Древний мир для Лии (СИ) - Осова Талия - Страница 3

Глава 4

В землянку вошла Алтея, в руках которой был кусок мяса. Знахарка была чем-то расстроена и это сразу бросалось в глаза. Уголки губ на морщинистом лице сильно были опущены и в бледно-серых глазах читалась печаль.

— Наш вожак на тебя глаз положил, хотя уже пятерых жен сгубил. — Алтея взяла нож и стала нарезать мясо небольшими кусочками, складывая в чистый котелок. Руки пожилой женщины работали скоро, аж залюбовалась и пока не улавливала суть разговора.

— Объясняла им, что нельзя девочек рано замуж отдавать. Организм не готов к материнству. Скудная пища и суровые условия жизни не дают нормально созреть девочкам, а рании и частые беременности приводят к смерти матери или ребёнка, а чаще обоих. Мужчины гибнут на охоте или от полученных травм. Смерти от простуды в холода научились избегать за счёт того, что быстро начинали лечение. Не представляешь, Лия, сколько у меня на это ушло сил. — Залив мясо водой, Алтея поставила треногу на очаг и подвесила котелок.

— Как только придёшь в себя, он тут же постарается быстрее сделать тебя своей женою и согласия твоего, как понимаешь, не требуется, — тяжело вздохнув она присела на табурет.

— Хоть душа твоя и зрелая, но нынешнее тело и шестнадцати оборотов не прошло, — хлопнув себя по коленям она встала и начала быстренько срывать веточки трав с различных пучков и закидывать их в глиняный горшок, примерно, литра на два объёмом.

Я пока не могла вникнуть в суть разговора, но поняла сразу, что замуж за вожака совсем не хочу. Только жить заново начинаю и буду строить её так, как сама вижу.

— Я вот, что подумала, — на минуту знахарка остановилась задумавшись, — уходить нам нужно из племени пока не поздно. Духи подскажут место. Замену я себе здесь подготовила из местных женщин, справится. — Алтея налила к травам воды и поставила в угли на краю очага.

Открыла рот и выпучила глаза от такого поворота. Себе в голове уже успела нарисовать картинку жизни в этом племени, процветание и дальнейшее развитии и вот такой теперь пердимонокль. Однако жизнь меня приучила соображать, поэтому шестерёнки в мозгу заработали быстрее и пришла к выводу, что Алтея совершено права. Зависеть от практически всего племени, подчиняться их правилам и традициям с менталитетом человека ХХI-го века очень трудно. Душа моя хоть и зрелая, старой я себя и при прошлой жизни не считала, но тело то молодое. Тем более для всех мой возраст приблизительно лишь только достигает брачного. Да и гарантии нет, что выживу в замужестве. Никто не будет слушать малолетку, прогнут.

— Времени у нас совсем немного, через декаду племя выдвигается в долину и пробудет там до первых заморозков, — Алтея шустро сдвинула котелок с почти готовым мясом и спустила, почищенные мною корешки и горсть крупы, похожую на перловку. — Это примерно пять месяцев по три декады. За это время нужно уйти как можно дальше. Лучше, конечно, к горам потому, что времени на строительство землянки до холодов будет мало, а там можно перезимовать и в пещерах. Ещё моя наставница говорила, что там хорошо и сытно. Хотя сама я в тех местах не была, но несколько примет она мне указала и дорогу найти туда мы сможем.

— Согласна, но как нам уйти незаметно, что бы не кинулись в погоню. Да ещё инструмент нам с оружием нужен и посуда на первое время, — подсела поближе к очагу и вытянула ноги к теплу. Хотя тело и привычное к местному быту, но земляной пол был холодный, я начала подстывать без движения.

— Что бы нас не хватились, нужно сделать так, что бы мы остались здесь на зимней стоянке. В соседней землянке болеют брат с сестрой и их дядька. В наше племя их семья пришла в одно время вместе с твоей, но мужчины пострадали на зимней охоте. Тогда не вернулось шестеро и семеро пришло израненными. Нарвались случайно на стаю волков уже по пути домой. А женщины ослабленные уже к нам добрались, после трагедии не смогли оправиться от болезни и вскорости ушли вслед за мужьями. Даже мне ничего не удалось сделать. Вот и получается, что дети в этой семье остались сиротами и никому не нужны, а их дядька — калека, плохо ещё оправился после травмы. Ты — круглая сирота, без прав и защиты. У остальных то была близкая родня, их и разобрали свои, а чужаки... — Алтея тяжко вздохнула и, повернувшись к очагу, отставила котелок на край и накрыла его широкой миской, чтобы дошло варево.

— Тебе дам настойку, которая парализует на время тело. Вожак обязательно придёт проверить тебя и убедиться в моих словах. Ему скажу, что тебя нельзя перемещать и больные дети с дядькой дорогу не перенесут. Как уйдёт племя я болезных за декаду поставлю на ноги, соберёмся и двинемся в дорогу. Они наверняка не захотят остаться здесь, так как и сами понимают, что никто их кормить не станет. Мне то за лечебные травы да настойки платят едой и тканью, но этого не хватит, чтобы всем нам прожить зиму.

Решили заручится согласием потенциальных попутчиков и начинать подготовку. Наперво — необходимо отбиться от «жениха».

Глава 5

Утром следующего дня Алтея покормила меня, оставшейся с вечера мясной кашей. Выполнив все утренние ритуалы, выпила настойку и улеглась, прикрывшись шкурой, на свою лежанку. Знахарка отправилась поговорить с вождём, поэтому стоило ожидать его в ближайшее время. Терпеливостью, со слов женщины, он не отличался.

Тело начало наливаться тяжестью, руки и ноги перестали меня слушаться. Успела прикрыть веки вовремя, так как и они покорятся перестали. Хорошо хоть, что все органы чувств остались работоспособными. Слышно было, как потрескивали дрова в очаге, начал распространяться запах мясного бульона, который Алтея с утра поставила вариться. Сытая, согревшись под шкурой, постепенно задремала.

Резко проснулась от приближающихся голосов.

— Сам посмотри, Жигмид, девочка в себя ещё не приходила. Отпаиваю её травками, бульоном. Когда придёт в себя не понятно, если вообще... — Алтея замолчала, давая понять вождю, а это был именно он, что я вообще могу не выжить. Необходимо было посеять как можно больше сомнений в голове вожака.

Моего лица коснулась огромная мозолистая ладонь. Чувствительность не пропала, поэтому ощутила и размер, и шероховатость. Хорошо, что тело не слушалось, а то обязательно себя выдала. Учуяла и не совсем приятный запах немытого тела и грязной одежды. Значит с гигиеной тоже не всё просто, хотя от знахарки и моего нового тела так не разило. Хоть рассмотреть мужчину не представлялось возможным, в голове уже сложился образ здоровенного заросшего мужчины с грубыми чертами лица и глубоко посаженными глазами. В последствии выяснилось, что он был не далёк от истины.

Вдруг за бок меня сильно ущипнули, теперь точно останется синяк в этом месте. Это что же получается, что меня так проверяли? Неужели слова Алтеи ставили под сомнения? На языке крутились только нецензурные выражения и хорошо, что он меня тоже не слушался. Видно моё состояние позволило всё же вождю сделать правильные для нас выводы.

— Хорошо, ты Алтея, останешься с больными. Но учти, что их никто кормить не будет, что сами заготовят, на то и будут жить, — подтвердил наши домыслы вождь. Говорил он резко и отрывисто, будто слова давались ему с трудом. — Никто делиться с чужаками не будет. Бекка справиться?

— Да, вождь, я обучила её всему, что знаю сама, — уверено ответила знахарка.

Вождь развернувшись вышел из землянки. Алтея с облегчение выдохнув, присела на край моей лежанки, подоткнув край шкуры.

— Всё получилось, мы справимся. Обратной дороги не будет. Да и мне уже здесь не больно рады, считают, что замена уже есть. Мясо стали ограничивать, как и всё остальное. Даже ткани на повязки не дали, хотя знаю, что ещё оставалось в общем схроне почти полные четыре корзины. Пока есть силы... — знахарка замолчала. Видно всё равно одолевали её нерадостные мысли. Как иначе? Всю жизнь посвятить на благо племени, а потом на старости лет чувствовать свою ненужность. Ещё не понятно, как будет самостоятельно справляться эта Бекка, а уже показывают своё пренебрежение.