Вагон второго класса. Том I (СИ) - Литера Элина - Страница 49

— Морин, взяли бы вы книгу с собой, наши тетушки бы передрались за такую любопытную вещь! Но мне и правда ужасно интересно, кто и как это проделал. Не спустили же коробку со второго этажа на веревке! Вилкс, пожалуй, не успела бы, но Маулер… видели, как она выходила, но не видели, как входила. Возможно, ей хватило бы времени, если бы кто-то ждал снаружи.

— Это интересная мысль! — загорелась мэтресса Скотт. — Я должна ее проверить. На ту сторону выходят окна приемной; там лекарям не до того, чтобы глазеть по сторонам, но веревку, ручаюсь, кто-то должен был заметить.

Илона глянула на часы, ойкнула и стала прощаться; мэтресса Скотт проводила ее до выхода. У самой двери Илона остановилась:

— Послушайте, Морин, а вы не думали, что зелья украли не для продажи, а только чтобы обвинить в краже соперницу? Вы бы ее потом выгнали, а настоящая воровка стала бы, как вы выразились, королевой лечебницы.

— Думала, разумеется, но это не объясняет, как им удалось вынести коробку.

Илона задумалась.

— Морин, куда бы вы дели зелья, пузырьки и коробку, если бы вам нужно было их уничтожить или просто спрятать?

— Это интересная мысль, — оживилась мэтресса Скотт. — Спасибо, я поразмышляю.

Вечером, едва Илона отняла Ларри от груди, снизу послышался хлопок двери, топот и крик мэтрессы Скотт:

— Нашла! Нашла!

— Что вы нашли? Неужели зелья? — воскликнула госпожа Лоутон, которая в последние дни покидала дом госпожи Эббот только на ночь, что позволяло той кидать на госпожу Нафепан торжествующие взгляды.

Илона быстро застегнула платье, спеленала умиротворенного Ларри и поспешила вниз, надеясь, что Морин ненадолго придержит рассказ.

— Я нашла коробку! — торжественно заявила мэтресса Скотт, едва Илона появилась в дверях. — Нашла, представьте! В старой котельной, которая рядом с заброшенным, прошу прощения, санитарным чуланом для персонала. Коробку затолкали в угол и прикрыли дровами. В жизни не найти, если не искать нарочно!

Илона только сейчас заметила, что подруга и впрямь старательно обшаривала все укромные места в госпитале — ее подол, башмаки и манжеты находились в самом прискорбном состоянии.

— А в… э-э… демоны драные, ну я не знаю, как это назвать!.. Словом, в унитазе — он там старой конструкции, с прямой трубой, теперь делают с изогнутой, чтобы скверные запахи не выходили из трубы наружу, — я разглядела мелкие осколки стекла и какие-то ярко-оранжевые потеки, синие пятна от замразаньеса, а уж анисом от саумбимориума весь чулан пропах.

Все с уважением поглядели на мэтрессу Скотт.

— Вы весьма рьяно исполнили свой долг, Морин. Никакие интриги не заставили бы меня копаться в… э-э… в этом сосуде. Да еще и с прямой трубой, — заявила госпожа Эббот.

— Исполнить-то я исполнила, — протянула мэтресса, — только какой от этого прок, а? Это нам ничего не дает, а? Я всю дорогу сюда ломала голову. Ни одна из них не имела возможности вынести коробку из кабинета. Разве что воровка спрятала ее в каком-то хитром месте, где мы ее не заметили, а потом в суматохе отнесла в этот чулан… Но мы по-прежнему в тупике.

Дамы озадаченно молчали.

— Я принесла с собой конторскую книгу, как посоветовала госпожа Кларк. По крайней мере, можно составить точный перечень того, что было в коробке. Вы мне не поможете, мэтресса Лоутон?

Разумеется, помогать вызвались все. Четыре дамы открыли журнал и склонились над исписанными страницами. Как и говорила мэтресса Скотт, две последние записи были сделаны госпожой Боннер — последней, кто видел коробку.

4:00 вечера. 40 капель тигодриффики, терапия, госпожа Левитт.

4:05 вечера. Мюртвор. Пузырек №34 (терапия) и пузырек №76 (род.отд.) вылиты в остаточный пузырек №76 (в коробке).

4:05 вечера. Преулитария. Пузырьки №21 и №79 вылиты в остаточный пузырек № 48 (в коробке).

— Остаточный пузырек — это значит, что бутылочка с остатками в коробке уже была? Весьма похвальная точность! — заметила госпожа Лоутон. — Но посмотрите… какие разные почерки! Правду говорят, что по почерку можно определить характер… Погодите, дайте угадаю. Вот эта запись, где пером словно бы хотели растерзать страницу, это, наверное, ваша зловещая фурия — Вилкс?

— Именно! А где же Маулер… А, вот. Кругленькое и мягонькое. Но видите, каковы буквы «д» и «б», высоко выдающиеся над строкой? Она мнит о себе немало, эта малышка. Но хотя бы разборчиво. А это рука госпожи Боннер…

Все вернулись к утренним записям. Госпожа Боннер писала ровными, бисерными буковками с великим множеством завитушек.

— Эти кружева на бумаге, конечно, красивые, но иной раз и понять-то нельзя, что написано, — заявила создательница утренней записки, которую разбирали вдвоем с помощью лупы. — Вы только посмотрите на букву «т» в слове «мюртвор»! Вот здесь, где оранжевое пятно… Если бы я не знала название зелья, нипочем бы не догадалась!

— А что это за пятна? Никак не соображу, что за зелье может быть такого цвета, — нахмурилась госпожа Лоутон. — Наверное, что-то из новых, тонкомагических?

— У нас, вроде, ничего такого нет; наверное, абрикосовое варенье… А цифры? Вы поглядите на завитушки в цифре 6! Хорошо, что я уже знаю руку Бонни, а то приняла бы за восьмерку; но загляни к нам инспекция, пожалуй, могут и придраться…

— И четверку она выгибает, будто это 7 либо 9, — заметила Илона.

— Это не абрикосовое варенье, — авторитетно заявила госпожа Эббот, обнюхав и потрогав страницу. — Абрикосовое варенье никогда не высыхает до конца, поэтому им рекомендуется покрывать сверху торты, если их нужно сохранить свежими. А тут совсем не липкое и не пахнет.

— О!.. — сказала госпожа Лоутон. И еще раз: — О!

— Дорогая, что с вами? Воды?..

— Да нет же! Погодите! Погодите!..

Все замерли, уставившись на опытного зельевара, словно на древнюю прорицательницу в ожидании пророчества.

— Морин, повторите, что последнее вы сказали! — потребовала госпожа Лоутон.

— Я?.. Что это абрикосовое варенье, и я задам нахлобучку всякому, кого застигну…

— Нет-нет! Не про варенье! Про цифры! Инспекция может придраться…

— А!.. Да, в самом деле. Что почерк красивый, но за этими завитушками ничего не разберешь, поглядите сами: номера 76 и 48 выглядят… — Морин вдруг застыла с раскрытым ртом.

— … почти одинаково, — закончила потрясенная Илона. — На первый взгляд…

— Справочник! — вскричала госпожа Лоутон. — Мне нужен справочник лечебных зелий! Прямо сейчас! Пресветлые Звезды, книжная лавка уже закрыта! Но я не доживу до завтра! Что если мы явимся домой к хозяину?

— Погодите, госпожа Лоутон, у меня, кажется, есть такой. — Илона резво побежала по лестнице наверх.

В свою комнату она влетела на цыпочках, чтобы не разбудить Ларри — наверняка Люси уже уложила его спать. Она прислушалась к тихому пению из детской, схватила толстую синюю книжку с изображением колбы и, стараясь не шуметь, побежала вниз.

— У вас есть справочник? — удивилась мэтресса Лоутон, увидев книгу. — Но, помилуйте, дорогая, вы слишком многого от себя требуете. Чтобы быть хорошей матерью, достаточно простой книжки о детских болезнях, например, труд господина Москитуса. Все остальное лучше доверить врачам.

Илона помрачнела.

— Я вовсе не за тем… мне просто интересны науки. Раз уж университет для меня закрыт, то хотя бы для себя…

— Но почему же… — начала мэтресса Лоутон, но отвлеклась на справочник и начала лихорадочно листать страницы: — Нет, нет, не то… Я не могу, не могу обвинить человека, если… Надо сперва убедиться как следует!.. Так! Мюртвор… концентрированный лимонный сок, смешанный с кристаллами сарсолита… заклинание диффузо на три чарикса… Преулитария — вытяжка из любистока и чеснока… Мюртвор — наружное, преулитария может применяться как внутрь, так и наружно… О! Видите, здесь даже написано! Я права!!!

— «Не применять преулитарию, если больному уже назначен мюртвор, и наоборот. Если по ошибке это все же произошло, угрозы жизни и здоровью больного нет, реакция безболезненна, но может оставить на коже стойкие пятна. Их следует удалить с помощью жесткой щетки, мыла и спирта. При появлении раздражения применить смягчающее кожу зелье,» — прочла госпожа Эббот. — Пятна?..