого стакана, Вик заставила себя сбросить отупение и спросила, принимаясь раскладывать фиксограммы по папкам:

– И что теперь будем делать?

Одли стоял у окна, его рука то и дело дергалась в желании открыть окно, впуская свежий воздух, но он вовремя вспоминал о светомаскировке. Задумывался и… Рука снова тянулась к оконной ручке.

Грег, присев на угол стола, задумчиво рассматривал листы допроса Рауля Аранда – явно сверял с признаниями Бланш, ища несостыковки:

– Это ты к тому, что осуществилась мечта идиота – сразу два признания?

– Я не совсем это имела в виду… – пробормотала Вик, завязывая папку с делом Чернокнижника.

– Это-это, – Грег посмотрел ей в лицо и впервые на памяти Вик широко, открыто улыбнулся. – Буду просить помощи у детектива, предпочитающего опираться в расследовании на улики. Спасешь детектива, предпочитающего опираться на признания?

– У меня пока тоже плохо с догадками и особенно с уликами. – Вик посмотрела на Одли. Тот разрешающе махнул рукой, в очередной раз подавляя порыв открыть окно:

– Продолжайте, продолжайте. Я начинающий – буду учиться у маститых… Вашу ж мать… Как не хватает свежего воздуха. Хотя бы одного глотка. Это же безумие вокруг.

Себ перестал терзать печатную машинку и возвестил на всю залу:

– Вик, посмотришь перепись содержимого саквояжа леры Бланш или тебе зачитать?

Она закрыла на миг глаза, пытаясь одолеть головную боль:

– Давай сам. Даже не так. Что-то интересное было?

– Интересное? – повторил Себ. – Во-первых, Аранда, действительно её считает сумасшедшей. В саквояже не было ничего острого и опасного, а ведь в поездку всегда берут маникюрный набор и набор для шитья или вышивки.

Вик почувствовала себя неправильной нерой или сумасшедшей – она никогда не брала ничего для шитья и тем более вышивки. Бешенные белочки, только не это! Хуже было только вязание.

– Во-вторых, все в саквояже было перевернуто вверх дном, словно собирали в спешке или Бланш сама все перерыла в поисках чего-то. В-третьих, там лежал бумажник Аранды. И в-четвертых, там была смятая утренняя газета «Седьмица Аквилиты». Мбени в больнице давал показания – эту газету он купил по требованию нера Аранды, который, прочитав её, взбесился и смял, кинув на пол.

– Газета? – вздрогнула Вик. – Давай её сюда!

Она распрямила газету и быстро принялась её читать. Утром она допустила ошибку – недочитала её. Впрочем, Рауль Аранда, кажется, допустил ту же ошибку. В разгромной статье о Чернокнижнике не было ни слова о необычном фиксаторе и о Фишере. Именно поэтому Рауль Аранда не смог ничего сказать о Фишере.

Пролистывая страницу за страницей и вчитываясь в каждую статью, Вик спросила:

– Кстати, все забываю спросить: нашли уже того, кто слил сведения газетчикам? Надеюсь, это не вчерашний дежурный…

Ей ответил Одли:

– Нашли. Точнее почти – на Оленьем явно кто-то из военных проболтался, тут наши руки коротки, нам не найти болтуна.

Грег мрачным кивком подтвердил Одли, что уж он точно доберется.

– …а вот в управлении это был утренний уборщик – Брок же всю ночь строчил свои бумаги на стене. Он не убрал их в сейф на время тренировки в зале. – Одли покаянно склонил голову: – Моя вина. Забыл, какой рыжий бывает безалаберный.

Вик прищурилась, отвлекаясь от газеты – она нашла то, что искала: короткую заметку в криминальной хронике на последней странице. Всего пара строчек, которая могла оправдать леру Бланш. В то, что нер Аранда тоже лгал, Вик уже не сомневалась.

– Точно утренний уборщик?

Одли подтвердил:

– Точно. Он уже дал показания, и его оттащили в Королевский суд. А что?

Вик понятливо качнула своим мыслям:

– Вот почему газетчики и нер Аранда ничего не знают о Фишере – утром, когда Брок строчил свои записи на стене, мы с Грегом еще купались в Петлянке, изучая труп Фишера. А выходную газету Рауль недочитал… Ставлю золотой на то, что завтра Аранда, после визита адвоката, вспомнит о Фишере. Вот зачем ему понадобился адвокат…

Одли недоумевающе посмотрел на Грега, тот ответил ему таким же хмурым непонимающим взглядом. Инспектор подумал и осторожно выдавил:

– Знаешь, Вики… Я не рискну с тобой спорить. Я просто поверю тебе на слово. Можно вопрос: с чего такое предположение?

Ответил ему Себ – вот кто, оказывается, читает газету от начала до конца:

– В колонке уголовных новостей на последней странице «Седьмицы Аквилиты» есть короткая заметка об обнаружении трупа Фишера. Всего пара строчек. Они не попали в разгромную статью о Чернокнижнике. Правильно, Вик?

Она кивнула:

– Правильно.

Себ честно признался:

– Тогда я вообще ничего не понимаю.

Вик потерла висок:

– Знаешь, я тоже. Я запуталась. У меня снова нет подозреваемых…

Одли крякнул, но промолчал, пытаясь сам выстроить схему преступления. Не то, чтобы ему было обидно проигрывать Вик, просто для него все было однозначно: два преступления сплелись в одно. Убивала лера Бланш, нер Аранда занимался чернокнижным колдовством с фиксатором.

Грег, продолжая читать все бумаги, скопившиеся за сегодня, взял со стола заключение Дейла и подозвал Вик:

– Прости, ты должна это видеть.

– Что именно? – она устало поднялась со стула. Голова этого ей не простила – перед глазами на миг все потемнело. Хорошо, что она успела вцепиться руками в стол – не упала и даже не покачнулась, судя по отсутствию бросившийся ей на помощь парней. Она не удержалась и развязала узел галстука, затем расстегнула и тугой воротничок блузки. Осторожно, чтобы не выдать свое плохое состояние, она подошла к Грегу:

– Что?

Палец Грега ткнул в диагноз: «Множественные колотые раны мягких тканей головы и надплечий. Послеоперационный рубец на брюшной стенке. Истероидная депрессия. Данных за потенцитовую интоксикацию нет». Ниже были даны рекомендации: обработка швов раз в день, успокоительные капли, холодный душ и наружный массаж матки.

Вик знала, что Дейлу нельзя доверять в плане магии, но… Вдруг?

– Надо же… – все же выдавила она из себя. – Надо, чтобы заключение дал Др… Адер Дрейк.

Грег кивнул:

– Да. Это… Неожиданно.

Одли подошел к ним, забирая медицинское заключение, и обреченно выдыхая:

– Лекарство все же… Работает? – Он рванул к Себу: – где бумаги из Ариса? О лечении леры Бланш?

Себ спешно открыл папку, ища эпикриз.

Грег заглянул Вик в лицо:

– Ты устала, Вик?

– Нет, – солгала она, не желая уезжать домой, когда расследование стронулось с места и… Снова уперлось в тупик.

– Виктория, я могу помочь. Снять усталость и головную боль.

Она подняла на него глаза – все же, как и Эван (запретное сейчас имя!), Грег был выше её:

– Пожалуйста, если тебе нетрудно. Тут такая духота, что я вот-вот упаду в обморок…

– Могу я к тебе прикоснуться?

– Можешь, – она закрыла глаза, чувствуя, как от острожного прикосновения Грега уходит прочь боль и ломота.

Одли мрачно подал Вик заключение профессора Манчини, где было описание очагов склероза в головном мозге на момент поступления и на момент выписки с припиской – «значительное уменьшение». Дейл очагов склероза не обнаружил вообще. Лекарство работало. Лера Бланш давала показания в твердом уме и здравой памяти. Она играла, изображая истерику.

Вик без сил опустилась на стул. Грег молчал.

Одли выдавил из себя:

– Надо заказать несколько пинт кофе и новые боксерские мешки. Брок же на стену полезет от дилеммы: закон или спасение женщин всей планеты. Вот это точно пердюмонокль. Удавиться и не жить…

Как назло, из дверей протяжно донеслось:

– Ммм? Вы о чем?

Одли не сдержался и от души выругался.

Грег повернулся к Броку:

– Ты хотел попробовать себя в схватке со мной?

Брок недоверчиво его осмотрел с головы до ног: