Мои убийственные каникулы - Бейли Тесса - Страница 8

Но это, естественно, касается других, а не меня.

Она озирается через плечо – ищет брата? Снова повернувшись ко мне, она говорит неуверенным шепотом, заставляя меня наклониться, чтобы расслышать. Заодно я считаю золотые блестки на ее зеленой радужке.

– Я не отличаюсь храбростью, – тихо говорит она. – Но разумности мне не занимать, и я всегда забочусь о безопасности. При виде мертвеца я не спрятала голову в песок, а сохранила спокойствие и вызвала полицию. Нашла для нас с Джудом одеяла, дала подробные показания детективу Райту. Я не готовилась к ситуации вроде этой, думала, что разревусь, буду задыхаться, умру от страха. И уж точно похватаю вещи и сбегу домой. Но ничего этого не произошло. Сама себе удивляюсь. Теперь мне хочется как-то помочь расследованию. – Она моргает, темная бахрома ресниц медленно поднимается и опускается. – Вы видите в этом смысл, охотник за головами?

Она все еще не знает моего имени. Так держать!

Это потому, что меня подмывает спросить, не нужно ли ей одеяло прямо сейчас? Если бы она произнесла мое имя, я бы совсем пропал. Почему-то я уверен в этом так же твердо, как в том, что мне подвластны потроха любого «Харли-Дэвидсона». Врать не буду, ее объяснение пробило в моем животе дыру, через которую уже улетучилось все мое раздражение. Было – и нету. Что меня занимает, так это то, кто ей наплел, что она трусиха. Охотно прикончил бы этого лгуна!

– Как я ни старался вас напугать, вы не дрогнули… – говорю, вернее, кашляю в кулак я, озираясь. – По мне, это настоящая храбрость.

Снова на нее глянув, я убеждаюсь, что она мне улыбается.

И это не вынужденная гримаса, а широкая улыбка от всей души. Для меня это равносильно хуку в челюсть.

– Ух ты…

– Вы совсем не страшный, – заверяет она меня, вся сияя.

– Нет, страшный! – не соглашаюсь я, потому что сейчас это совершенно необходимо. Мной руководит инстинкт самосохранения. Сам себя не узнаю! Что со мной стряслось за последние полчаса?

– С кем ты разговариваешь, Тейлор? – Задавший этот вопрос мужчина появляется у нее за спиной. Он трет кулаком глаза и зевает во весь рот. Разлепив глаза и обнаружив в дверном проеме меня, он пятится и давится ругательством.

– Чтоб меня!.. Господи Иисусе!

– Видите?! – Мне трудно выбрать между удовлетворением и смущением – плохо знакомой мне эмоцией. Я всегда отказывал ей в праве на существование. Но теперь, когда до этой женщины доходит, что я чудовище, а она красавица, я вынужден пересмотреть и эту свою привычку.

Она, впрочем, продолжает улыбаться.

– Хотите войти и полистать гостевую книгу? – Она распахивает дверь. – Я только что сделала лимонад.

Мне не нравится, что я с такой скоростью изменяю себе, поэтому с нажимом отвечаю:

– Я похож на любителя лимонада? – Я захожу в дом, и они оба – она и ее брат, кажется, она назвала его Джудом – шарахаются от меня как от чумы. Братец покровительственно загораживает сестрицу. – Вот от пива не откажусь.

– Конечно, – говорит Тейлор и толкает брата локтем под ребра. – Он согласен принять нашу помощь в расследовании убийства!

– Я этого не говорил…

Но она уже шмыгает в кухню.

Боже, во что я влип?

Глава 4

Тейлор

Я вручаю охотнику за головами затребованную бутылку пива. При виде этикетки он корчит гримасу.

– Не обессудьте. – Я сажусь напротив него в гостиной. – Другого не держим.

– Пиво со вкусом персика… – Он крутит бутылку, читает информацию о питательных свойствах с таким видом, словно мы его разыгрываем. Войдя, «охотник» перестал на меня глазеть, что дает возможность изучить его мне самой. Если судить по внешности, он принадлежит к преступному дну общества. Даже если игнорировать не сходящую с его физиономии злодейскую ухмылку, то не позволяют ошибиться его длинные нечесаные лохмы, третьесортные татуировки, шрамы на костяшках пальцев и на шее.

А уж облачение… Заляпанные чем-то весьма подозрительным башмаки, джинсы, давно не стиранная черная футболка – правильнее было бы немедленно предать ее огню. И в довершение всего – потрескавшиеся кожаные манжетки мотоциклиста.

Этот тонущий в мягких подушках белого дивана гигант – не меньше шести футов пяти дюймов роста, – неприязненно нюхающий пиво с персиковым ароматом, выглядит здесь до смешного неуместно. Его место – бильярдная за придорожным баром, с такого станется где угодно затеять потасовку и учинить переполох. Ему очень неуютно в гостиной с морским дизайном, в окружении изящных безделушек и подушечек в наволочках с вышитыми миниатюрными штурвалами.

В сущности, он не должен вызывать ничего, кроме ужаса.

Что ж, допустим. Но многое указывает на то, что на самом деле он совсем не страшный.

По крайней мере, для меня. Все остальные пускай трепещут – с полным на то основанием.

Услышав, что я нашла мертвеца, охотник за головами сам сделался мертвенно-бледным. Я даже испугалась, что его стошнит прямо посреди улицы. На секунду-другую он перестал корчить свою пугающую рожу и исполнился заботливости.

Лучше скажите, что незамедлительно покинули дом. Вдруг там оставался убийца?

Он тревожился за меня. Вот это неожиданность, греющая душу!

К тому же было бы досадным упущением не принять во внимание его улыбку.

Там, на улице, когда выяснилось, что он не ошибся и я действительно учительница, мы друг другу улыбнулись. Воспоминание об этом повергает меня в панику. Улыбка делает его красавчиком. Его прямые белые зубы созданы для перекусывания кожаных ремней и дробления камней, тем не менее, улыбаясь, он становится привлекательным. По-своему, конечно. Далеко не в классическом стиле. Он – противоположность мужчинам, обычно назначающим мне свидание, – аккуратным бизнесменам с безупречными ногтями, уверенно карабкающимся вверх по корпоративной лестнице. Они ищут спутницу жизни, чтобы приобрести в паре с ней дом, завести детей. Так и написано черным по белому в их профилях на сайтах знакомств: «только для серьезных отношений».

Сомневаюсь, чтобы этот охотник за головами наведывался на сайты знакомств. Если бы там появилась его фотография, то только с хамски выставленным средним пальцем…

На такого клюнула бы всякая правильная женщина – любительница риска, готовая мчаться по шоссе, взгромоздившись на заднее сиденье его мотоцикла и… дальше у меня тормозит фантазия. Пожирать свежевыловленных моллюсков в потайном подвальчике, известном только местным знатокам? Что-то в этом роде…

Местом моего последнего свидания было, кстати, заведение под названием «Фабрика чизкейков».

Я не отдаю себе отчета, что очень хмуро гляжу на охотника за головами, пока он не приподнимает бровь.

– Вы бывали на «Фабрике чизкейков»? – выпаливаю я.

– Не понял.

– Так я и знала. – Я насильно возвращаю себя к приятным мыслям и жестом прошу Джуда сесть. Тот застрял между кухней и гостиной и, похоже, раздумывает, не вызвать ли полицию.

– Ну что, готовы поделиться первыми впечатлениями с места преступления?

Охотник ставит персиковое пиво на многострадальный кофейный столик и пальцем отодвигает оскорбительный напиток в сторону.

– Не готов, Дюймовочка. Не готов и не стану. – Он откашливается. – Технически вы оба остаетесь подозреваемыми, пока я не передумаю. Поэтому сообщать вам подробности было бы неразумно.

– Подозреваемыми? – Я не верю своим ушам. – У нас же алиби! В момент убийства нас даже не было в Кейп-Код!

– Откуда взялось ваше алиби, когда еще не установлено время убийства?

Я ошеломленно умолкаю. Надо было внимательнее отнестись к «Высеченному в кости». Зря я отвлекалась на планы уроков, из-за этого оказались пропущены некоторые уроки куда большей важности.

– Полагаю, мое умозаключение опирается на запах разложения.

– Там видно будет. Полиция Барнстейбла изучит фотографии с дорожного пункта оплаты за мили и выяснит, не прибыли ли вы раньше. – Охотник за головами вертит головой. – Так где гостевая книга?