Туман. Полное издание - Ли Мери - Страница 26

Десять правил.

1. Уважительно относиться к проживающим на базе номер восемь.

2. Следовать распорядку дня.

3. Выполнять приказы вышестоящих.

4. Кража, хищение и укрывательство за подобные поступки запрещены.

5. Убийства запрещены.

6. Нанесение телесных увечий запрещено.

7. Надлежащий внешний вид, убраны волосы, никакой косметики, украшений, кроме обручальных колец и отличительных знаков религий.

8. Никогда не запирать двери.

9. Следовать правилам и никогда их не оспаривать.

10. В случае совершения или же свидетельства невыполнения правил, тут же обратиться к главному в вашем отсеке.

И я следую всем правилам, кроме 4, 9 и 10. Это 33,3 процента нарушения местного порядка. Но у меня нет выбора.

Стараюсь не задерживаться в своей комнате дольше нужного, Хьюго постоянно косится на меня и дело времени, когда парень предпримет очередную попытку своей мести. Но я настороже. Пусть гаденыш даже не надеется подловить меня.

Сегодня день, когда мне уберут метку позора. Об этой новости я узнала от Синтии, вечером она принесет специальный раствор и сотрёт круг. Выходит, что завтра я смогу набить желудок до отвала. Что касается еды, то она однообразна, но вполне съедобна. Кстати, маму, Лексу, Лари и, естественно, Габи кормят по-другому, у них даже фрукты имеются. Вообще в семейном отсеке забота о проживающих на достойном уровне.

Мои отсек меня тоже вполне устраивает, тем более что большую часть дня я нахожусь у Дока на побегушках. С уверенностью могу сказать, что жизнь налаживается, мне всё нравится, кроме замечаний Келлера.

"Брукс, иди в ногу со всеми".

"Брукс, убери волосы".

"Брукс, не опаздывай".

"Брукс! Брукс! Брукс!".

За эту неделю я слышала свою фамилию чаще, чем за всю жизнь. Я не перечу, не спорю и вообще стараюсь быть… адекватной, но с каждым "Брукс" моя чаша наполняется на одну, но достаточно большую каплю яда. Стоит хлипкой посудине заполниться, как она взорвется и её содержимое уничтожит всех на своём пути, и первым будет Келлер.

Уже вечер, и я по обычаю иду в логового Дока, люди за стеклом меняются, но с каждым днём их становится всё меньше и меньше, но Роберта остаётся там неизменно. Вхожу в стеклянное царство, сегодня тут всего трое "пленных", два "новеньких" мужчины и Роберта.

– Алекс, я ждал тебя, – говорит Док, и я напрягаюсь.

Он узнал про воровство?

Стараюсь выглядеть обычной, а не так что моё сердце вот-вот разорвется от натуги.

– Слушаю.

–Я бы попросил тебя сегодня остаться здесь на ночь. Я не могу, у меня есть срочное дело, а оставлять моих гостей без внимания нельзя.

Фух. Отлично.

– Да, конечно.

– Благодарю. И, кстати, иди сюда.

Подхожу к его столу. Док с торжественной улыбкой снимает с меня желтый браслет и надевает белый.

Вау! Не могу сдержать улыбку. Меньше, чем за две недели я побывала обладателем трёх ступеней нашей иерархии, осталось только черный примерить. Надеюсь, этого никогда не произойдет.

– Карьерная лестница, – с улыбкой говорю я.

– Да, думаю, ты это заслужила. Ты привела в порядок весь мой бардак. С завтрашнего дня ты будешь допущена до медблока, будешь помогать там днём, а вечерами приходить сюда. Как видишь, моих подопечных стало намного меньше, а вот медикам твоя помощь будет как нельзя кстати.

– Хорошо.

Ещё одно место с лекарствами – это хорошо, ведь запасы Дока день ото дня мельчают, и я боюсь, что он может это заметить. Буду таскать по очереди из разных мест. Да и кому вообще в голову придёт проверять лекарство для хронически больных, ведь тут таковых быть не должно. Именно так я себя успокаиваю.

Подхожу к кубу, в котором сидит Роберта.

– Привет, – говорит она и прислоняет руку к стеклу.

– Привет, как ты сегодня?

– Так же, как и всегда. – говорит Роберта и замолкает, в её глазах грусть. Мне её жаль. – Алекс, как там?

– Где?

– На базе. Я ведь её толком не видела.

Сажусь на пол и раздумываю, как бы ответить на этот вопрос.

– Да я, честно сказать, сама мало что видела. Столовая огромная, очень много коридоров, ещё больше людей.

– Скукота.

– Не то слово.

– Вчера Док сказал, что меня скоро отпустят, где ты живешь? Может, нас разместят вместе?

Роберта словно оживает, и я вижу искорку неподдельного интереса в её глазах.

– Я в комнате 300, там есть пара свободных кроватей.

– Я была бы рада стать твоей соседкой.

– Я тоже, но не уверена, что тебе там понравится.

Исключительная девушка хмурится и спрашивает:

– Почему?

– Да есть там один рыжик, пытается подпортить мне жизнь.

– У него получается?

– Не думаю.

– Скорее всего ты ему просто нравишься.

Не дай боже.

– У меня на него аллергия, как только вижу его рыжую макушку, тут же чешутся кулаки.

Роберта смеется, а я поднимаюсь с пола.

– Я пойду, завтра ещё поболтаем.

Девушка кивает мне и снова погружается в свои мысли. Нужно отдать ей должное, я бы уже сошла с ума сидеть в стеклянном гробу. Ухожу в свою каморку и приступаю к проверке срока годности на лекарствах, вчера я не успела закончить, продолжу сейчас.

Спустя какое-то время Док заглядывает ко мне и сообщает, что он уходит. Прощаюсь с ним и продолжаю рутинную работу. Уставшая, выхожу в стеклянное царство и сажусь за стол Дока. Все трое гостей спят, и меня тоже клонит в сон. Нужно было взять подушку. До моего слуха доносятся мужские голоса. Встаю и тихо крадусь к двери. Приоткрываю её и вижу спины двух мужчин. Один в черном, второй в белом. Медик и военный.

– Меня уже начинают подозревать, – говорит медик и передает военному бумажный пакет.

– Ты сам пошел на это, – говорит Келлер.

Это точно он. Его голос я бы не спутала. Келлер прячет пакет во внутренний карман куртки и не прощаясь уходит. Закрываю дверь и оборачиваюсь на спящих заключенных.

Что это было? Медик передал Келлеру что-то незаконное? Зейн был в куртке, значит сегодня у них вылазка за пределы базы.

Так-так-так. Очень интересно. Неужели, мистер Закон и Порядок сам не прочь нарушить правила? Думаю об этом и даже представить себе не могу, что там в этом пакете может быть.

Ночь проходит без происшествий, даже если что-то и было не так, мне об этом неизвестно, я уснула, сидя за столом.

Утром приходит Док и отпускает меня, сообщив, что я могу больше не следовать общему строю общества. Белый браслет дает мне право ходить в столовую и душ тогда, когда мне угодно, ведь медиков все уважают.

Первым делом отправляюсь в комнату, беру сменную огромную одежду и плетусь в душ. Смываю с себя сон и снова возвращаюсь к Доку, он отправляет меня в противоположное крыло, и там я заступаю на настоящую работу медика. Если быть точнее, принеси-подай, иди отсюда не мешай.

Стою в небольшом кабинете доктора Эмета и раскладываю бинты в специальное ведерко. Дверь распахивается, и на пороге возникает сам доктор Эмет.

– Алекс, быстро за мной! – взвизгивает доктор и, схватив свой саквояж, несется к двери. – Возьми респираторы!

Подбегаю к стене, хватаю два ресторатора и следую за доктором.

– Что случилось? – спрашиваю я.

Входим в лифт, и только тогда Эмет говорит:

– Вернулся отряд Келлера, девушка тяжело ранена, её нельзя переносить.

– Мы идем на улицу?

– Да.

Испытываю странное чувство безысходности, я не думала, что мне придётся подниматься наверх. Но с другой стороны, я хочу снова увидеть мир, жаль, что он больше не прежний. Отдаю один респиратор доктору, второй натягиваю на себя.

Выходим из лифта и бегом преодолеваем расстояние до металлический двери.

Выскакиваем на улицу и бежим к большой военной машине, возле которой стоит Келлер и Синтия. Протяжно выдыхаю, я действительно рада, что раненная девушка, это не моя новоиспеченная подруга. Забираемся в открытый фургон. На полу лежит светловолосая девушка, рядом с ней парень, он зажимает ей рану на животе, из которой вытекает кровь. Кровь везде.