Венец Хеопса - Андриенко Владимир Александрович - Страница 15

Но и его убили по знаку Харати.

Одноухий подошел к командиру и с досадой в голосе сказал:

— Ты напрасно убил этого гикса, Харати! Это знатный воин! Посмотри на знаки на его шее. Нужно было его захватить.

— Какой это воин! Трус! Он не вышел ко мне с оружием как подобает мужчине! Он допустил, чтобы его людей перебили, а сам отсиживался здесь! — ответил Харати, вытирая лезвие топора.

— Смотри! У него в сумке что-то ценное.

Одноухий достал из сумки кожаный украшенный золотом и слоновой костью футляр.

— Что это?

— Это послание! — заявил второй воин. — Я видел такие. Этот человек был посланцем царя Хамуду. — На футляре царские знаки!

— Но к кому он был послан? — спросил Харати.

— Это мог бы сказать он, но он мертв, благодаря твоей руке и твоему топору. Теперь в послании можно прочитать к кому он был направлен. Но кто из нас знает тайны знаков на папирусе?

— Никто не знает, — ответил Харати, повертев футляр в руках. — Но мы передадим его в ставку фараона, и пусть он решает, что с этим делать. У него много ученых писцов разбирающих знаки на папирусе.

Харати отправил одного своего командира в сопровождении лучников в Хемену.

— Передадите послание в канцелярию государя.

— Но отчего это должен делать я, Харати? — возмутился бравый десятник. — Я могу драться не хуже иных.

— Оттого я и посылаю именно тебя в ставку фараона.

Десятник был недоволен. Воины Харати успешно нападали на гиксовские небольшие отряды, грабили купцов на территориях великого гика и захватили уже большую добычу.

— Я понимаю твое недовольство, — сказал Харати. — Но это послание может быть ценным и тебе следует его доставить. Кто знает, как фараон пожелает наградить тебя?

— Наградить? — спросил десятник.

— Конечно, наградить. А пока иди и развлекись со здешними девками. Наши, судя по крикам, уже занялись ими…

Хемену. Ставка фараона Камоса.

Спустя неделю посланец Харати добрался до Хемену и вручил захваченный трофей царскому брату Яхмосу, дабы тот передал его повелителю Верхнего Египта.

Фараон прочитал послание великого гика к царю Нубии:

«Владыка Дельты, царь в городе Авар, великий гик и царь стран Хамуду приветствует царя Хаусера, властителя Куша из цитадели Гиксов священного города Авар.

Я царь и владыка Дельты обращаюсь к тебе с вопросом. Отчего ты не действуешь? Разве не видишь того, что содеял царь Камос против меня? Он гонит меня из моих земель, наследия отца и деда моего. Не нападал я на него, но он со своими воинами напал на земли мои и вынужден я был защищать доставшееся мне по праву.

Сегодня он входит в мои двери, а завтра станет у твоих. Обрек он Обе Земли на нищету. Он разоряет города и селения. Он называет себя сыном Амона, но действует против Амона и не как положено Сыну Ра.

Смотри на земли Севера! Там пылает огонь. И воины Камоса идут на приступ моих городов. Смотри, я не дам ему пути пока силы есть у меня. Но что будет, если не придешь ты мне на помощь? Ступай без промедления на земли Камоса и предай его крепости огню. Принуди его князей к покорности, и мы разделим с тобой города его между собой в радости».

Камос отдал папирус Яхмосу.

— Прикажи наградить воинов, что захватили это, брат мой.

— Все исполню, государь. Но что ты скажешь про это?

— Я ждал чего-то подобного от Хамуду. Он уже не уверен в своих силах и поднимает против нас царя Хаусера. Но не думаю, что Хаусер сейчас способен на большую войну против нас.

— Ты думаешь, брат мой? Но я знаю о том, что у Хаусера есть около пяти тысяч воинов.

Фараон ответил:

— Это маджаи, которые не станут сражаться за интересы царя из династии гиксов. Они терпят Хаусера у себя. Он дал им независимость, о которой они мечтали еще со времен фараона Сенусерта. Но воевать ему будет не с кем. Он может немного пошуметь на границах или даже напасть на наши крепости. Но взять хоть одно из наших пограничных укреплений они не смогут.

— Значит, ты не опасаешься военных действий со стороны Хаусера?

— У нас достаточно сил на границах с Кушем. Нам стоит подумать о взятии крепости Гнездо Азиатов, брат мой. На долгую осаду у нас нет сил. Хамуду также не дремлет, а собирает войска.

— Не думаю, государь, что нам опасен царь Хамуду. Иное дело его погибший отец — умный и дальновидный Апопи. Нам ныне опасен князь Нубти-Сет. Это он теперь настоящий повелитель гиксов, а не Хамуду.

— А что, ты, брат, скажешь о принце Тети?

— Это решительный правитель. И если бы он занял трон в Аваре, нам было бы труднее.

— Вот именно, брат мой. И сейчас нам нужно подумать, как взять Гнездо Азиатов с одного удара.

— Без осады? — удивился принц Яхмос.

— У нас слишком мало сил для долгой осады, брат. И если осада затянется, то Нубти-Сет может ударить по нам, и тогда мы попадем между двух огней.

— Но о царе Хаусере из Нубии забывать не стоит.

— А кто тебе сказал, Яхмос, что я забыл про него? Я фараон Верхнего Египта. Я помню все!

Принц поклонился брату. Камос показал, что желает остаться один…

* * *

Яхмос покинул дворец фараона в Хемену и отправился в дом, где он жил со своей свитой. Этот дом предоставил ему номарх Солнечного Ока, ибо жить во дворце принц не мог. Камос стал полностью выполнять все ритуалы, и вход в его дворец был ограничен даже для брата.

— Господин! — офицер стражи с поклоном приблизился к принцу. — К тебе прибыл человек из Фив.

— Что за человек? — спросил принц.

— Он назвал свое имя. Его зовут Неши.

— Никогда не слышал этого имени. От кого он прибыл? Мне надоели люди, что благодаря мне хотят попасть в армию фараона.

— У этого человека есть печать твоей великой матери, господин.

— Печать матери? — удивился Яхомос. — Где он?

— Ждет тебя, мой господин!

— Проводи его в мои покои. Я хочу послушать, что он скажет.

Так произошла первая встреча принца Яхмоса, будущего великого фараона, и его будущего доверенного чати (министра) Неши.

Неши был невысокого роста, крепкого сложения, с небольшой головой и красивым лицом с правильными чертами. На нем простое одеяние, какое носили младшие чиновники — белая хлопковая рубаха, такая же юбка, небольшой передник с полосами красного и синего цвета, кожаные сандалии.

Увидев принца, Неши низко поклонился.

— Ты привез мне послание от моей матери? — спросил принц.

— Я привез лишь печать великой госпожи, дабы светлый принц знал, что я пришел к нему с её согласия.

— Но кто ты такой? Ты не фиванец?

— Нет, господин.

— И ты не из знати? Ты один из тех, кто не имеет ни роду, ни племени. Так? — усмехнулся принц.

— Да, господин, — признался Неши. — У меня нет знатных предков, которыми я мог бы гордиться.

— И чего ты хочешь от меня? Желаешь стать знатным и богатым?

— Это мечта многих, мой господин.

— Верно! Многие хотят знатности и богатства и потому желают проникнуть ко двору моего брата или к моему двору. Но с чего ты взял, что я захочу взять тебя на службу? Ты не имеешь знаменитого отца или деда!

— Но для моего господина это даже хорошо. Я служил у великого господина Потифера хранителя сокровищницы Белого Дома. И Потифер, с ведома великой госпожи Яхх, отправил меня к принцу.

— И чем ты мне можешь пригодиться?

— Я знаю многие папирусы и историю нашего царства. Я знаю родословную князей Фив и многих номархов. Я разбираюсь в торговле и ирригации. Я знаю, какие культуры выращивают в номах, и какие породы животных нужно разводить в той или иной области. Я знаю законы и традиции, по которым управляются территории страны Кемет.

— А что до военного дела? — спросил принц.

— Здесь я весьма малосведущий человек.

— А мне сейчас нужны военные, Неши.

— Я не полководец, господин. Но я хорошо понимаю, что воинам нужно есть и пить. И знаю, как наладить снабжение армии.