Тайны моего босса (СИ) - Трифоненко Елена - Страница 38

Я простояла так минут пять, почти вернула себе душевное равновесие.

— Яна, я нашел ящик! — радостно сообщил отчим босса, появившись рядом со мной, словно из-под земли.

Я вздрогнула, открыла глаза. Отчим Григория таращился на меня без капли смущения, улыбался. В руках у него была какая-то коробка.

— Пойдем, — позвал он и двинулся в сторону погреба.

Я чуть не сползла по стеночке на землю. Отчим босса вел себя так, будто ничего не случилось, будто он не запирал меня недавно в лучших традициях классических ужастиков. Я нервно облизнула губы. А может, это все-таки не он? Или, может, он сделал это на автомате и даже не заметил?

Отчим Григория прошел до поворота, оглянулся. Заметив, что я не двигаюсь, удивился.

— Ты идешь?

— Нет, извините, — пропищала я. — Не могу. Я плохо себя чувствую.

На его лице моментально появилось участливое выражение:

— Врача позвать? У нас в гостях сегодня есть парочка.

— Не надо, — вместо меня ответил подошедший Григорий. — Мы лучше домой.

По лицу его отчима скользнула едва уловимая тень, его губы на мгновение презрительно выгнулись. Нет, все-таки именно он меня запер. И отнюдь не случайно.

Босс демонстративно взял меня под руку, повел на улицу.

Оказавшись за воротами, я испытала невероятное облегчение. Семейство босса уже пугало меня до чертиков, хотелось держаться от него подальше.

— Сразу такси вызовем или сначала прогуляемся? — задумчиво спросил Григорий, поглаживая меня по локтю.

— Давай сначала пройдемся.

Мы побрели вдоль улицы.

— Извини, что так надолго оставил тебя одну, — сказал босс. — Это все мама. Представляешь, она заперла меня вместе с Алиной в дедушкином кабинете.

— Зачем?

— Хотела, чтобы мы с Алиной помирились. Та приготовила целую речь о том, какая мы прекрасная пара. Мама хотела, чтобы я все выслушал и обдумал.

— Ну и как, сработало? — Я вдруг ощутила что-то очень сильно похожее на ревность.

— Издеваешься? — Он закатил глаза. — Нет, конечно. Я еще раз объяснил Алине, что у нас все кончено, а потом вылез через окно.

— Ого! Да ты отвязный чувак!

— Окно, между прочим, было на втором этаже, — похвастался Григорий. — Там рядом только небольшая пристройка с фанерной крышей — я полз по ней, как Джеймс Бонд. К тебе, любовь моя.

— Весьма польщена, — мрачно отозвалась я. — Я, кстати, тоже интересно провела время: отбивалась от твоего друга Амира.

— В каком смысле — отбивалась?

— В прямом. Он пытался зажать меня в погребе и принудить к поцелуям.

— Вот же придурок озабоченный! — Григорий моментально растерял былую веселость, нахмурился. — Вас ведь могли увидеть.

— Тебя только это беспокоит? Серьезно? — Кровь снова ударила мне в лицо. — А на мои переживания тебе плевать? Я, между прочим, испугалась.

— Не стоило, — сухо ответил босс. — Амир у нас смирный, девочек не обижает.

— Он вел себя развязно. И уверял, что ты ему разрешил, — с обидой выпалила я. — Что ты вообще пообещал передать меня ему, как какую-то игрушку.

Босс еще больше помрачнел.

— Чушь! Ничего такого я ему не обещал. Видимо, Амир принял желаемое за действительное. С ним иногда бывает.

— То есть подобное может повториться?

— Нет. Ни в коем случае, — глухо отозвался босс. — Я проведу с Амиром воспитательную беседу. Впредь он будет держать себя в руках.

— Зачем ты вообще ему о нас рассказал? Мы так не договаривались.

— По-моему, ты и сама знаешь ответ. Мне следовало убедиться, что ты хорошо справишься с ролью, не выдашь меня при любом удобном случае.

— А больше ведь никто не знает? — холодея, спросила я. — Про наше притворство?

Босс смутился, отвел глаза. Я почувствовала легкую дурноту.

— Господи, ты и еще кому-то разболтал? Зачем?

— Так было надо.

— Что? — Я застыла как вкопанная, схватилась за голову. — Ты не предупреждал, что будешь трещать о нас направо и налево. Я не хочу, чтобы еще кто-то из твоих знакомых посчитал меня легкодоступной девицей и начал приставать. Моя репутация…

— Я сказал только одному человеку, — сердито перебил босс. — Проблем с ним не будет — можешь не переживать.

— Кому именно ты сказал?

Его лицо стало непроницаемым, в глазах проступил холод. И как это понимать? Зачем он вообще посвятил в наш секрет еще одного человека? Одной проверки показалось недостаточно?

— Кому еще ты сказал? — повторила я. — Я имею право знать.

Он усмехнулся.

— Попробуй угадать, Яна. Напряги серое вещество и поймешь.

— Ты издеваешься, что ли?

— Нет, я серьезно. Мне любопытно, насколько ты наблюдательна.

— Я не собираюсь играть с тобой в загадки. Я давно вышла из детсадовского возраста.

— Значит, мучайся в неизвестности, — отрезал он. — Я пока не готов раскрывать перед тобой карты.

***

19.2

19.2

Остаток дня прошел в каких-то мелких заботах. Дома я перегладила свои вещи, приняла ванну. Григорий заказал нам обоим ужин, но есть со мной не стал, ушел с тарелкой в свою комнату, сославшись на важные дела.

После ужина я немного поболтала по телефону с мамой, посмотрела несколько видео на «Ютьюбе» и легла спать. Уснуть, правда, долго не получалось: я все гадала, кто же еще в курсе нашей с боссом тайны, но ответа не находила.

Утром проснулась совершенно разбитой. В горле саднило, голова была ватная. Когда я выползла на кухню, Григорий уже был там, готовил нам на завтрак овсяную кашу с изюмом.

— Ты просто бесценный мужчина, — искренне восхитилась я. — Еще немного и я в тебя на самом деле влюблюсь.

— Не надо, пожалуйста. — Босс изобразил страдальческое лицо. — Я еще от предыдущей влюбленной девочки не отбился.

— Значит, прекращай меня баловать. Давай обед и ужин сегодня приготовлю я?

— Не надо. Еда — это твой бонус. За довольно паршивую работенку.

— Почему паршивую?

— Тебе приходится терпеть мою чокнутую семейку, — напомнил босс. — Можешь, в принципе, требовать молоко за вредность.

Он начал раскладывать кашу по тарелкам. Из прихожей раздалось треньканье дверного звонка.

— Открой, пожалуйста, — попросил Григорий, не оборачиваясь.

Я покорно поплелась в прихожую, хотя настроение изрядно подпортилось. Мне подумалось, что это притащилась Надия — раньше назначенного времени. Мысль о том, что придется сегодня провести день с ней, меня совсем не радовала.

Отперев дверь, я, к счастью, обнаружила за ней не Надию, а курьера с огромной корзиной, наполненной мелкими разноцветными розами. Цветы перекочевали мне в руки, после чего курьер сразу ушел. Я вернулась на кухню, поставив корзину на стол, вопросительно посмотрела на Григория:

— Как это понимать? Еще один бонус за чокнутую семейку?

— Это не от меня, — задумчиво ответил он.

— А от кого?

— Посмотри: может, там есть записка?

Я повертела корзину и на самом деле обнаружила кусочек картона, привязанный к стеблю одной из роз. Развернув его, увидела короткое послание, написанное витиеватым почерком.

— «Прости за дурацкие шутки. Я не хотел тебя напугать», — прочла я вслух. — Подпись — «А.»

— Амир? — с улыбкой предположил босс. — Прекрасно! Уже начал перевоспитываться. Значит, вчера вечером я не зря распинался, читая ему лекцию о хороших манерах.

Я невольно заулыбалась. Мне было очень, очень приятно. Не из-за букета, а из-за того, что босс, оказывается, отнесся к моим тревогам внимательно и провел воспитательную беседу с приятелем.

Чуть позже, поедая кашу, я, впрочем, растеряла благостное настроение. Я то и дело поглядывала на босса, и в эти моменты в груди странно щемило. Черт, по-моему, я уже в него влюбилась. Интересно, а он правда так уж против или прикалывается?

Мне нестерпимо захотелось обнять Григория, поцеловать хотя бы в щеку. Я изнывала от невозможности к нему прикоснуться. Визит Надии больше меня не пугал, наоборот, я думала: быстрей бы она пришла. При ней надо будет снова изображать пару, и я смогу обнимать босса, сколько захочется.