Кодекс Инквизитора. Книга I (СИ) - Морале А. - Страница 52

«Божиею милостию Мы, Анна Первая, Императрица и Самодержица Всероссийская, приглашаем княжну Ольгу Фёдоровну Нагую посетить Аничков дворец в Санкт-Петербурге. Цель визита: частная аудиенция. Постскриптум: Трофеи выше всяких похвал!»

Намёк понят. Придётся одарить императрицу презентом. Жаль, Булька член сожрала! Вот его бы я пожаловала с барского плеча без всякого сожаления!

Голова тролля, кроме гипертрофированного мозга, ничем похвастать не могла, а вот башка змея обладала рядом малоизученных экстрасенсорных аномалий. Те самые красные шишкообразные наросты. Даже после смерти существа в них сохранялась активность. Учёные сняли показатели. Просветили череп всеми доступными магическими излучениями. Взяли образцы тканей. В принципе есть с чем работать, а живого змея я раздобуду, за мной не заржавеет.

Приглянулся императрице трофей? Что ж, будет ей трофей! Перед тем как упаковать гостинец в красивую коробку и повязать бантик, сунула голову в обычную микроволновку, вскипятив мозг ментата. Процедуру воспроизвела несколько раз, ибо нейронные цепи никак не желали разрушаться. Поразительная особенность, здесь непаханое поле для изысканий и не одна написанная научая диссертация. Эх! Чего не сделаешь ради короны! Пожелает Императорский Дом заполучить живой образчик — возьмусь изловить гада, за какие-то сто миллионов золотых рублей. Я ради Отечества живота своего не пожалею! Добуду Горыныча за мзду малую. Но потом.

Булька в силу войдёт, а там можно и по разломам пошариться. Аккурат к осенним каникулам подрастёт питомица. С ней и десятка не страшна, а без неё в аномалиях повышенной категории сложности ловить нечего. Члены сгинувших сорока двух групп не дадут соврать. Наша команда выжила лишь благодаря трёхмерной амёбе. Никаких иллюзий быть не может. Моей заслуги в этом нет. Буля снискала орден, только вот приколоть не к чему — не поймёшь, где голова, а где жопа.

Бульк! — с серебряного блюда пропала кисть винограда. Бульк! — сразу три персика отправились в пятое измерение. Бульк! — шезлонг под Дашкой растворился, будто и не было его. Раздался возмущённый визг, в Бульку полетела шёлковая туника, но, не достигнув цели, канула в бесконечности желудка. Наблюдать за противостоянием девок и аномального питомца одно удовольствие, но делу время, а потехе час. Пора поднимать зад и готовиться к приёму у императрицы.

Сразу после аудиенции состоится показ на Дворцовой площади. Не покладая рук, к оному я готовилась восемь дней. Неделя моды в столице моды — мероприятие архиважное и архинужное для всего светского общества Российской Империи, в которое, к своему прискорбию, входила и ваша покорная слуга. Придётся скалить зубы, расшаркиваться, лебезить, восторгаться. Чего не сделаешь ради благосостояния рода? Хочешь жить красиво-богато, не так раскорячишься!

Поднявшись с шезлонга, томно потянулась. Взяв в руку спелый персик, метко запустила в голову Наталье Кудашевой. Бесноватая княжна-активистка с компанией полудурков-прихлебал третьи сутки стоят лагерем под стенами дворца, а точнее — сидят, приковавши себя к чугунной ограде. Гнать взашей идиотов не стала — всё какое-то развлечение, а чтоб не сдохли под забором, вызвала карету скорой помощи, оплатив услуги лекарей на неделю вперёд.

Кудашева прославилась на всю империю бессмысленными акциями протеста, перформансами и прочим непотребством. На этот раз её целью стала я — бесчеловечная убивица троллей. Нет препятствий активистам.

Откусив от сочной груши, метнула огрызок в княжну, попав точно в лоб. Раздался трёхэтажный петровский загиб, проклятия и угрозы. Ну а что ты хотела, болезная? Висеть на моём заборе — это тебе не на Красной площади яйца к брусчатке приколачивать!

К парадной лестнице подкатил кортеж из шести «Каракуртов». Гражданская версия одноимённых бронированных тактических автомобилей повышенной проходимости для войск специального назначения. Таких по всей империи пара десятков бегает. Сработанные на заказ броневики — верх магически-технического гения человеческого.

Две тысячи лошадей под капотом. Мощная защита. Комфорт и беспрецедентная роскошь салона, достойная особ королевской крови. Я не королевишна, конечно, а столбовая дворянка всего лишь. Но коли гроши есть, чего бы и нет?..

Подбросив на ладони увесистое яблоко, с сожалением положила обратно на блюдо с фруктами. Хватит на сегодня Кудашевой. Пора обряжаться в одежды и ехать на рандеву с императрицей. Коробки с дарами готовы, надеюсь, отдарок будет под стать. В фаворитки не рвусь, но от негласной поддержки самодержицы не откажусь. У меня полно врагов, о которых я слыхом не слыхивала, а союзников — кот наплакал.

Откуда уверенность в том, что меня обложили вражьи морды и гонят на флажки? Воротившись из девятки, я первым делом проверила личный сейф. Один из трёх безумно дорогих артефактов, позволяющих сворачивать пространство разлома, бесследно исчез. То, что казалось случайностью, на поверку вышло спланированной диверсией. Кто-то очень способный решил-таки избавить мир от моего присутствия.

Тайная канцелярия, вассалитет, злопыхатели, воздыхатели и прочие доброжелатели — список большой, выбирай на любой вкус. Под подозрение попали все, включая тех, кто был в разломе. Лютого, Митяя, парней и девок я проверила в первую очередь. Негласно, конечно. Навыки Скорпа и истинный взор позволяли на уровне астральных материй проводить скрытые манипуляции. Боевые товарищи, к моей немалой радости, оказались чисты.

Шорохова изучила с особым чаянием: не нравился он мне не потому, что засветил прикладом в череп, а просто потому, что не нравился. Бывает такое. Профессионал, знаток своего дела, но вот охота мне, и всё тут, вывести полковника на задний двор и пустить пулю в лоб — превентивно, во избежание рецидива. Давным-давно бы так и поступила, будь беспредельщицей, но, увы, я не такая. Поставила вояку на карандаш как потенциально неблагонадёжного, несмотря на то, что Лютый зуб давал и божился на бабу Клаву, заверяя в преданности Шороха общему делу. Будем посмотреть, как говорят в Одессе.

Диверсанта я не нашла, как ни старалась. Была у защиты сейфа фишечка одна. Жучок-маячок: только коснись дверцы — и маркер пометит душу, не отмоешься потом. Жаль, что действие ограничено двумя неделями. Вотчину прошерстила вдоль и поперёк, результата — ноль. Злодейский злодей покинул пределы дворцового комплекса, иначе бы я словила гада. Но не судьба, ниточка оборвалась. Теперь дожидаюсь очередного удара в спину — непонятно от кого. Недруги меня не пугают, изматывает ожидание хода. Кто-то ведёт свою партию, а у меня ни одной сильной фигуры на доске.

От Петергофа до Петербурга домчали по правительственному тоннелю за пять минут. К Аничковому дворцовому комплексу добрались без пробок. Привыкшая к километровым заторам, диву давалась, насколько пустынными были улицы такого знакомого с детства Питера. Дело в том, что центр Санкт-Петербурга, так называемая золотая миля, был полностью закрыт для мещан. Нет, пешим ходом или общественным транспортом — ради бога, но вот коптить небо дешёвыми рыдванами не моги. Зато аристо, отрываясь на все деньги, гоняли туда-сюда, игнорируя правила.

Столичная дорожно-постовая служба закрывала глаза на выходки знати, городовые отводили взгляды, конная полиция шарахалась за поребрики. Всему виной законы Российской Империи. Голубая кровь неподсудна. Мелкие правонарушения аристо в принципе не рассматривались, а тяжкие — разбирались в частном порядке специально созданным органом, в который входили всё те же аристо. Кругом одно и то же. Коррупция, кумовство, попустительство и преступная халатность. Но как же хорош этот мир! Несмотря на все минусы, он великолепен! Как там в песне поётся? «Еду я на Родину, пусть кричат: „Уродина“, а она нам нравится, хоть и не красавица!»

Столица Российской империи поражала! Изумительная малоэтажная застройка, где каждый дом лучше предыдущего. Помпезные дворцы. Пышные ботанические сады и скверы. Замысловатые фонтаны из целых скульптурных композиций. Античный стиль, готика, барокко, классицизм, рококо, ампир, модерн, включая ар-нуво и прочие разновидности. Чего только не было, глаза разбегались, а дыхание перехватывало от восторга.