Машина мышления. Заставь себя думать - Курпатов Андрей Владимирович - Страница 66

То есть у вас тут же, причём на полную катушку, включаются и другие зеркала — например, «верхнее» и «нижнее».

Теперь в вашей головушке уже не просто квартира и пазлы опыта, связанного с жилищами, которыми вы когда-то пользовались (или к которым когда-то примерялись), а целый гомон голосов, заинтересованная публика, что, как вы понимаете, тоже является опытом, множеством фрагментов вашего опыта.

Персонажи, ожившие в соответствующих отделах ваших теменных долей, «будят» следующих: сначала вы вспомнили близких, с кем вам точно придётся иметь дело в вашей квартире, затем людей, которые с ними связаны, затем, наконец, вообще каких-то посторонних людей, чьи реплики о жилье когда-то почему-то запали вам в теменную долю.

В результате сложность системы возрастает многократно: работают обе петли — «сознательная» (лобно-теменная) и «бессознательная» (теменно-лобная), — подначиваемые корково-подкорковыми отношениями («верхнее» и «нижнее» зеркала).

• При этом, с одной стороны (как бы со стороны объективной реальности), у вас план жилища с его возможностями и объективными ограничениями, число проживающих, фактическая мебель и т. д. и т. п.,

• с другой стороны (как бы с вашей), весь нажитый вами опыт — в виде огромного множества пазлов, которые реинтегрируются (создавая новые комплексы) в ваших теменных долях и отсылаются вперёд — в лобные.

Лобная кора пытается сопрячь действительность, опыт, гомон голосов и, поверьте, ещё кучу всяких разностей, включая (но не ограничиваясь ими) «любимые цвета», «приятные на ощупь обои», «чтобы было как в журнале», «деньги на переезд», «брать или не брать кредит на ремонт», «прораб» и прочее, прочее, прочее.

Посмотрите на сложность устройства лобной коры, чтобы хотя бы в общих чертах представить себе потенциальный объём, так сказать, вводных, которые она учитывает и с которыми она имеет дело (рис. 13).

Рис. 13.  Анатомическое расположение различных подотделов лобной коры.

Левая дорсолатеральная префронтальная кора (dlPFC), входящая в центральную исполнительную сеть, обеспечивает поиск по так называемой семантической памяти.

Аналогичная область справа создаёт устойчивое внимание на задаче. Вместе они предоставляют, так сказать, облачное хранилище для рабочей памяти и временной интеграции.

Дорсомедиальная префронтальная кора (dmPFC), относящаяся к дефолт-системе мозга, обеспечивает понимание социальных отношений и взаимосвязей.

К ней же, посмотрите, прилегает орбитальная лобная кора (OFC), в ней, как мы теперь знаем благодаря исследованиям Джоан Пауэлл, Пенелопы Льюис и Робина Данбара с другими коллегами, буквально физически находятся образы людей, с которыми вы регулярно общаетесь14.

А ещё есть, например, вентромедиальная префронтальная кора (vmPFC), которая ближе всех примыкает к миндалине и отвечает за то, чтобы вся эта производимая вами интеллектуальная работа не казалась вам приятным делом и вообще жизнь мёдом не казалась.

Именно она заставляет вас тревожиться, думая о том, угодите вы тем или иным решением своим близким, насколько будут вашими трудами впечатлены ваши знакомые и окажутся ли результаты вашего труда достаточно функциональными для использования — то есть будете ли вы сами ими удовлетворены.

Не рисунке также изображена передняя поясная извилина (АСС), а это и вовсе часть, как мы с вами уже знаем, лимбической системы, пробравшаяся в нашу «логичную» лобную долю.

Именно она является тем местом, где встречается наше здравое вроде как «верхнее отражение» со всем буйством чувств и потребностей, идущих «снизу».

Понятно, что эти дополнительные вводные, которые появляются одна за другой по системе ассоциативных связей, постоянно дестабилизируют промежуточные решения, вносят беспорядок в сложившуюся было историю, и процесс качания маятника спереди назад и сзади наперёд продолжается и продолжается…

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ

То, что базовые нейронные сети — центральная исполнительная, сеть выявления значимости и дефолт-система мозга — не так просты, как может показаться на первый взгляд, догадывались уже давно.

Исследования продолжаются, и, конечно, особый интерес вызывают лобно-теменные отношения — как те, что входят в центральную исполнительную сеть, так и те, что входят в дефолт-систему мозга.

Так, например, совсем недавнее исследование 2020 года, проведённое группой учёных под руководством Эндрю Мерфи из Пенсильванского университета, показало, что центральная исполнительная сеть делится, по сути, на две самостоятельные подсистемы15.

Одна отвечает за стимулирующие, так скажем, связи с дефолт-системой, а другая работает с ней в противофазе и отвечает за внимание к внешним стимулам (так называемая дорзальная система внимания).

Собственно, в противофазе работают и эти две подсети (рис. 14):

при активизации «подсети А» мозг как бы черпает информацию у себя изнутри (из закромов своей дефолт-системы),

• а вот при активизации «подсети В» он, напротив, собирает актуальную информацию, пытается создать представление о том, что происходит сейчас.

Но и это ещё не всё, ведь когда мы говорим о «переднем» и «заднем» мозге, мы должны помнить, что и в том и в другом есть специфическое разделение функционала.

Рис. 14.  На схеме, созданной исследователями с помощью тракторографии с диффузной визуализацией, мы видим, как меняется взаимодействие центральной исполнительной сети с передними и задними отделами мозга при активизации подсетей А и В.

• Одно дело, например, когда мы говорим о системе движения — соответствующие области переднего и заднего мозга разделяет лишь так называемая центральная борозда («схема тела» и двигательная чувствительность находятся в «заднем мозге», а командные центры движения — в «переднем»),

• и другое дело, если речь идёт, например, о восприятии времени, где за формирование образа будущего отвечают самые передние области префронтальной коры, а за восприятие событий во времени — соответствующие зоны теменной коры.

То есть логично предположить, что движение информации в мозге спереди назад и сзади наперёд в рамках той самой центральной исполнительной сети тоже должно иметь под собой определённый субстрат, учитывающий эти особенности.

Собственно, именно это мы и видим в исследовании Дерека Ни из Государственного университета Флориды, результаты которого были опубликованы, пока я работал над этой книгой.

Сразу, наверное, оговорюсь, что Дерек Ни занимается изучением нейрофизиологического субстрата, обеспечивающего преображение нашего восприятия в мысли, поэтому для него ключевыми понятиями являются цели, контексты, когнитивный контроль.

Итак, что удалось выяснить Дереку Ни?

Анализируя области временного, контекстного и сенсомоторного контроля, он показал, что их представительство обнаруживается как в «переднем», так и в «заднем» мозге (рис. 15)15.

Сам Дерек Ни назвал эти зоны зонами «зеркального отображения градиентов управления» префронтальной и париетальной коры.

Рис. 15.  Схематически представлены лобные и теменные области временного, контекстного и сенсомоторного контроля, а также их объединение на нижнем изображении.

Посмотрите, как они выстраиваются в ряд:

• самые важные функции с точки зрения выживания особи (чувствительность и моторика) «отражения» находятся буквально друг напротив друга через центральную борозду,