Капитали$т: Часть 2. 1988 (СИ) - Росси Деметрио - Страница 44

Нормально все у комсомольцев налажено, восхитился я, а вслух сказал:

— Добрый вечер! Орловский присутствует? У нас встреча.

— Александр Сергеевич здесь, — сказал один из парней и махнул рукой куда-то вглубь зала: — Проходите, пожалуйста!

— Какие здесь вежливые люди! — восхитился Валерик.

— Цивилизация! — подтвердил Серега.

Александр Сергеевич Орловский действительно нашелся в компании двух солидных молодых людей и трех девушек. Компания выпивала, веселилась и вообще, чувствовалось, что людям хорошо.

Мы подошли и поздоровались с Орловским, и все завертелось — мы представлялись присутствующим, нам представляли присутствующих, мы рассаживались, искали общих знакомых, чокались, произносили тосты — все как полагается.

— Как же замечательно, парни, что вы надумали прийти! — восторгался Орловский. — Просто здорово! Мы здесь всегда вечерами собираемся, мозговые штурмы устраиваем, это штаб наш!

— Видим, как вы штурмуете, — улыбнулся Серега, кивнув на батарею бутылок.

— Это же допинг! Чтобы мозги запустить! — весело объяснял Орловский. — На самом деле мы серьезные вопросы обсуждаем! Важные для экономики всего региона!

— Ничего себе! — делано удивился я.

— Да! — Орловский важно поднял указательный палец. — Есть проблема серьезная, парни! Отстаем мы. Отстаем, а это нехорошо.

— Это непатриотично даже! — сказал усатый комсомолец.

— В чем же это мы отстаем? — спросил я.

— Нужен банк, — сказал Орловский со смешной пьяной серьезностью. — Кооперативный банк, просто кровь из носу! У казахов уже есть! В Ленинграде есть! У всех есть! У нас нету…

— С госпредприятиями работать сложно, — сказал усатый, который, кажется, был трезвее своих друзей. — И с государственными банками работать сложно.

— Так делайте, кто же вам не дает… — пожал плечами Серега.

— Честно, дружище⁈ — Орловский испытующе посмотрел Серегу.

— Лучше честно, — кивнул он.

— Стремно, — со слезами в голосе сказал Орловский. — Вы же понимаете — у нас еще никто ничего подобного не делал. Первопроходцам всегда тяжело, тяжелее всех приходится!

Банк. Я думал об этом. Тема перспективная, но потенциальных клиентов пока не так много. А эти пьяные ребята уже планируют… И банк им, судя по всему, нужен исключительно для перекачки государственных средств. Но вообще, ребята — молодцы. Масштабно мыслят, перспективно…

— Если я открою частный банк, — сказал Орловский, — то это же черт знает, что начнется. Как в лесу зажечь фонарик — тут же слетится вся пакость — кровососущая и не только. Все скажут — у Орловского свой банк, у него много денег! Все читали в журнале «Крокодил» что у банкиров бывает много денег! Все скажут — убить Орловского, отобрать у него все деньги, похитить его жену!

— Ты же не женат! — удивленно сказал усатый комсомолец.

— Похрен! — отрезал Орловский.

Глава 23

И снова тосты и звон бокалов — комсомольские вожаки поглощали алкоголь в каких-то неимоверных количествах и умудрялись сохранять рассудок. Похоже, что это было их суперсилой.

— А скажите, парни, — приставал к нам с расспросами усатый комсомолец, — правду говорят, что это вы «краснознаменских» на нары устроили и ничего вам за это не было?

— Были времена… — уклончиво сказал я.

— И с Седым рамсили и тему вытянули? И Быку по башке настучали и ментам сдали?

Я развел руками.

— Это не совсем мы. В основном — наши друзья, спортсмены. Но вообще, договорились вместе держаться, да…

Орловский довольно кивнул

— Я ж говорил! — сказал усатый. — Парни себя хорошо зарекомендовали! А мы вот открыли секцию карате при Доме Творчества. И что толку⁈

— Не бойцы! — коротко сказал Орловский. — Никакого толку нет. Слышали про инцидент после концерта на стадионе?

Я кивнул. Мы слышали про инцидент на стадионе. Там проходил громадный концерт рок-групп, местных и приезжих, собравший металлистов и прочих неформалов со всей округи. На их беду, концертом заинтересовались также и представители молодежных группировок, которые традиционно недолюбливали неформалов по причине их полной непохожести на «нормальных людей». В результате произошла масштабнейшая драка, в которой каким-то чудом обошлось без жертв.

— Концерт этот мы устроили! — гордо сказал Орловский. — И этих балбесов-каратистов взяли — порядок охранять. Так их загасили за минуту, какой уж там порядок, не знали, как ноги унести!

— А банк нужен, — сказал усатый. — Еще вчера нужен, завтра уже поздно может быть.

— На чем-то конкретном планируете зарабатывать? — спросил я.

Орловский оживился.

— Есть океан! — провозгласил он, широко разведя руки, словно пытаясь обнять этот огромный океан. — Океан государственных денег! Внутри этого океана есть подводные течения — деньги двигаются между предприятиями и отраслями! Но вот какая штука, парни… этих денег как бы и не существует. Потрогать их почти нельзя… Часть уходит на зарплату, но это копейки. Часть вытаскивают через нашего брата-кооператора, — Орловский лихо подмигнул мне. — Но основная масса денег — эти космические миллионы и миллиарды — остаются недостижимыми!

— Сколько там сейчас украдет простой советский директор… — мечтательно сказал усатый. — Ну пусть даже миллион. А что такое этот миллион в масштабах отрасли⁈ Крохи, пустяки, говорить не о чем!

— Можно заработать столько, сколько душа пожелает, — пьяно сказал Орловский. — Мы сейчас зарабатываем, конечно, зарабатываем! Но столько, сколько можем. А с банком можно заработать столько, сколько захотим! Из этого государственного океана денег закачаем в свое озеро и…

— Станем как боги! — выдохнул усатый.

— И кто мешает? — спросил я вкрадчиво.

Орловский долго и внимательно смотрел на меня. А потом спросил:

— Ты, Леша, парней на воротах видел? На входе в кабак.

— Видел, — сказал я.

— Пять человек посменно работает, — сказал Орловский мрачно. — По пятьсот в месяц каждому. Парни хорошие, боевые, мы стараемся бывших афганцев подтягивать. Не пьют, за работу держатся, но все равно текучка. Понимаешь?

Я кивнул. Чего уж тут непонятного.

— Юрку порезали на прошлой неделе. Сейчас в больнице. Виталику месяц назад голову проломили. Не пустил компанию, а там оказались ребята злопамятные и опасные — подкараулили и проломили. И вообще, иногда заходят — люди как люди. А подвыпьют, так за ножи хватаются!

— Короче, безопасность простого кабака, который три копейки приносит — мы вытягиваем, — сказал усатый. — И то с потерями.

— Договорились бы с блатными, — сказал Серега благодушно.

Усатый и Орловский рассмеялись.

— С ними договоришься… — сказал Орловский. — Это же болото, трясина — туда только попади, засосет! И если с ними за кабак договориться, то они и в другие дела полезут, сто процентов. И с кем договариваться? Сегодня один, завтра другой, сами друг с другом не ладят… Короче, вы поняли. Если безопасность простого кабака еле-еле вытягиваем, то банк просто не потянем.

Я слушал Орловского и смотрел по сторонам. Все столики заняты, везде сидят приличные, хорошо одетые люди, много красивых женщин — здесь царит успех, здесь деньги и возможности… И все это посреди всеобщего распада и убожества. Мне стало как-то нехорошо. От этих ломящихся столов, белых рубашек и строгих костюмов. Просто до тошноты… Захотелось на улицу, вдохнуть теплого летнего вечернего воздуха, а потом домой… Спать! Ого-го, да вы, я вижу, ваше благородие, нарезались, с удивлением подумал я. А вслух почему-то сказал:

— Девяностые наступили… Только никто еще не заметил.

Все сидящие за столом с недоумением уставились на меня. Однако что-то я язык контролировать перестаю. Плохой признак.

— Я о том, что ребята в будущее смотрят, сегодняшним днем не живут, — громко объяснил я. — А чего? С банком классная идея. Офигенная. Лично мне нравится.

Орловский и усатый просияли.

— Короче, парни, — сказал Орловский, понижая голос до громкого шепота, — в учредители пойдете? Сами мы такой проект не вытянем. А все вместе можем потянуть. Сами видите, тема интересная…