Множество жизней Элоизы Старчайлд - Айронмонгер Джон - Страница 46

«Почитай отца твоего».

Часть третья

Комета

1

Галлея

2061 год

– Где моя гарнитура? – спрашивает Галлея. Она теряет ее по дюжине раз на дню.

– Ты оставила ее на туалетном столике в спальне, – сообщает голос у нее в ухе.

Она поднимается по лестнице и надевает гарнитуру. Моргает, чтобы привыкнуть к темноте. Делает глубокий вдох.

– Позвонить доктору Грей, – говорит она. Сегодня она чувствует тяжесть в теле. Апатию.

В комнате становится светлее.

– Доброе утро, Галлея. – У доктора Грей всегда хорошее настроение.

– Доброе утро, доктор Грей.

Конечно, доктор Грей это всего лишь симулякр. Компьютерный врач, живущий в омуте всемирной паутины. Она взрослела вместе с Галлеей. Когда Галлея была еще маленькой, доктор Грей была молодой и энергичной. У нее была копна кудрявых каштановых волос с рыжими прядями, нос пуговкой, веснушки и выражение вечного счастья на лице, как у ведущих детских телепередач. Однако с годами доктор Грей становилась серьезнее. Раньше она надевала под белый докторский халат джинсовые комбинезоны и цветастые рубашки. Сегодня она одета в оливковый костюм с блузкой, застегнутой под горло на все пуговицы, а очки, которые она теперь носит, висят на цепочке у нее на шее. У нее седые волосы. Из нагрудного кармашка ее халата торчат ручки.

– Как мы себя сегодня чувствуем, Галлея? – спрашивает она, и ее тон более серьезен, чем обычно.

– Завтра мне исполняется сорок, – говорит Галлея.

– Сорок! – восклицает доктор Грей, как будто эта дата не запрограммирована в ее памяти, и такая важная веха в жизни Галлеи стала для нее полной неожиданностью. – Ты не выглядишь ни на день старше тридцати!

– Я чувствую себя хорошо, – отвечает Галлея. – Немного вяло.

– Сейчас посмотрим. – При включенной гарнитуре комната Галлеи превращается в старорежимный медицинский кабинет. Доктор Грей сидит за письменным столом. Она берет со стола папку с бумагами и делает вид, что читает их. – Восемь дней с твоего последнего визита, – говорит она. – Это нормально. Если ты хорошо себя чувствуешь, вовсе не обязательно часто ко мне наведываться. С нашего последнего разговора ты прибавила четверть килограмма – соответственно, сейчас ты весишь пятьдесят три с половиной килограмма. Это все еще меньше нормы, но я довольна твоим результатом. Мы потихоньку делаем успехи.

– Вы просто не видели цены на еду, – говорит Галлея.

– О, я видела. Видела. – Она проводит пальцем по листу бумаги. Воображаемой бумаги. – Поумереннее с вином, – она грозит пальцем. – Уровень сахара в норме. Уровень гормонов в норме. Маркеры рака отсутствуют. – Она поднимает глаза и улыбается. – Все хорошо, – говорит она. – Могу я понюхать твое дыхание?

Галлея дует на экран.

– Хорошо. Замечательно. Тут тоже все в порядке. У тебя есть какие-то жалобы?

– В последнее время я чувствую апатию, – говорит Галлея.

– Усталость? Или слабость?

Галлея обдумывает оба варианта.

– Просто усталость. Отсутствие сил. Энергии.

– Тогда я назначаю тебе прогулку на свежем воздухе.

Галлея стонет.

– Еще одну?

– Будь добра, восемь километров. Быстрым шагом. В течение двух часов. Можешь дойти до парка и вернуться обратно через школу. По дороге успеешь зайти и купить себе мороженого. Но не бокал вина.

– Завтра сделаю. Это все?

– Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня. И потом, сегодня более подходящая погода. На завтра по моим прогнозам обещается дождь.

– Дождь – не такая уж и большая беда, – говорит Галлея. – Это Ливерпуль. Я привыкла к дождям.

– И все же, – говорит доктор Грей, – хорошая энергичная прогулка пойдет тебе на пользу уже сегодня. Добавишь несколько бонусов здоровья в свою копилку. Стряхнешь с себя паутину. Приободришься. Я все еще беспокоюсь о состоянии твоей психики.

– С моей психикой все в полном порядке.

– Я рада, что ты так думаешь. – Симулякр достает из воображаемого кармана халата ручку и водит ей по странице блокнота. – За текущий месяц у тебя было девять кошмарных и двадцать одно обычное сновидение.

– Для меня это норма, док. И вы это прекрасно знаете.

– По-прежнему испытываешь проблемы с памятью?

– Это не проблемы. Сколько раз можно повторять один и тот же разговор?

– Ну, хорошо. – Она кивает, но на ее лице отражается беспокойство. – Помнишь мазок со щеки, который ты сдавала в прошлом месяце? Мы получили результаты из генетической лаборатории. Весьма любопытные результаты.

– В каком смысле любопытные?

Доктор Грей доверительно улыбается.

– Я переслала твою медкарту профессору Уайту из Имперского колледжа в Лондоне, – говорит она. Она моргает. – Тебе совершенно не о чем беспокоиться, Галлея.

– О чем беспокоиться?

– У тебя необычный генотип. Вот, собственно, и все. Это почти то же самое, что иметь редкую группу крови.

– Редкую группу крови?

– Люди непохожи друг на друга, Галлея, – говорит доктор Грей, откладывая бумаги в сторону. – Не существует такого понятия, как «норма». Ты сама это знаешь.

– Мой редкий генотип имеет какое-то отношение к моим снам? К моим воспоминаниям? – спрашивает Галлея.

– Возможность не исключена. Профессор Уайт хотела бы провести дополнительные тесты.

– Профессор Уайт – реальный человек?

– Она искусственный интеллект.

– Ну, тогда перебьется, – говорит Галлея. – Я уже по горло сыта вашими тестами.

– Я записала тебя на прием в больнице Святой Елены завтра в три, – говорит доктор Грей. Слышится мягкий дзыньк. – Я отправила Джейкобу все координаты.

– Мне нужно быть во Франции на следующей неделе.

– Знаю, знаю, – вздыхает доктор Грей. Она уже слышала это раньше. – Это не повлияет на твою поездку. Переговори с Джейкобом.

– Джейкоб!

Комната меняется. Исчезает старомодный врачебный кабинет с диваном и анатомическими плакатами с изображением костей. В кадр вплывает молодой мужчина с планшетом, и на заднем плане комнаты Галлеи появляется оживленный офис… Оживленный, ох, какой оживленный… Два десятка персональных помощников висят на телефонах, сосредоточенно стучат по клавиатурам компьютеров, прокручивают карты Азии и авиарейсы Центральной Америки.

– Здравствуй, Галлея!

Джейкоб выглядит загорелым, ухоженным. Он носит футболки. Он – виртуальный персональный помощник Галлеи.

– Как успехи? – спрашивает Галлея.

Джейкоб выглядит невозмутимо. Он всегда владеет собой.

– Все тип-топ, – отвечает он, поигрывая виртуальными бицепсами. – Хотя я все еще жду ответа от Европейской федерации насчет твоей поездки…

– Они же обещали принять решение к среде!

– Действительно, обещали. – У Джейкоба скорбное выражение лица. – Но Европа всегда тянет с выдачей туристических виз. Ты же знаешь.

– Они думают, что я хочу приехать в Европу и остаться там навсегда.

– Ну, а что им еще думать? К ним набилось три миллиона беженцев из Великобритании за последние…

Галлея перебивает.

– Мои бабушка и дедушка родились в Словакии. Моя мать родилась во Франции. Это должно помочь.

– Не вполне. Твои бабушка и дедушка получили британское гражданство, когда Великобритания вышла из Евросоюза, а твоя мать родилась во время туристической поездки во Францию, что не делает ее европейкой и не дает ей никаких прав жить, работать или посещать Европу. В каком-то смысле, для тебя это даже хуже, чем если бы твои родственники были британцами до седьмого колена. Европа опасается, что ты попытаешься использовать национальность своей бабушки в качестве рычага, чтобы остаться.