Вавилонские сестры и другие постчеловеки - Ди Филиппо Пол - Страница 80

Фиарон поразмыслил над сказанным и с воодушевлением произнес:

– Мы понимаем серьезность дела, доктор Зостер. Время дорого. Когда мы можем отправиться в путь?

Зостер поковырял каблуком грязный пол.

– Нужно нанять носильщиков-туземцев. Подготовить припасы. Мы подвергнемся смертельному риску... Что вы можете дать нам взамен?

– Упаковку прохладительных напитков? – предположил Малверн.

Фиарон подался вперед.

– Транзисторные радиоприемники? Антибиотики? А как насчет сантехнического оборудования?

Зостер в первый раз за все время улыбнулся, сверкнув золотыми зубами.

– Зовите меня Герби.

Зостер вытянул палец, на кончике которого сидел муравей, размером и цветом напоминающий кунжутное семечко.

– Это самый крупный организм на свете.

– Слыхал об этом, – тут же перебил его Малверн. – Вроде огненных муравьев, наводнивших Америку, верно? Они проскочили сквозь бутылочное горлышко дарвинизма и остаются абсолютно идентичными в генетическом плане, даже когда рождаются от разных маток. Они распространились по Штатам быстрее, чем суфле из алтея.

Зостер вытер пот грязной банданой.

– Этих муравьев получили четыре десятилетия назад. Они несут в себе гены ризотропического грибка, что позволяет им удобрять растения азотом. Но разработчики перестарались. Муравьи значительно повышают урожай, но сами при этом обладают иммунитетом к болезням и паразитам. Чистильщики в конце концов вытравили их из Америки, но в Африке нет Чистильщиков. У нас нет здравоохранения, нет телефонов, нет дорог. В результате клонированные муравьи массивной волной распространились от Тимбукту до Кейптауна, превратившись в единый сверхорганизм размером с саму Африку.

Малверн с сожалением покачал головой.

– Вот что значит – доверять Чистильщикам, дружище. Да любой придурок мог бы растолковать этим корпоративным преступникам, что иерархическая система никогда еще до добра не доводила. Что вам, странам третьего мира, нужно, так это вирусный рынок, высокотехнологичное оборудование...

Бравада Малверна явно произвела впечатление на Зостера, и оба скэба ударились в дискуссию, щеголяя друг перед другом мудреными словечками и предоставив Фиарону молча пробираться через жаркие, враждебные джунгли.

Из всех троих вооружен был только Зостер, но GPS-навигаторы имелись у каждого.

Завершали строй пятеро носильщиков-туземцев, груженных багажом и провиантом. Босые, одетые только в набедренные повязки-дхоти носильщики могли похвастать самыми разными модификациями тела, такими как дорсальные резервуары для воды, укрепленные подошвы и убирающиеся когти, а также менее полезными косметическими изменениями вроде движущихся шрамов (именно так воспринимались подкожные черви-симбионты) и огромных ушей, снабженных слоновьей мускулатурой. Ритмическое помахивание ушами сопровождалось легким потрескиванием, любопытно перекликавшимся с туземным языком.

Недружелюбный ландшафт Сьерра-Леоне несколько скрашивали мутировавшие джунгли. Война, бедность, болезни и голод – эти Четыре Лендровера Африканского Апокалипсиса – давно уже остались в прошлом, Черная Смерть прибрала большую часть населения, освободив континент для возрождающейся флоры и фауны.

Эти самые флора и фауна, однако, оказались куда менее дружелюбно настроены к человеку, нежели в старых джунглях, казавшихся теперь патриархальным раем. Пройдя через мясорубку биотеррора, на свет явились не «твари», а «эволюари». Деревья вились, листья перебирались с ветки на ветку, насекомые рычали, млекопитающие летали, цветы кусались, лианы ползали, грибы рыли норы. Рыбы, радикально измененные парниковым эффектом, сделались двоякодышащими и встречались тут и там на тропинках джунглей.

Двигаясь по тому, что осталось от автострады, исследователи добрались до давно заброшенных городов Байяу и Моямба. Странные природные образования покрывали железобетонные останки, заставляя вспомнить слова Озимандии о человеческой спеси. Прозрачное желе заполняло остовы автомобилей, в которых еще можно было разглядеть скелеты водителя и пассажиров. Маслянистые орхидеи блевотиной свисали из окон. Разогнав стаю крылатых крыс, путешественники разбили лагерь. Зостер разбил две палатки для скэбов и их животных, а носильщики соорудили себе подобие иглу из рогов и веток.

Отужинав несколькими пакетами какой-то сублимированной бурды, путешественники забылись сном. Фиарон так устал, что не слышал даже храпа Малверна.

Проснувшись раньше остальных, он откинул полог палатки, высунул голову наружу и замер, потрясенный. Лагерь был окружен. Долговязые туземцы, едва похожие на человеческих существ, опираясь на копья, наблюдали за палатками. В настоящий момент к дикарям прибывало подкрепление на древних джипах, оборудованных зенитками и ракетными установками.

– Лесная армия Кисси Ментала, – сообщил Зостер. Торопливо пошарив в рюкзаке, он достал оттуда пару механических башмаков. – Итак, девочки, внимание, – прошептал он, засовывая ноги в тяжелое ножное оборудование. – У меня есть план. Когда я потяну за эту веревку, палатка сложится. Это собьет дикарей с толку. Со всех ног бежим в том направлении, откуда пришли. Если кто-то из вас выживет, жду вас у меня дома.

Зостер поднял револьвер – их единственное оружие, – щелкнул тумблерами на носках башмаков, и загадочные приспособления затарахтели и принялись испускать сизоватый дымок.

– Семимильные сапоги на бензиновом двигателе, – сообщил он. – Состояли на вооружении армии ЮАР. Дорога им не требуется, а при сноровке они позволяют достигать скорости в тридцать, а то и сорок миль в час.

– Ты и правда думаешь, что мы сможем обогнать этих дикарей? – спросил Малверн.

– Мне не надо обгонять их, я собираюсь обогнать вас.

Зостер одним движением сложил палатку и выскочил наружу, открыв беспорядочную пальбу из револьвера. Башмаки изрыгнули снопы пламени, и Зостер совершил такой длинный прыжок, словно им выстрелили из катапульты.

Обезумев от ужаса, Малверн с Фиароном выкарабкались из-под палатки и тут же оказались в руках воинов Кисси Ментала. Тем временем дикари вспороли ножами вторую палатку и набросились на сопротивляющихся Виббла и Спайка.

– Замри, Спайк!

– Спокойно, Виббл!

Животные подчинились.

Подданные принца мало напоминали людей – этакие таллофиты, страдающие базедовой болезнью. Некоторые прикладывали какие-то листья к дыркам на руках, ногах и груди – видимо, эти раны были нанесены револьвером Зостера.

Негодяи быстро разобрали крышу временного пристанища носильщиков. Бедные туземцы рыдали от ужаса, но не оказали никакого сопротивления. Несколько воинов Кисси Ментала – создания с огромными головами и длинными зубами – выскочили из ржавого джипа. Они взяли на изготовку неописуемо ужасные русские автоматы и разрядили обоймы в остатки иглу. Оттуда доносились отчаянные крики. Затем негодяи выволокли наружу мертвых и раненых и безжалостно разорвали их на части.

А потом эти бессовестные создания, воняя потом и муравьиной кислотой, связали Фиарону и Малверну руки длинными травяными жгутами, а Виббла и Спайка подвесили к длинным шестам, которые взвалили себе на плечи.

Подгоняя прикладами, пленников повели в глубь джунглей. По пути бандиты то и дело останавливались, чтобы выпустить очередь во все, что движется. Жертв быстро рубили на куски и складывали в мешки для провианта.

Не прошло и часа, как Фиарона и Малверна доставили в походное логово принца Кисси Ментала.

Фиарон не отводил взгляда от трона принца, лишь бы не видеть того, кто на этом троне сидит. Трон представлял собой ряд из трех самолетных сидений первого класса с убранными подлокотниками. Покоились сиденья на передвижном паланкине. Специальная система подпорок поддерживала гигантскую голову принца.

Пленников вытолкнули вперед.

– Батюшки-светы!.. – прошептал Малверн. – Да он же наполовину шимпанзе, наполовину муравей!

– Что не оставляет ни одного процента от человека, Мал.