Ведьма, тень и черный кот (СИ) - Лисина Александра - Страница 56

То, на что у меня бы не хватило ни знаний, ни умений, ни тем более сил, он проделал с такой невероятной легкостью, что ему даже завидовать стыдно. И все-таки он великий профессионал. Настоящий виртуоз. И я горжусь тем, что была его ученицей.

Как только маг умолк, ритуальный круг в центре комнаты снова вспыхнул, только теперь, как и заклятие, в противоположном направлении: сначала самый узкий внутренний круг, потом тот, что подальше, и так, каскадом, до самого конца, пока не отгорели и не погасли последние знаки у самых стен.

После этого свет в комнате окончательно погас, и кабинет погрузился в кромешную тьму. Я, даже напившись заранее зелья кошачьего глаза, какое-то время не могла ничего разглядеть.

Потом в углу что-то чиркнуло, щелкнуло, и вот неподалеку от входа разгорелся крохотный магический светильник.

— Посмотри, как он, — едва слышно попросил мастер Дэврэ, обессиленно опускаясь на пол.

— Учитель!

Я кинулась было к нему, однако смертельно уставший, истощенный до предела, совершивший настоящий подвиг некромант сделал выразительный знак, и я немедленно оставила его в покое, чтобы заняться гораздо более важными, по его мнению, вещами.

Когда я подползла к лежащему в центре ритуального круга лорду Кайрону, он не дышал.

Кот, впрочем, тоже.

При этом я не знала, насколько правильно прошел ритуал перемещения души и сколько надо ждать результатов.

— Лови, — все тем же усталым голосом сказал учитель, и я, обернувшись, поймала брошенную им коробочку. А когда открыла, то аж отшатнулась, когда изнутри брызнул поток ярчайшего, чистейшего, безупречно белого света.

При моем обостренном зрении это было все равно, что жителю потустороннего мира сунуться в полосу полуденного зноя. От излишне яркого света я аж зажмурилась, но слезы все равно из глаз брызнули, поэтому мне понадобилось некоторое время, чтобы понять, что я держу в руках.

Оказалось, это всего лишь медальон… выточенный из огромного сиреневого кристалла, он сиял и переливался так, что даже после того, как я сжала его в кулаке, в комнате все равно было светло как днем.

Л. Н.

Покрутив странную находку пальцами, я нащупала известную в столице монограмму.

Лорд Лариус Намирэ⁈

Ну конечно!

Конечно, в газетах об этом не писали, но я совершенно точно знаю, что за артефакт у него украли из тщательно охраняемого хранилища и почему учитель счел это настолько важным, что первым же делом отправил Тэ именно за этой вещью! Фамильных реликвий в том хранилище, разумеется, было много, но тень взяла только одну. Единственную в мире, совершенно уникальную вещь, о которой раньше я читала только в книгах.

«Лаэнтирский целитель»…

Кристалл, который смирно лежал у меня в руке, на самом деле являлся мощнейшим артефактом, способным залечить мгновенно даже смертельную рану. Более того, утверждали, что он и с того света может вытянуть, если дать его умершему сразу. Причем сейчас он был заряжен до отказа, и я чуть не задохнулась от мысли, для чего учитель мне его дал.

— Проверь сначала кота, — хрипло велел мастер Дэврэ, когда все кусочки мозаики в моей голове наконец сложились. — Вдруг все пошло не так, как надо… вдруг Арчи все еще там?

Я торопливо приложила кристалл к груди неподвижного кота, и тот неожиданно судорожно вздохнул.

Первой моей мыслью был испуг. Потом за ним пришла радость. Наконец я осознала, что это могло значить, и чуть не расплакалась, когда кот слабо пошевелился и едва слышно простонал:

— Мя-а-а…

Когда мы обговаривали этот момент, то, разумеется, я понимала, что если все получится как надо, то несчастный кот, в теле которого так кстати поселился Арчи, неминуемо умрет. Нет, за Арчи я, само собой, была бы рада. Все-таки негоже человеку, да еще и лорду, доживать жизнь в теле простого кота. И в то же время позволить ему умереть…

Не знаю. Выбирать, конечно, не из чего, но кота мне все равно было ужасно жалко, потому что за эти несколько недель я искренне его полюбила и не могла вот так просто принять тот факт, что он с самого начала был обречен.

И вот теперь он снова жив. А значит, дух лорда Кайрона никуда из него не делся. Это что же получается, у нас не вышло? И, несмотря на такое количество приложенных усилий, мы все равно безнадежно проиграли⁈

— М-мастер Дэврэ… — пролепетала я, подхватывая тяжело дышащего, но пока не пришедшего в себя кота на руки. — Да как же это? Мы же… вы ведь… тьма! Ну так ведь не может быть, правда⁈ Я просто поверить в это не могу!

Учитель, все так же сидя на полу, тяжело вздохнул, однако он и так сегодня сделал невозможное. К тому же после первого ритуала он ослаб, устал, поэтому мог допустить неточность или проявить невнимательность. Поэтому же на последних слогах мог ошибиться. А в результате Арчи старое тело так и не покинул. Его человеческое тело больше никогда не оживет. Так что ему, несмотря на изгнанного демона, все равно придется разгребать вызванные его приходом последствия и до конца своих дней пробыть в шкуре самого обычного кошака, хотя такой нелепой участи уж он-то точно не заслужил.

Не зная, что еще сделать или сказать, я просто прижала Арчи к груди и замерла, тихонько баюкая его на руках, поглаживая уже начавшие обзаводиться черной шерсткой бока и глотая безостановочно катящиеся по лицу слезы.

Бедный Арчи… как же он теперь будет? И как я объясню ему по пробуждении, что мы не добились того, о чем он так мечтал?

Это было ужасно. Больно. Горько.

Однако и винить в этом вроде бы некого. Сама я бы ни за что с этим ритуалом не справилась. Учитель и без того совершил чудо. Но как сказать об этом самому Арчи?

Я, если честно, не знала. И даже представить не могла, как он отреагирует, когда проснется и все поймет.

Неожиданно совсем рядом со мной раздался тихий шорох, а затем и прерывистый вздох, мгновенно перешедший в тяжелый удушливый кашель.

— Алания! — встревоженно крикнул мастер Дэврэ. И я, не успев толком отойти от одного горя, тут же приготовилась ко второму.

Однако, как оказалось, кашлял сейчас вовсе не учитель. И это не он царапал ногтями пол в тщетной попытке обрести опору. Но я целых два удара сердца не могла поверить в то, что вижу, потому что этого попросту быть не могло.

Ведь если жив кот, то лорд Кайрон Даррантэ точно должен быть мертв!

Однако он прямо на моих глазах внезапно заворочался. Не открывая глаз, грузно повернулся на бок, а потом разразился новым приступом надсадного кашля, после чего скорчился на холодном полу, содрогнулся, застонал. А буквально через миг из его носа чуть ли не фонтаном хлынула алая кровь, которая наконец заставила меня очнуться.

— Алания, быстрее! Демон, вероятно, успел его поранить!

Я вскрикнула, как можно быстрее отложила в сторону пока еще беспамятного кота, после чего на коленках подползла к содрогающемуся от кашля лорду и, приподняв его голову, помогла ему вдохнуть.

— Амулет! — криком подстегнул меня учитель.

Я проворно всунула в руку лорда Даррантэ украденный у известнейшего столичного семейства, славившегося своими целителями, бесценный кристалл.

— Держи ему голову! Выше! Очисти рот! Да не руками, лохматая твоя голова — салфетку возьми, наконец! Его может вырвать!

Салфетки у меня при себе не было. А сумка лежала далеко. Поэтому я просто отодрала от из без того испорченной сорочки широкий лоскут ткани, тщательно протерла рот… ну, докуда смогла дотянуться… выудила оттуда какой-то странный ошметок, смутно похожий на облепленный кожей шнурок, и лишь после этого милорд смог нормально вздохнуть.

— А, дополнительная привязка… — пробормотал учитель, ничуть этому, кажется, не удивившись. — Что ж. Умно. Понятно, почему эта тварь так долго не могла от него отцепиться. Дай ее сюда, девочка. Я от нее избавлюсь.

Я послушно бросила ему эту мерзость, а сама обеспокоенно всмотрелась в бледное лицо лорда Даррантэ.

Кажется, ему уже лучше? Тошнить его перестало, судороги прекратились. Да и лежащий у него в ладони амулет исправно делал свое дело — фонтаном хлещущая кровь из носа мага тоже больше не шла. Хотя дышал он все еще тяжело. В себя пока приходить не собирался. Но все же он был жив. Насколько я могла судить, более или менее здоров. А то, что успевший похозяйничать в его теле демон все-таки успел повредить, сейчас спешно залечивал «лаэнтирский целитель».