Художник моего тела (ЛП) - Винтерс Пэппер - Страница 83

Мисс Таллап провела пальцем по моей спине, обходя вокруг меня. Она рассмеялась, когда я отскочил от нее, как от огня.

— Ты всегда такой нервный. — Мисс Таллап направилась к своей сумке, порылась в ней. Вытащив наручники, веревки, бутылочку со смазкой и кляп, она повернулась ко мне с ухмылкой. — Я горжусь вами, мистер Кларк. Вы пришли. Вы выбрали правильный вариант. И, благодаря этому, я полагаю, что вы и впредь будете выбирать с умом. — Размахивая игрушками для бандажа, она добавила: — Это если вы не будете хорошо себя вести. Я не буду возражать против их применения. На самом деле, меня заводит, когда я связываю, так что, возможно, мы все-таки поиграем с ними.

Я прочистил горло, когда паника забурлила в моей крови.

— Я буду вести себя хорошо.

Я ни за что не хотел быть связанным. Желание убежать уже почти пересилило мою потребность защитить Олин.

Был готов бежать в полицию и рассказать им о случившемся. Я бы рискнул быть обвиненным в нападении, если бы это означало, что мне никогда не придется спать с этой психопаткой.

Но если окажусь в тюрьме, как, черт возьми, я смогу любить Олин? Как могло сбыться наше будущее? Как она могла остаться моей, когда меня не было рядом, чтобы заботиться и лелеять ее?

Она станет чьей-то другой.

Мое сердце треснуло, кровь хлынула из разорванных сосудов.

Мисс Таллап бросила мне бутылочку со смазкой.

— Я принесла это на всякий случай. Но, честно говоря, я такая мокрая, что она нам не понадобится. Если только мы не решим вставить в тебя что-нибудь. Ты когда-нибудь экспериментировал с этой областью своего тела, Гилберт? — Она хихикнула. — Это может быть забавно.

Меня чуть не стошнило на ковер.

Я отбросил смазку в полумрак комнаты.

Как, черт возьми, она думала, я смогу это сделать? Я не мог заняться с ней сексом, потому что был вялым, как переваренные спагетти. Она отталкивала меня. Я ни за что бы не стал для нее твердым.

Я поднял голову, немного осмелев. Возможно, этого не произойдет. Может быть, я смогу пережить попытку, а потом смириться с насмешками над тем, что я бесчувственный подросток, у которого ничего не получается.

Взмахнув своими светло-каштановыми волосами, она направилась к мини-бару. Стоя ко мне спиной, налила два бокала виски, затем протянула оба мне.

— Вот.

— Нет. — Я покачал головой. — Я не пью.

Мой отец был идеальным примером того, почему никогда не следует пить.

И не мог выносить запах алкоголя, потому что он пропитал весь дом, в котором я жил. Не мог переварить его последствия, потому что от него у меня регулярно шла кровь.

— У тебя также не было секса, но скоро будет. — Она сунула мне в руку бокал. — Выпей это.

Я прищурил глаза, когда она подняла мой бокал со своим.

— За ночь разврата. Ты ведь знаешь это слово, не так ли? Не волнуйся. Если нет, то к концу моего урока ты будешь полностью просвещен. — Она подмигнула и опрокинула алкоголь в горло.

Я пальцами сжимал бокал, желая, чтобы она разбилась и жидкость выплеснулась на ковер. Она выхватила у меня нетронутый бокал, провела меня спиной вперед к кровати, положив руку мне на грудь, и толкнула меня, когда мои колени ударились о матрас.

Я тяжело осел, сердце колотилось, пульс бился, когда она подошла ко мне, раздвинула мои бедра и запрокинула мою голову вверх.

— Я сказала... выпей.

У меня не было выбора, когда она взяла меня за подбородок и влила виски мне в горло.

Ожог вызвал у меня отвращение, и я скорчил гримасу, глотая противный алкоголь.

— Хороший мальчик. — Мисс Таллап похлопала меня по щеке, а затем наклонилась, чтобы поцеловать меня.

Я дернулся, но она бросила бокал на пол, схватила меня двумя руками за волосы и держала в плену, в то время как впилась влажным поцелуем в мой рот.

Все внутри меня замерло.

Ее язык проник в мой рот, принеся еще один ад виски и страданий.

Я задохнулся, оттолкнул ее назад и слетел с кровати.

Она лишь рассмеялась, вытирая рот с жаром в глазах.

— Мой собственный маленький девственник, которого нужно учить. Ты знаешь, как долго я об этом думала? Стоя перед классом, объясняя английский и математику, пока смотрела, как ты пишешь заметки к тесту, представляя тебя глубоко внутри меня.

Я задрожал от ледяной дрожи и отвращения.

— Ты больна.

— А с тобой будет так весело. — Удерживая мой взгляд, она расстегнула свою белую рубашку, быстро справившись с пуговицами.

Я опустил глаза, когда она сдернула материал и осталась в кружевном белом лифчике.

— Не отворачивайся. Смотри.

Ее приказ заставил меня поднять глаза, и я стиснул зубы, когда она вылезла из юбки, расстегнула лифчик, сняла трусики и предстала передо мной обнаженной.

Ни одного волоска ни на одной части тела.

Выбритая и гладкая.

Мне это не понравилось. Мне не нравилась фальшь. Фальшивая невинность.

Тошнота стала настоящей проблемой, и я изо всех сил старался не поддаться ей.

Мисс Таллап двигалась ко мне.

Я не мог контролировать реакцию своего тела.

Поэтому автоматически попятился назад, спотыкаясь в спешке. Она погналась за мной. Не удержавшись на ногах, я врезался в стену. Так же, как она заманила меня в ловушку в кладовой, мисс Таллап заманила меня в ловушку в номере мотеля. Ее руки обжигали мою кожу, когда она задирала подол моей черной футболки.

— Сними, пожалуйста.

Ее вежливость дразнила, и казалось, что, возможно, под ее сексуальными извращениями скрывается кто-то здравомыслящий. Если бы я мог достучаться до этой ее стороны...

— Пожалуйста. Позвольте мне уйти. Мы можем забыть об этом и...

— Футболка. Сними. Сейчас же. — Она прищурила глаза. — Я не буду просить еще раз.

Олин.

Я делал это для нее.

Не думать о ней.

В этом месте.

Боже.

Если бы она знала, что я делаю?

Блядь.

Я крепко зажмурил глаза, когда учительница сорвала с меня футболку и расстегнула ремень. И не открывал глаз, пока она расстегивала на мне ремень, молнию на джинсах и стаскивала на пол и трусы, и штаны.

Я застонал от муки, когда она присела передо мной, расстегнула мои ботинки и сняла их с моих ног, а затем окончательно стянула с меня джинсы.

Ее горячее дыхание скользило по моему вялому члену.

Я вздрогнул, когда та обхватила меня рукой, ущипнула за кончик и промурлыкала под нос.

— Ну, это разочарование.

Я зажмурился еще сильнее, когда она взяла меня в свой рот. И ударился о стену, отталкивая ее голову.

— Прекрати.

Мисс Таллап лишь отмахнулась от моего прикосновения и с шипением обхватила мой член.

— Помогай, или я свяжу твои красивые запястья и буду играть с тобой, как сочту нужным, усёк?

Я медленно опустил руки к бокам.

Если это было возможно, мой член втянулся внутрь меня, стесняясь ее рта.

Я напрягся, ожидая удара, пощечины, какого-то жестокого наказания.

Вместо этого она встала, слегка рассмеялась и вернулась к своей сумке.

Вдыхая воздух, я задыхался от адреналина, когда она достала из глубины две вещи.

Первый предмет пробил дыру в моей груди: фотография Олин с аккуратно убранными в хвост волосами, скромной улыбкой, яркими и умными глазами.

Второй вырыл мне могилу: коробка с синими таблетками, которые гарантировали, что сегодняшняя ночь не просто сломает меня, но и разрушит любое будущее, которое я надеялся дать любимой девушке.

Виагра.

Мисс Таллап щеголяла своей наготой, а я застонал и уронил голову на руки.

— Верно. Я добавила одну таблетку в виски, который ты так сладко пил для меня. Менее чем через час ты станешь твердым, как камень, и будешь отчаянно нуждаться в облегчении. — Она бросила коробку обратно в сумку, а фотографию Олин положила на приставной столик. — С таким же успехом можно поместить сюда твою маленькую подружку, чтобы она не пропустила шоу.

Невинные глаза девушки, которую я любил, словно насмехались надо мной, пока я голый стоял в номере мотеля, собираясь совершить нечто непростительное.