Терновая цепь - Клэр Кассандра - Страница 169

Когда они приближались к выходу на Вуд-стрит, Евгения говорила:

– …ты не поверишь! Чарльз встал и рассказал об этом, прямо во время заседания Совета! Бедная миссис Бриджсток, – добавила она, качая головой. – Все уверены, что после признания Чарльза Инквизитор лишится своего поста.

– Признания? – резко произнесла Анна, и Евгения даже отшатнулась. – Что он сказал?

– Это была такая неловкая ситуация, – бормотала Евгения. – Никто не мог смотреть Инквизитору в лицо…

– Евгения. Пожалуйста, попробуй сосредоточиться и ответить на мой вопрос. Что сказал Чарльз?

– Он встал во время заседания Совета, – повторила Евгения. – По-моему, как раз в этот момент кто-то выступал с речью, но он все равно заговорил. Он очень громко сказал, что Инквизитор занимается шантажом. Шантажирует его! Чарльза! И все для того, чтобы получить контроль над лондонским Институтом.

Анна искоса взглянула на Евгению.

– А Чарльз случайно не упоминал о том… чем его шантажировали?

– Ах да, – прощебетала Евгения. – Ему нравятся мужчины. Как будто это имеет какое-то значение… хотя, возможно, для некоторых имеет. – Она вздохнула. – Бедный Чарльз. Мэтью всегда был самым смелым из братьев, хотя все убеждены в обратном.

Анна была потрясена до глубины души. Она оглянулась и поняла, что Ари, шедшая за ними, слышала разговор. Они обе уже оставили надежду, что Чарльз решится поступить правильно. И все же… ведь сама Анна считала, что стала лучше за последние несколько месяцев. Значит, человек может измениться.

Анна увидела пол, вымощенный большими каменными плитами, знакомую узкую лестницу с рунами, высеченными на ступенях. Она зашагала быстрее, размышляя, как они все будут выбираться из дыры под корнями дерева, когда какой-то негромкий хлопок заставил ее вздрогнуть. Прямо из ниоткуда в воздухе возник клочок пергаментной бумаги и медленно проплыл ей в руки.

Огненное сообщение.

Еще не оправившись от изумления, Анна развернула теплую бумагу. Да, она слышала, что огненные сообщения работают, но увидеть его своими глазами… это было совсем другое дело. Она не узнала неразборчивый почерк, но решила, что это рука Грейс. Записка содержала всего несколько строчек:

Ступая в Портал, Корделия приготовилась к неприятным ощущениям, к могучему урагану, который швырнет ее в пустоту, к тому, что у нее перехватит дыхание, как это было во время путешествия в Эдом.

Но этот Портал действовал точно так же, как обычные магические врата; на миг Корделия потеряла равновесие, очутилась в темноте, как будто ее подхватил ветер, а в следующее мгновение она уже стояла на тротуаре в своем любимом Лондоне. Ну конечно же, подумала Корделия, поправляя одежду и оглядываясь в поисках Люси и Мэтью. Ведь с помощью этого Портала путешествует сам Велиал. Это послужило напоминанием, что сейчас он обладает в Эдоме гораздо большим могуществом, чем Лилит.

Сначала девушка заметила Люси, которая вертела головой, пытаясь сообразить, где они находятся. Они попали на пустую улицу, которая шла вдоль Сент-Джеймского парка. Под деревьями сгущались тени, белые от инея живые изгороди покачивались, хотя ветра не было. Корделия вздрогнула и, обернувшись, заметила рядом Мэтью. Он смотрел на все это с откровенным ужасом.

– Это Велиал сделал? – сипло произнес он.

Корделия совсем забыла, что ни Джеймс, ни Мэтью не видели Лондона под чарами демона. Не видели ни перевернутых экипажей, ни облаков, которые неслись по небу, как мутная вода в сточной канаве, ни сажи, ни пепла, ни алых молний, похожих на кровоточащие раны.

– Так было с того момента, как он вас забрал, – объяснила Корделия. – Простые люди и существа Нижнего Мира пребывают в каком-то трансе. На улицах почти никого нет, кроме Стражей.

Люси нахмурилась.

– Послушайте… вы это слышите?

Корделия напрягла слух. Он стал острее, чем в Эдоме, и девушка с облегчением поняла, что руны снова действуют. Она слышала далекий гром, шелест ветра, но было и еще что-то. Девушка безошибочно узнала шум битвы – крики людей, звон металла.

Они бросились бежать в ту сторону, откуда доносился шум. Миновав Грейт-Джордж-стрит, выскочили на Парламентскую площадь. Корделия узнала Вестминстерское аббатство, хотя никогда не была внутри. Но она тысячу раз видела изображения его северного фасада в исторических книгах, фотографии и гравюры: невозможно было не узнать большое круглое окно-розу, стройные готические башенки и шпили, соединенные изящными каменными арками.

Преодолев остаток пути, они очутились перед западным фасадом собора. На площадке вокруг розовой гранитной колонны кипела битва. Стражи в белых одеждах, с грозными черными посохами, сражались с тремя дюжинами Сумеречных охотников. Пока они бежали по безлюдной улице, Корделия искала в толпе знакомые лица; она воспрянула духом, заметив друзей, оставшихся в Лондоне. Анна и Ари атаковали кучку Стражей, преградивших вход в собор; Томас и Алистер наступали с двух сторон на противника, прижатого к стене; а справа от входа, у здания, когда-то служившего тюрьмой – его еще называли сторожкой, – она заметила Грейс и Джесса. Пока Джесс отгонял Стража, размахивая мечом Блэкторнов, Грейс вытащила из большого мешка какой-то предмет и швырнула во врага. Предмет взорвался у ног Стража, полетели искры, и всех троих заволокло дымом.

– О, хорошая работа, – пробормотала Люси, и Корделия удивилась.

Все их друзья были еще живы. Все их друзья еще сражались. И не только они, но и другие… Евгения, Пирс, Розамунда, даже Флора Бриджсток и Мартин Уэнтворт. Корделия не знала, что произошло здесь в ее отсутствие, но теперь была уверена: друзьям удалось связаться с Конклавом. Они сумели привести Сумеречных охотников в Лондон, чтобы бросить вызов Стражам. Это было настоящим чудом.

Однако Корделия знала: все это будет напрасно, если Велиал обретет могущество, которое, как он утверждал, получит, вселившись в тело Джеймса. Если Корделия не сумеет спасти своего мужа.

– Но что это они делают? – изумленно воскликнула Люси, когда они приблизились.

Корделия поняла, о чем говорит подруга. Сумеречные охотники, естественно, были более искусными воинами, чем Стражи, но они вели себя не слишком активно – не нападали на врагов, лишь пытались их отвлечь. Томас взмахнул двуручным мечом, но почему-то не разрубил череп Стражу, а ударил его по голове плоской стороной клинка и сбил с ног. Корделия вытянула шею, чтобы увидеть, что Томас собирается делать дальше, но другие сражавшиеся загораживали его.

– Я сейчас посмотрю, что там происходит, – заявил Мэтью и начал карабкаться на основание высокой гранитной колонны, стоявшей в центре двора, – Корделия знала, что памятник называется Военный мемориал. Мэтью прикрыл глаза рукой, присмотрелся и крикнул что-то, но в этот момент над площадью пронесся порыв ветра, и девушка расслышала только слово «химеры».

– Корделия!

Алистер бросился было к ним, но задержался, чтобы обезвредить Стража, который напал на Розамунду. Она вонзила ангельский клинок в грудь монстру, тот отпрянул и пошатнулся; Алистер, очутившийся у него за спиной, рубанул шамширом по затылку твари. Отрезанный капюшон упал на мостовую.

Страж рухнул на колени. Корделия потянулась за Кортаной, но тут же опомнилась: сейчас было не время вызывать Лилит. Сначала она должна была найти Велиала. И поэтому девушка вновь вынуждена была стоять и смотреть, как Страж дергается на земле. Внезапно из раны у него на шее появились отвратительные паучьи ноги.

Демон-химера. Он выкарабкался из тела Безмолвного Брата и с шипением бросился прочь от Алистера – но далеко убежать не успел. Томас пронзил его мечом. Розамунда перепрыгнула через подыхающего демона. Ее глаза блестели.

– А вот и вы наконец! – крикнула она таким тоном, как будто последние несколько дней только и ждала встречи с Люси, Корделией и Мэтью. – Я так удивилась, когда не нашла вас по ту сторону ворот Йорк! Вы и вправду все это время прятались в Лондоне? Страшно интересно было, наверное!