Бриджит Джонс: грани разумного - Филдинг Хелен - Страница 33

– Слушай, – вмешалась Шез, – заткнись. Ты напился.

– У меня такое ощущение, будто я оправдана, – медленно и задумчиво проговорила я.

Принялась объяснять: давно подозревала – тот мир Самодовольных Женатиков, который демонстрировали Джеффри и Юна, вовсе не таков, каким кажется, а значит, я не урод и жизнь в нормальной, гетеросексуальной паре не единственный указанный Богом путь.

– Бридж, заткнись, ты тоже напилась! – оборвала меня Шез.

– Ура! Давайте вернёмся к своим делам. Нет ничего противнее, чем когда другие отвлекают тебя от твоих собственных переживаний! – обрадовался Том.

После этого мы все набрались по полной программе. Получился совершенно фантастический вечер. Как сказал Том, будь у мисс Хэвишем весёлые друзья, которые её развлекли бы, – не сидела бы так долго в своём свадебном платье.

28 апреля, понедельник

128 фунтов; порций алкоголя – 0; сигарет – 0; бой-френдов – 0; звонков от Строителя Гари – 0; возможностей найти новую работу – 0 (многообещающе); походов в спортзал – 0; походов в спортзал за этот год – пока 1; стоимость годового абонемента в спортзал – 370 фунтов; стоимость единственного посещения спортзала – 123 фунта (оч. плохая экономия).

Так, сегодня решительно начинаю программу посещений спортзала, чтобы иметь возможность говорить всем вокруг: «Да, это трудно. Да, это работает», как партия консерваторов, и все мне будут верить (а не как им) и думать, что я достойна восхищения. Хотя, боже мой, уже 9.00. Тогда пойду вечером. Где этот проклятый Гари?

Позже. В офисе. Ха-ха! А-ха-ха-ха-ха! Сегодня на работе было потрясающе.

– Ну что, Бриджит, – начал Ричард Финч, когда мы все собрались за столом. – Тони Блэр; женские комитеты; новые направления в политике; всё, что касается женщин, – какие предложения? Ни малейшей связи с Колином Фёртом, – если, конечно, тебе удастся.

Красиво заулыбалась, разглядывая свои записи, и подняла взгляд, полный достоинства и уверенности.

– Тони Блэр должен вынести на рассмотрение Кодекс любовных правил для Одиночек! – немного помедлив, объявила я.

– Вот как? – отозвался Ричард Финч.

– Н-да, – кивнула уверенно.

– Не кажется ли тебе, – продолжал он, – что наш потенциальный новый премьер-министр мог бы потратить свое время на вещи поважнее?

– Только подумайте об огромном количестве рабочих часов, потерянных из-за рассеянности или плохого настроения, потраченных на обдумывание сложных ситуаций или ожидание телефонных звонков, – возразила я. – Это легко сравнить с болью в пояснице. Кроме того, во всех других культурах есть особые ритуалы ухаживания, а мы действуем в плохо определённом мире, где мужчины и женщины все больше отчуждаются друг от друга.

Тут Ужасный Харолд насмешливо хмыкнул.

– Боже мо-ой, – затянула Пачули, лениво задрав на стол ноги в велосипедных лайкровых шортах, – нельзя же подчинять закону чувства. Это фашизм.

– Нет-нет, Пачули, ты плохо слушала, – строго ответила я. – Всего лишь рекомендации относительно хороших сексуальных манер. Поскольку четверть семей состоят из одного человека, они значительно улучшат психическое здоровье нации.

– Мне кажется, накануне выборов… – глумливо начал Ужасный Харолд.

– Нет, подожди, – перебил его Ричард Финч, жуя жвачку, подёргивая ногами и странно поглядывая на нас. – Кто из вас женат?

Все глупо уставились в стол.

– Но не один же я, правда? – удивился Ричард. – Неужели только я пытаюсь удерживать вместе разодранные клочки британского общества?

Все старались не смотреть на Саскию, журналистку, с которой Ричард спал всё лето, пока резко не потерял к ней интерес и не переключился на девушку – продавщицу сандвичей.

– Заметьте, я не удивлён, – продолжал Финч. – Кто из вас сможет жениться? Вы до конца своей жизни останетесь не способны к простейшему действию – принести капучино хотя бы одному человеку.

При этих словах Саския издала странный звук и выскочила из офиса.

Всё утро я занималась серьёзным исследованием: звонила по телефону и разговаривала с людьми. Довольно интересно, что даже те сотрудники, которые не одобрили мой проект, постоянно подходили ко мне с предложениями.

– О'кей, Бриджит, давай послушаем потрясающий основы, великий труд, – предложил Ричард Финч перед ланчем.

Объяснила ему, что Рим был построен не за один день и я, понятно, ещё не закончила работу полностью, но вот пункты, над которыми работаю. Прокашлялась и приступила:

Кодекс любовных правил

1) Если граждане знают, что не хотят встречаться с кем-нибудь, они прежде всего не должны провоцировать.

2) Когда мужчина и женщина решают, что будут спать вместе, то, если какая-нибудь из сторон знает, что хочет лишь «поразвлечься», это должно быть ясно оговорено заранее.

3) Если граждане целуются или спят с другими гражданами, они не должны делать вид, будто ничего не происходит.

4) Граждане не должны годами встречаться с другими гражданами, заявляя при этом, что не хотят слишком серьезных отношений.

5) После сексуальных отношений не оставаться на ночь, несомненно следствие плохих манер.

– Но что если… – грубо вмешалась Пачули.

– Можно я закончу? – снисходительно и авторитетно поинтересовалась я.

Затем зачитала остальное и добавила:

– Кроме того, если правительство собирается продолжать настаивать на семейных ценностях, ему придётся сделать что-нибудь более позитивное для Одиночек, нежели просто вычеркивать их из жизни общества. – И выдержала паузу, любезно перелистывая бумаги. – Вот мои предложения:

Предложения по воспитанию Самодовольных Женатиков

1) Включить книгу «Все мужчины с Марса, все женщины с Венеры» в школьную программу, чтобы представители противоположных армий понимали друг друга.

2) Учить мальчиков с детства, что брать на себя часть домашней работы не означает лишь поковырять вилкой в кране.

3) Сформировать крупное правительственное брачное агентство для Одиночек со строгим кодексом любовных правил, клиентскими скидками на напитки, телефонные звонки, косметику и т.д., запретом на Запудривание Мозгов и следующим правилом: прежде чем объявить себя Одиночкой, гражданин должен сходить по крайней мере на 12 организованных правительством свиданий и иметь веские основания для отказа от всех двенадцати.

4) Если основания признаны недостаточно вескими, гражданин обязан признать себя Запудривателем мозгов.

– О боже! – простонал Ужасный Харолд. – По-моему, всё это ерунда.

– Нет, хорошо, оч-чень хорошо. – Ричард Финч пристально посмотрел на меня.

У Харолда был такой вид, будто он проглотил голубя.

– Я думаю, живое обсуждение в студии, – продолжал Ричард Финч. – Я думаю, Харриет Хармен; я думаю, Робин Кук. Я даже думаю, может, и Блэр. Так, Бриджит, давай, работай. Дозвонись до офиса Хармен и достань её завтра. Потом попробуй Блэра.

Ура! Я – ведущий журналист и работаю над главной темой. Скоро всё изменится – для меня и для всей нации!

19.00. Хмм… Харриет Хармен не перезвонила. И Тони Блэр тоже. Тема закрыта.

29 апреля, вторник

Не могу поверить в ситуацию со Строителем Гари.

На этой неделе каждый день оставляла ему сообщения – и ничего, никакого ответа. Может, он заболел или ещё что. А кроме того, со сквозняком постоянно доносится ужасный запах с лестницы.

30 апреля, среда

Хмм… Только что приехала домой с работы: дыра прикрыта большим куском полиэтилена, но ни записки, ни записи на автоответчике – вообще ничего относительно возвращения мне 3500 фунтов. Ничего. Хочу, чтобы позвонил Марк.

8. Oh baby!

1 мая, четверг

128 фунтов; порций алкоголя – 5 (но я праздную победу новых лейбористов); вклад в победу новых лейбористов, не считая порций алкоголя, – 0.