Феномен СССР: Слово Пацана (СИ) - Сытников Тимур - Страница 50

Столов для настольного тенниса было три и один из них занимали Жгут и Витяня. Они яростно гоняли мячик, не желая уступать друг другу. Видимо у них был решающий рауд, поскольку когда Клим заговорил с Витяней и тот с удивлением обернулся, пропустив удар, то Витяня громко выругался, за что получил замечание от вахтерши, которая скучала за своим столиком. Витяня извинился, а потом отложив битку, повернулся к нам и заговорил уже тише.

— Блядь, малой, хера ты тут делаешь? Ты же дома должен быть!

— И ты тоже! Мама вообще-то нам двоим сказала порядок наводить! А в итоге, я один все делал!

— И че, бля? Надорвался, что ли? Я тебя спросил, вообще-то, хера ты тут делаешь?

— В библиотеку нахер пришел.

— Че? В задроты подался? Будешь теперь ботаником? Горшочки под рассаду приготовил?

— Сам ты ботаник!

— Клим ученный, на говне печенный! Слыхал такую поговорку? Про тебя.

— Нет, не слыхал…

— Че пиздишь? Я же тебе только что ее сказал. Балаболка малая, мало я тебя пиздил.

Клим тут не выдержал и бросился на Витяню с кулаками, отчего тот лишь посмеялся, ловко перехватил руку Клина, а после ловко заломил. Теперь Клин стоял согнувшись Витяня держал его за руку и периодически нажимал сильнее, либо ослабляя хватку. Клин же соответственно то морщился и стонал от боли, то принимался ругаться на Витяню, не желая сдаваться. Я же стоял в сторонке, понимая, что вмешиваться бесполезно, попутно радуясь, что тот факт, что в библиотеку позвал Клина именно я, остался в стороне. Получить прозвище «ботаник» или «задрот», мне не хотелось. Истязания Клина прервала все та же вахтерша, которая вновь вмешалась, но судя по ее голосу, скорее на автомате, для сохранения порядка, чем от реального желания помочь.

— А ну отпусти его, ирод! Нашел с кем драться! Иди вон, с дядей Мишей подерись! Подлец!

— Да все нормально, это брат мой!

— Брат! Да кто же так с братом обращается! Пусти говорю, иначе сейчас Мишу позову, он тебе всыпет, как следует! Сволочюга какая, настоящий фашистюга!

— Да ладно, ладно, чего сразу фашист то? Просто поучил, как со старшим братом разговаривать.

Тем не менее, нотация сыграла свою роль, Витяня брата отпустил, после чего тот принялся разминать плечо, морщась от боли. Вахтера еще немного посмотрела в нашу сторону, после чего отвернулась. Клин показал язык Витяне, за что, тут же получил пинок. К нам подошел Ринат.

— Ребята, там такие рыбки классные, пойдемте посмотрим?

В дальней стороне от теннисных столов, вдоль стены и впрямь стояли огромные аквариумы. Мы уже направились к ним, как я, краем уха услышал, как один из ребят, обращается к Жгуту.

— Слав, а че, долго нам еще тут быть? Мама сказала зайти в садик, сестру забрать домой.

— Ну сходи, забери, потом вернешься, мы тут до вечера будем.

Я сделал вид, будто не слышу разговора, поскольку не хотел показать, что лезу в чужие дела. Но в голове мелькнула мысль, что парни собрались тут не просто так. Ведь, такой же настольный теннис есть и у нас в клубе, зачем тащиться через половину города, чтобы поиграть тут. Спрашивать зачем им это, я не стал.

Мы подошли к аквариуму с рыбками и буквально прилипли к стеклам. Рыбки были разнообразные, разноцветные, крутились по своим огромным аквариумам согласно какой-то своей логике. Мне тут же захотелось такой же себе домой, что я и озвучил. Клин тут же подхватил мое желание и тут же заявил, что непременно попросит родителей, чтобы и ему купили такой же, но в два раза больше. Я повернулся к Ринату, чтобы узнать, хочет ли он себе рыбок и увидел, как он забыв про рыбок, идет к комнате, на двери которой была табличка с надписью «Кружок радиолюбителей».

— Ринат, ты куда?

— Да я вот, зайду спросить просто, догоню вас.

Подойдя к дверям, он постучал в дверь, после чего вошел внутрь. Я вспомнил, с каким интересом он читал журнал для радиолюбителей и усмехнулся, видимо кружок по интересам он себе нашел. Тут я вспомнил, что и сам приехал не просто так, нужно было бросать рыбок и идти искать Наталью. Я ткнул Клима и спросил, пойдет ли он со мной. Клим немного подумал, поморщился, глянул со злостью в сторону Витяни, а потом неожиданно согласился.

— А пойдем, пофиг. Наберу книжек и буду читать. Ему назло, пусть бесится, придурок.

Я не стал обострять тему и пошел в сторону вахтерши. Наши ребята, все так же кучковались возле столов, при этом, остальные ребята, которых тут было множество, держались от них в стороне. Я примерно понимал почему и не мог сказать, что мне такое не нравится. Было что-то в этом страхе, который испытывали остальные ребята, что-то привлекательное. Когда от одного твоего вида остальные понимают, что сюда лучше не лезть, не трогать, избегать любого конфликта, даже намека.

Впечатлившись этой картинкой, я оглянулся на других ребят, которые были в фойе. Они были другие. Какие-то все блеклые, непонятные, без внутреннего стержня. Я вдруг понял, что никого из них бы я не смог испугаться, случись у меня с кем-то из них конфликт. Это я понимал на каком-то подсознательном уровне, объяснить, как я это понял, я бы не смог.

И вот когда на пороге в здание возник паренек, лет пятнадцати, в широкой для него кожаной куртке нараспашку, в сапогах и замшевой кепке, я точно так же сходу определил, что он так же отличается от остальных, как и все пацаны с моего района. В нем тоже был тот внутренний стержень, тот же наглый и дерзкий взгляд, уверенная походка. Зайдя в центр, он сдвинул кепку и оглядел зал, уткнувшись в итоге в наших ребят, после чего усмехнулся и сплюнул на пол спичку, которую держал во рту. Затем он развернулся и вышел на улицу. Мне его поведение показалось странным, но я не стал придавать этому значения. Мало ли, может просто случайно забрел в зал дома культуры, всякое бывает. Не обратили на него внимания и наши ребята.

Я подошел к вахтерше, которая поняв, что я сейчас буду доставать ее вопросами, уже заранее тяжело вздохнула и приготовилась отвечать. Но спросить что-либо, я не успел. Сзади раздался грохот и громкий крик. Обернувшись, я увидел, как с улицы забегает толпа ребят, возраст у них у всех был разный, от четырнадцати и до двадцати лет. Рядом с выходом стояло двое ребят, лет по четырнадцать, их тут же сбили с ног, просто обрушив град ударов. Но на них дело не остановилось, ворвавшаяся толпа, а точнее ее основная масса, хлынула в тот угол, где были наши пацаны.

Рядом со мной пронзительно завизжала вахтерша, чем привлекла внимание двух напавших, которые оторвались от основной группы. Один из них подскочил ближе и в прыжке пнул стол, за которым сидела вахтерша. Стол перевернулся, вместе с вахтершей, которая растянувшись на полу, продолжила визжать. Второй парень подскочил к нам с Клином. Ему было лет четырнадцать на вид, лицо было перекошено от злости. Он схватил меня за пиджак, а затем резко развернув, отбросил к аквариумам.

Я упал на пол, больно ударившись коленкой, следом рядом упал Клин, который еще к тому же несколько раз перекувырнулся по полу. Я хотел вскочить, но боль в колене не позволила мне этого сделать. Переведя взгляд в сторону столов, я увидел, что наши ребята определенно проигрывают в драке, просто по той причине, что наших было чуть ли не в два раза меньше. Причем, доставалось не только нашим, но и всем, кто случайно оказался в зале.

Да, били без разбору всех, при этом, часть нападавших, переключилась с драки на обычный погром. Рядом со мною пролетел брошенный кем-то стул, который угодил в аквариум. Раздался глухой звук бьющегося стекла, а следом на меня хлынул поток воды, вперемешку со стеклом и рыбками. Я хотел встать и отбежать в сторону, но нападавшим видимо понравилось бить аквариумы, а потому над нами полетели стулья и я поспешно прижался к полу, после чего пополз в стороны колонны, рассчитывая спрятаться за нее. Аквариумы начали лопаться, заливая водой все вокруг себя, в том числе и нас с Клином, который полз рядом. Сверху на нас сыпались стекла, рыбки, какие-то камешки.