Туман. Полное издание - Ли Мери - Страница 22

Звук горна вырывает меня из сна. Резко сажусь и протираю глаза. Боже, почему нельзя сделать более приятный звук, я словно очутилась в Шотландии в давние времена.

В комнате происходит невообразимое движение. Местные с реактивной скоростью одеваются и заправляют кровати. Все действия, каждое движение выверено до идеала. Как им это удалось? Они здесь ненамного дольше меня.

Девушки не стесняются своей наготы, которая прикрыта лишь тонкими просвечивающими футболками. У всех серые, у Синтии черная. Я как спала в смирительной рубашке, так в ней и проснулась. Вещей мне вчера никто не принёс, так что поднимаю свою пятую точку и заправляю кровать. Укладываю подушку и, выпрямившись, поздравляю себя с первым днём в новом доме.

– Хоть бы переоделась, – говорит рыжий, выходя из комнаты. – Убогая Алекс.

Да что этому паршивцу от меня нужно? Не думаю, что я зря поставила его на место. Нужно будет, сделаю это ещё раз. И буду повторять до тех пор, пока до его рыжего мозга не дойдет – Алекс не трогать, она кусается.

– Одежда в шкафчике, если размер подойдёт, то переоденься, – говорит Синтия, остановившись у двери. – Келлер не любит беспорядок и нарушение правил.

Все выходят, а я бросаюсь к тумбочке. Вот чёрт! Тут и правда серая одежда в целлофановом пакете. Достаю штаны, футболку и кофту с широким воротом. Скидываю смирительную рубашку, переодеваюсь в новый костюм, закатываю длинные рукава и штанины. Выгляжу, как будто сняла эту одежду с какого-то мамонта. Снимаю с руки резинку для волос и наспех пытаюсь собрать высокий хвост. Резинка рвётся и улетает в неизвестном направлении. День не задался с самого начала. Скручиваю волосы в жгут и прячу их за ворот. Подобие прически – тоже прическа.

На полной скорости выруливаю из комнаты и тут же врезаюсь в мужчину в чёрной форме. От неожиданного столкновения теряю равновесие и падаю на задницу. Вся моя причёска разлетается, и волосы рассыпаются по плечам. Больно ударяюсь копчиком и со злостью поднимаю взгляд на растяпу, который решил остановиться напротив выхода из комнаты.

О-о-о, нет.

Натыкаюсь взглядом на Зейна Келлера.

– Имя, – говорит он, холодно смотря на меня.

От его взгляда становится тошно и хочется провалиться сквозь землю. Келлер слишком внимательно разглядывает мои волосы, огромную форму и, кажется, даже не замечает, что серая гвардия с черными вкраплениями идёт мимо нас. Я ведь опаздываю.

– Алекс, – отвечаю я.

– Полное имя.

– Александрия Брукс.

– Опаздываешь.

Как будто я не знаю.

– Я не специаль…

– Меня не интересуют оправдания. Хочешь остаться здесь? Живи по правилам, которые четко прописаны.

Вот свинья. Встаю, мистер Закон и Порядок не помогает мне. Остальные уже скрываются за дверью около лифта. Я опоздала. Разворачиваюсь, чтобы последовать за ними, но холодный голос останавливает меня.

– Я тебя не отпускал.

Закатываю глаза и сжимаю пальцы в кулаки.

Оборачиваюсь.

– Что? – спрашиваю я.

– Брукс, у тебя со слухом проблемы?

– Нет.

– Тогда я прошу не задавать глупых вопросов. Правую руку вперед.

– Это ещё зачем?

– Правую руку вперед.

Протягиваю руку ладонью вверх, но Келлер переворачивает её и быстро ставит мне на кисть какой-то штамп. Но есть интересность, я заметила тату на его руке, она буквально на пару сантиметров выглядывает из-под рукава. Легкие всполохи, плавными линиями, как волны прибоя скрываются под чёрной формой. Отличная работа, хотела бы я посмотреть на всё тату целиком, если бы её обладателем был кто-то другой.

Отнимаю руку и потираю черный круг. Он не стирается.

– Какого хрена? – не выдержав, спрашиваю я.

– Не выражаться. Это знак неуважения и непослушания.

Официально заявляю – Келлер тронутый на голову идиот!

– Это круг, – говорю я.

– За этот круг ты в течение недели будешь получать только половину порций еды.

– Наказание за опоздание?

– Так точно.

Глубоко вдыхаю и плавно выдыхаю. Представляю перед собой цветущий сад и пересчитываю бескрайнее море цветов. Постепенно успокаиваюсь. Поднимаю взгляд и фиксирую его на голубых глазах Келлера. Он неотрывно смотрит в ответ. Хочу отвернуться, но не собираюсь выглядеть трусихой. Парой холодных глаз меня не испугать.

– Я могу идти? – как можно прохладнее спрашиваю я.

– Знаешь куда?

Вонючая индюшатина. Теперь я желаю, чтобы он провалился сквозь землю, долетел до ядра и сгорел заживо!

Хочу скрыться отсюда как можно быстрее, я не могу смотреть на Келлера без желания вмазать ему по лицу. Рыжий, по сравнению с ним, это ещё цветочки. С ним я могу разобраться так, как посчитаю нужным, но с этим экземпляром нужно быть осторожной. Одно его слово, и меня выкинут отсюда. Как я понимаю, полковник Келлер его мать, значит у Зейна тут отличные связи.

– Нет, – как можно более покорно отвечаю я.

Келлер обходит меня и идёт в сторону, где уже скрылись последние люди. Военный оборачивается и поджимает губы:

– Брукс, тебе что – приглашение нужно?

– Только не от тебя, – бубню я себе под нос.

– Я всё слышал.

Надеюсь. Нет, не надеюсь. Алекс, держи себя в руках.

Иду следом за невыносимым Келлером и всё же решаюсь спросить:

– Моя семья тоже здесь, как я могу их найти?

В ответ тишина. А ведь говорил, что у него отличный слух.

Мы не входим в лифт, как я думала, отправляемся за дверь, которая находится рядом. Кроме лестницы, тут ничего нет. Поднимаемся наверх и выходим в столовую.

– Синтия сказала, что сначала душ, – говорю я.

– А Синтия предупреждала тебя о том, что опаздывать нехорошо?

– Да.

– Ты не успела в душ, сходишь завтра.

Некоторые столы уже заняты. Келлер подходит к окну в левой стене помещения и оттуда ему тут же подают поднос. Он берет его и шагает дальше. Протягиваю руки в проём и слышу оттуда фырканье. Заглядываю внутрь и встречаюсь взглядом с парнем.

– Проблемы? – спрашиваю я и только тут до меня доходит, что его фырк прозвучал из-за метки на моей руке.

– У меня нет проблем.

Подает мне поднос с мизерной порцией каши и одноразовым стаканчиком чая. Забираю его и пытаюсь догнать Келлера, который уже усаживается за самый последний стол в первой линии. Сажусь рядом, и Келлер медленно поворачивается ко мне.

– Что ты здесь забыла?

Теряюсь с ответом. Но Келлер и не ждет его.

– Этот стол не для тебя.

Встаю из-за стола и с пылающими щеками ищу, куда бы мне сесть. Большинство поглощающих пищу смотрят на меня и шепчутся.

Чувствую себя максимально униженной. Огромная столовая становится меньше, стены уже наступают мне на пятки, я слышу, как кто-то смеется и хочу кинуться в бой, отстоять себя, показать всем и сразу, что надо мной издеваться не стоит.

Но… не могу.

Если я не возьму себя в руки, то уничтожу всю эту столовую.

Сначала успокаиваю дыхание и немного расслабляю плечи, высоко поднимаю голову и иду вперед. Ухожу как можно дальше от Келлера и смешков.

Откуда мне было знать куда можно садиться, а куда нет? Иду к одному из свободных столов и сажусь за него. Быстро съедаю безвкусную кашу, выпиваю чай и поднимаюсь с места. Замечаю, что Келлера уже нет за столом. Я его ненавижу. Заносчивый грубиян. От одной мысли о нём мне становится дурно. Я ведь ему не сделала ничего плохого, почему он так груб? Чем я заслужила, чтобы ко мне относились, как к дерьму?

Я бы разревелась, но не позволю какому-то идиоту довести меня до самого ненавистного мною состояния.

Лестничная дверь открывается, и оттуда выходят люди. Много-много людей. Следующая партия голодных. Практически все в серой форме, но есть и те, кто носит черное. Они достаточно быстро получают подносы и рассаживаются за столы. Первая партия уходит, и дверь снова открывается.

Лари. Вижу его и несусь к другу на всех парах. Он замечает меня практически сразу, его губы изгибаются в привлекательной улыбке. Влетаю в его объятия и прижимаюсь к другу так сильно, что кажется, его ребра вот-вот сдадутся и треснут.