Лучший подарок для генерала (СИ) - Фирст Наталья - Страница 2

— Сэми, — я посмотрела на него серьезно, — отправляйся сейчас же к мэтру Трюзо и скажи, что я готова забрать «Поцелуй январских звезд».

— Ого! — дух восхищенно присвистнул. — Моя прекрасная леди сумела охмурить очередного толстосума?

Я фыркнула и сказала беззлобно:

— Совсем обнаглел! Не перестанешь хамить, проиграю тебя в карты. В поместье у герцога наверняка соберется предостаточно игроков.

Дух еще шире осклабился, вид у него стал совершенно довольный. Он прекрасно понимал, что такого не будет никогда.

— Сэми, ты почему все еще здесь? — я притворно сдвинула брови.

— Бегу-бегу! — Дух дурашливо изобразил жуткий испуг и испарился из зеркала.

— Вот поганец, — восхищенно проворчала я.

— Я все слышу! — Сэми на миг вернулся в зазеркалье для того, чтобы на этот раз исчезнуть всерьез.

Глава 2

Поцелуй январских звезд

Артефакт с услужливым духом я получила три года назад. Мне им заплатили за выступление. Вещь дорогая, безумно редкая и столь же полезная. Я ни разу не пожалела о своем приобретении.

Сэми обернулся за полчаса. Где болтался этот прохвост столько времени, я уточнять не стала. Мне вообще было проще думать, что он занят делом, а не шастает по соседским домам, подглядывая сквозь зеркала за девицами. Впрочем, и у духов должны быть свои развлечения.

Зато сейчас рыжий наглец появился в раме как раз напротив чайного столика и застыл с самым благочинным выражением на плутовской роже.

— Передал? — спросила я, вертя в руках краснобокое яблоко.

— В лучшем виде! — секретарь надулся от важности. — Мэтр Трюзо обещал быть с минуты на минуту. Вы же знаете, как он летит на ваш зов.

Конечно знала. Я довольно усмехнулась и велела:

— Испарись!

Сэми хмыкнул, послал мне воздушный поцелуй и исчез. Я подошла к зеркалу, взбила локоны, выпустила один фривольный завиток на обнаженное плечо, покосилась на яблоко и отодвинула его подальше.

Мэтр Трюзо был ко мне неравнодушен. И сейчас мне хотелось воспользоваться этим фактом — выбить из него скидку. Правда, прекрасно зная скупость старины Робера, особой надежды я не питала.

В дверь позвонили через четверть часа. Я велела подавать чай, откинулась на спинку кресла и стала ждать визитера.

— Селия, душа моя, — Робер Трюзо, как всегда, принес с собой шум и суету.

Он ринулся ко мне, поставил на пол саквояж, схватил двумя руками мою ладонь, и смачно приложился поцелуем. В отличие от Альберта, о правилах приличия ювелир имел весьма смутное представление. Поэтому поцелуи жадно пробежались по ладони и едва не дошли до локтя. Я резко выдернула из его лап помятые пальцы, натянула на лицо радушную улыбку.

— Я тоже тебе рада, Робер. А теперь сядь, будь так добр.

И указала на другую сторону столика.

— Но Селия? — вид у него стал обиженным.

— Садись, мой дорогой, у нас сегодня деловая встреча.

— Какая же ты все-таки ледышка.

Я строго приподняла одну бровь. Робер скукожился, засуетился, схватил свой баул и устроился в свободном кресле, поставив саквояж на колени.

Я не стала ходить вокруг да около. Спросила в лоб:

— Сэми передал тебе, зачем ты мне нужен?

— Да, — ответил он кисло, — ты готова купить гарнитур.

— Именно, мой дорогой.

Он вздохнул, щелкнул замком, сдвинул в сторону чашки и принялся выкладывать на столик бархатные коробочки, попутно открывая крышечки. От волнения у меня аж вспотели ладони. Вот она — моя мечта. Волшебный гарнитур — огромные чистейшие сапфиры и россыпь бриллиантов. Колье, браслет, серьги, кольцо и брошь — полный комплект «Поцелуй январских звезд».

- Робер, — моя улыбка стала нежной, — ты знаешь, что цена…

Антиквар меня перебил:

— Знаю, — сказал он серьезно, — но изменить ее не смогу.

— Почему?

— Ради тебя же.

Он был совершенно серьезен. Только ответ его меня озадачил.

— Ради меня?

— Да!

Робер провел дрожащими пальцами по крупному сапфиру в центре колье, отдернул ладонь, словно обжегся.

— Я должен кое в чем признаться. — Он опустил глаза. — Это — не простой гарнитур.

Я замерла, не донеся до рта чашку с чаем. Вот это новости! А какой?

— Это — волшебный артефакт.

— В чем заключается его волшебство? — голос мой сам собой перешел на шепот.

— Он исполняет желание.

— Все?

Робер покачал головой.

— Только одно.

Меня внезапно осенила неприятная догадка:

— И какое желание загадал ты?

Робер густо покраснел и как-то вдруг весь скукожился.

— Прости, — пролепетал он.

— Ах вот оно что?

Меня словно подбросило. Руки сами воткнулись воткнулись в бока, гневная тирада выскочила из уст:

— Мерзавец! А я-то все гадала, что за затмение на меня нашло!

Я замахнулась, чтобы дать этому гаденышу пощечину, но он так беспомощно, так жалко загородился раскрытой ладонью, что злость моя куда-то улетучилось. Бог с ним, с Робером Трюзо. Тем более, что с той ночи прошло уже почти десять лет.

Я уселась обратно в кресло, схватила чай и опустошила залпом. Когда показалось дно чашки, мне значительно полегчало.

— Что ж ты так продешевил, дорогой? — в моем голосе появились язвительные нотки. — Почему не загадал, чтобы я вышла за тебя замуж? Ты же хотел.

Он понял, что буря прошла стороной, и сразу осмелел:

— Я десять раз пожалел, что так сглупил. Но желание, — его голос стал вкрадчивым, — всего одно. Так что загадывай осмотрительно.

Пальцы мои подхватили коробочку с шикарным колье. Бриллианты сияли, как солнечные зайчики. В глубине сапфира поселился синий огонь. Маленький язычок магического пламени. Я провела по темным граням кончиком пальца. Магия внутри камня беспокойно заворчала, проснулась, потянулась навстречу. Не врет, поганец, действительно артефакт.

В голове промелькнула мысль: «Уж я-то не прогадаю, придумаю самое нужное, самое важное желание». Вслух я спросила:

— Рассказывай, как это работает. Ни за что не поверю, что можно загадать любое желание, в любой момент.

— Ты права, нельзя, — согласился Робер. — Сапфиры сами дадут тебе знать, когда придет время.

— Каким же это образом?

Я вздохнула, захлопнула крышку футляра и с сожалением вернула украшение на стол.

Робер проводил коробочку грустным взглядом.

— Они начнут светиться.

Хм, забавная особенность. Светятся, значит. Выгадывают подходящий момент. Я попыталась вспомнить, что у меня случилось в тот вечер, когда я вдруг сама решила поехать к Роберу. Что тогда произошло? И неожиданно вспомнила — газеты напечатали известие о помолвке Вильгельма с леди Лорейн Порие! Я тогда была жутко зла и буквально горела желанием отомстить.

Но это было еще не все. И Робер продолжил:

— Они же скажут тебе, когда настанет время менять владельца. Только помни, что ты не должна отдавать артефакт за цену ниже, чем уплатила сама.

— Я запомню.

На этот раз в моем голосе не было ни капли злости. Я подвинула Роберу конверт с чеком. Он нервно перехватил мои пальцы.

— Селия, может быть ты все-таки выйдешь за меня замуж?

— Нет, Робер, — я тихонько вытянула из его руки ладонь, — прости. Но я тебя совсем не люблю.

— Я знаю.

Он вздохнул и забрал конверт. А после поднялся и молча ушел.

Остаток вечера я провела за сборами. Благо Сэми опять где-то шлялся и под руку с глупыми советами не лез.

Как и обещал Альберт, экипаж прибыл ровно в полдень. Даже не один, а два. В первом вольготно разместилась я сама. Во второй вышколенные герцогские слуги проворно загрузили реквизит. Следом разместили обитый медью кофр с багажом.

Когда наш маленький кортеж тронулся в путь, за окном крупными хлопьями повалил снег. Небо стало темным, почти черным. Я сидела и смотрела в окно. Казалось, что мой экипаж плывет прямо во тьме безграничной вселенной, раздвигая боками белые пушистые звезды.

А мои собственные январские звезды покоились у меня на коленях в дорожном саквояже. Осталось только дождаться, когда они подарят мне свой поцелуй.