Невеста Горного Князя (СИ) - Кейль Мария - Страница 20

Я прижала руки к груди и отодвинулась от него тоже. Отчего-то в глазах стояли слезы. Истеричка. Это просто воображение, Инна! Выключи его немедленно!

Князь ждал моего ответа, а найти его сходу не выходило. Единственное что показалось мне правильным, так это произнести правду:

— Я не могу…

Он грустно улыбнулся, а я продолжила:

— Не могу представить, вот и все. Так, чтоб это было по-настоящему. Я ведь никогда не влюблялась, понимаешь? Поэтому если б я сказала, что поступила бы также, или наоборот, иначе чем ты … я бы соврала.

Пусть между нами будет только одна ложь, да и та по вине Матея.

Князь улыбнулся и снова прижал меня к своему плечу. Его длинные волосы защекотали мне нос.

— Ты мне нравишься, Иона.

Вот мог он этого не говорить? Хотя бы сейчас? Я и так чувствовала, что мы не просто случайная пара, меня штормило от тепла, от откровенности, от близости. Я не могла назвать это любовью — тут не соврала князю. Все же должно быть что-то большее, нежели просто симпатия между людьми для такого важного определения. Так что я отшутилась:

— А ты мне — нет, Алеш. Волосы у тебя слишком длинные, нос щекочут. Можно я их подстригу?

Он моргнул, а потом рассмеялся, звонко, как мальчишка. Если он так будет улыбаться, то как я захочу его отставить?***Эля Шайвел Магическая школа Круг СтихийЯ — принцесса и провидица. После того как я отказалась выходить замуж по расчёту, меня отправили на обучение в школу магии.Однако таинственные виде́ния, постоянно посещающие меня, намекают на то, что я забыла какую-то важную часть своей жизни. И очень красивого мужчину. Кто он, таинственный незнакомец из моих снов?https:// /books/view/26736

12. Дорогой Алеш (3)

Иона

Он так заразительно смеялся, что я не удержалась и улыбнулась тоже.

— Если я тебе не нравлюсь, зачем тебе моя рубашка?

Ой. Три раза «ой».

— Она удобная. И мягкая. И тут нет столько шнуровки и всякой вышивки. Можно я ее оставлю?

— Ты хочешь мои рубашки, мои волосы, моего… Что за нравы в твоем мире, Иона?

Я поджала губы.

— Нормальные.

Вспомнилось сразу все. Экзамены, политех, работа. Усталость. Тоска по родителям. Кайф от творчества. Надежда на будущее. Планы. Блин.

Тут же — дыхание мужчины рядом со мной, стук сердца. И голос, проникающий в душу.

— Я тоже сказал что-то не то, да?

— Почему это?

Он коснулся моих волос.

— Ты уже долго молчишь и смотришь в пол, Иона. У нас странный разговор, мы пытаемся понять друг друга, но идем не туда. Давай начнем еще раз. Не знаю, что тебе наговорил про меня Матей… Он меня в жизни не хвалил. Так что наверное и сейчас прошелся как следует. Но я не холодный, не каменный и я совершенно точно не хотел играть в свадьбу два с половиной века.

— А чего ты хотел? Ну, до Амалии?

Вопрос заставил Алеша задуматься. Он перебирал мои пальцы своими, но смотрел при этом вглубь зала как внутрь себя.

— Знаешь, тогда я хотел свободы. Думал, научусь у Матея, заработаю немного денег, у меня будет своя мастерская… Чего ты улыбаешься?

— Это звучит… просто и спокойно.

Это звучало забавно, потому что именно это, правда другими словами, я говорила себе сама. Заработаю немного денег, доучусь, буду свободна, открою свою мастерскую.

— Скажи…, — он замялся, — а что ты пела в прошлый раз?

— Визбор, кажется. Родители любили. Но не проси, Алеш, петь не буду.

— Не стану, Иона. Если не хочешь.

Это странно, но мне было безумно хорошо — просто сидеть так, говорить с ним о пустяках. Словно так и должно быть. И понимать, что он чувствует тоже самое. Я не уйду в неудобный момент. Он не уйдет тоже. Мы можем разговаривать. Это было настолько волшебно, что я забыла обо всем.

— У тебя глаза закрываются, — произнес он, — устала?

— Нет…

Правда, я к сессии могла всю ночь готовиться. Да и от Матея сегодня не так поздно ушла. Алеш встал с лавочки и протянул мне руку.

— Пойдем.

— Подожди, — мне вспомнилась прошлая ночь, — а что с купальней, куда мы падали? Почему там…

Он наклонился и у самого моего уха произнес:

— Почему там так хочется? Потому что она для влюбленных, Иона. Если люди нравятся друг другу, если есть симпатия… Все, что есть в сердце, она усилит. Но если ничего нет, то ничего и не произойдет. Я принял тебя за Амалию… Тогда.

— А сейчас?

Сны опять стояли перед внутренним взором.

— Сейчас я пока не хочу проверять. Пойдем, я провожу тебя в спальню. Ножницы обещаю, найду завтра утром. Пойдем, Иона. Завтра я покажу тебе замок.

Не стала ему говорить, что уже почти все посмотрела, взяла его за руку и удивилась, как легко он приспосабливается к моим маленьким шагам.И только завернувшись в одеяло в спальне, спрятавшись в рубашку Алеша, которую мне теперь выделили официально, я вспомнила, о чем мне надо было поговорить.

Не теряться в совершенно не каменном, а очень даже живом общении, не залипать на голос Алеша, а серьезно сказать ему, что нам надо разорвать союз.

Ладно, если я поговорю с князем завтра, то мир не обрушится из-за одного дня?

Каменные невесты живут здесь по году, а я всего-то чуть больше недели.Все будет хорошо, правда?Наверняка было в жизни, когда все так хорошо, что о важном и больном говорить не хочется, хочется еще день приятного общения)Спасибо всем огромное за лайки и комментарии, поддержка очень вдохновляет!Еще можно подписаться на мою страничку, ближе к концу декабря начну новую историюПОДПИСАТЬСЯ

13. Сердце, ножницы, рубашка (1)

Алеш

Переговоры с послом Катайи затянулись, я освободился только после полудня. Войт подготовил сани для дальней дороги, но я взял коня.

Кравчий вздохнул, в очередной раз без слов осерчав на опрометчивость своего князя. Что поделать, я хоть и бессмертен, цену времени знаю больше всех. Ехать медленно и спокойно сейчас не устраивало. Просто сидеть внутри и ждать, пока тройка донесет тяжелые сани по гладким зимним дорогам — нет.

Хотелось движения. Когда гонишь верхом, то есть это чувство, что движешься навстречу цели. Когда сидишь — нет.

Выезжая за ворота замка, я заметил Лейсу, которая спешила ко мне, но не стал останавливаться. Разберусь с ней позже.

Войт уже получил указание поднять все ее связи, и выяснить, не связана ли она с Мартичами более ранним родством, нежели текущее вдовство. Кравчий выведает все, особенно с учетом того, что Лейса ему не нравилась.

В замок Раур я вернулся затемно, но не поздно. Только недавно убрали ужин, замок готовился отдыхать, но кое-где еще сновали слуги. Я позвал кого-то из мальчишек, скинул плащ и зашел в гардеробную. Что-то было не так.

— Штефан приносил новые наряды мне или княжне?

— Нет, князь. Симона и Даяна забирают у него, а вам, как велено, везут костюмы из Алтеи.

Ладно, наверное, показалось. Я переоделся в свободную рубашку и брюки, и постучался к княжне. Мне никто не ответил, только дверь, соединяющая гардероб и ее спальню легко открылась от второго стука. Там было пусто. На кресле висело небрежно брошенное домашнее платье, на столике лежали пара книг по основам магии. В оранжерее, светящейся ночными огнями, девушки тоже не было.

Если Штеф опять что-то учидил…Прибью мерзавца. Я шагнул в сторону подземных мастерских, но дверь Штефа была заперта. Наверняка пьет где-то на кухне. Я решил дойти до Матея и попытаться еще раз, спокойно расспросить мастера.

Но стоило мне приоткрыть дверь, как я обомлел. Сначала не понял: он что, спустя столько лет взял еще ученика? Лица из-за платка не было видно, поэтому сначала я узнал свою рубашку и штаны.