Феномен СССР: Слово Пацана (СИ) - Сытников Тимур - Страница 13

Я пересчитал их, вместе с Толстым выходило пять мальчишек. И напротив них, в паре шагов, остановился Клин. Он стоял слегка ссутулившись и осторожно озирался. Дружки Толстого обступили Клина, образовав кольцо, а сам Толстый стоял напротив и указывал рукой на урну.

— Из-за тебя, я уронил булочку. Она упала прямо в грязь, испортилась. Я за ней всю перемену стоял, хотел позавтракать. А ты ее у меня из рук ее выбил, голодным оставил. Понимаешь?

— Максим, я случайно, так вышло, просто побежал, хотел успеть. Просто не заметил тебя.

— Ты меня не заметил? Ты серьезно? Ребята, вы слыхали? Похоже у Клина со зрением проблемы, что он даже слонов не видит. Может тебе очки надеть? Как у бабки старой.

— Максим, я и в правду не хотел. Извини. Я случайно.

— За случайно, бьют отчаянно. Слыхал про такое? Ты меня без завтрака оставил. Что делать будем? Я кушать хочу, понимаешь? А денег у меня больше нет, последние потратил.

— Я куплю тебе булочку. На следующей перемене.

Толстый кивнул головой, после чего повернулся и пошел к своей парте. В этот момент, в класс заскочил мальчишка и сообщил, что идет учительница. Все принялись расходиться по своим местам. Я же успокоился, поскольку проблема была решена, причем, в принципе вполне справедливо. Вошла учительница, затем раздался звонок и начался урок. Прошел он быстро, настроение у меня было хорошее и даже то, что я опять получил замечание за плохой почерк, никак меня не смутило. Раздался звонок, учительница не стала нас задерживать, распустив практически сразу. Я поднялся из-за парты, собираясь выйти из класса.

— Ты куда?,- окликнул меня Ринат. Повернувшись к нему, я пожал плечами,- хочу в буфет сходить. Пойдешь со мной?

— У меня денег нет,-Ринат покачал головой. Я вновь пожал плечами, — у меня есть, пойдем.

Ринат поднялся из-за парты, было видно, что пойти он хочет, но видимо гордость не дает ему идти в буфет за чужой счет. Поэтому я еще раз повторил ему свое приглашение, при этом намекнув, что для друзей мне не жалко десяток копеек. Ринат расслабился и мы направились к выходу. Деньги у меня были. Их дала мне мама, чтобы я мог купить себе что-то перекусить в буфете, поскольку на полноценные обеды, которыми кормили в школе, деньги собирали в начале месяца.

Ну а поскольку я пришел в школу в середине месяца, на меня обеды не были рассчитаны. Для меня, в принципе, это было не так страшно. Утром я всегда хорошо завтракал, а так как уроков у нас всегда было мало, то основательно проголодаться я не успевал. Я и сейчас не был голоден, в буфет я направился только с одной целью, посмотреть, получиться ли у Клина купить булочку. Объяснить себе, почему мне это так важно, я не мог. Но уж точно в этом не было злорадства или какого-то праздного любопытства. Быть может, я просто переживал за этого мальчишку, желая, чтобы у него все обошлось без развития конфликта. На выходе, когда я уже перешагивал порог, я услышал окрик, который издал Толстый.

— Лучше бы буквы писать научились, криволапые, чем гулять!

Он не был обращен ко мне конкретно, но то, то он предназначался мне, я понял точно. Я хотел остановиться и вернуться в класс, но сзади меня подпер Ринат и мягко вытолкнул в коридор. Вид у него был невозмутимый, но было понятно, что сделал он это специально. Рядом шагали ребята, которые слышали этот окрик и теперь смотрели на мою реакцию. Я сделал невозмутимое лицо, решив, что будет лучше, что не расслышал выкрика.

Столовая, которая была совмещена с буфетом, находилась в полуподвале школы. Лестница, которая вела вниз, была узкой, в ней едва могли разминуться два человека. В столовой все классы кушали по очереди, поэтому, если кто-то хотел попасть в буфет, то ему приходилось дожидаться, пока пройдут те классы, которые шли на прием пищи на этой перемене. За этим, всегда строго следили учителя, которые заводили свои классы в столовую.

Поэтому, проскочить мимо, было сложно. Тем более, старшеклассники редко позволяли делать это, поскольку рассчитывали что-то купить в буфете сами. Подойдя, мы встали в очередь. Перед нами было два класса, а так же еще человек пять, которые были из других классов и шли именно в буфет. Сзади кто-то подбежал и остановился, тяжело дыша. Я обернулся и увидел Клина. Он проскочил мимо нас, а потом попытался вклинится в стоявшую толпу.

Иногда такое срабатывало, старшеклассники жалели мелких, вроде нас, но сегодня Клину не свезло. Его оттолкнули, а затем на него обрушилась учительница, которая следила за очередью. В этот момент, дверь в столовую открылась и классы начали заходить внутрь. Очередь двинулась вперед, Клин хотел пойти следом, но его задержала учительница, которая продолжала его отчитывать.

В столовой очередь разделилась, классы уходили в сторону раздачи, а мы шли прямо, попадая уже в отдельную очередь, которая строилась уже в буфете. Я быстро оглядел прилавок, на нем была еще парочка тех самых булочек. Не успел я подумать о том, что нужно купить одну для Клина, как все оставшиеся булочки забрал старшеклассник. Можно было попробовать договориться с ним, чтобы он продал одну, но и тут не получилось.

Старшеклассник тут же надкусил одну, а вторую отдал стоявшему рядом приятелю, который тоже не стал церемонится. Это означало что для Клина, в плане вернуть булочку и загасить конфликт, все на сегодня потеряно. Подошла наша очередь и я не задумываясь, взял два пакетика кефира и две простые булочки. В буфет вошел Клин, который с тоской оглядел прилавок. Немного постояв, он что-то обдумал, а потом отправился к раздаче, где купил такую же простую булочку, как и у нас.

Оставаться в буфете мы не стали, отправившись обратно в класс. Столики в буфете, были слишком высокие для нас, кушать было сложно. Из-за этого, все наши одноклассники, если что-то покупали в буфете, кушать шли в класс. По пути Ринат разглядывал кефир в треугольном пакете, отпуская замечания, что дескать, этот кефир не кефир.

— Они там, на молокозаводах, воду добавляют. От этого, кефир не вкусный становиться. Вот то ли дело, кефир домашний. Мамка как наготовит, так нас не отгонишь. Пока все не выпьем, так и не отходим. А еще, она нас тряпкой гоняет, если раньше времени в бидон лезем.

— Нас? А кто еще у тебя там в бидон ныряет?

— Ну так нас пятеро, я, две сестры и брат. Он маленький совсем, но кефира больше всех пьет.

— Погоди, а кто пятый? Ты сказал пятеро, а в итоге про четверых рассказал.

— Ну так это старший брат, его сейчас нет дома. Он в армии служит. Уже год, скоро домой.

За этой болтовней, мы вошли обратно в класс. Времени, чтобы покушать уже не оставалось, поэтому, мы спрятали кефир и булочки в свои портфели. Теперь только на следующей перемене. От этого, тут же проснулось чувство голода, захотелось быстро отщипнуть кусочек булочки и тут же съесть, пока не раздался звонок. Я одернул себя, поскольку не хотел, чтобы потом в пирамидке остался «лишний» кефир, которым нечего будет запивать. А вот Ринат на этот счет не заморачивался и успел разок укусить булочку до звонка. Заметив мой насмешливый взгляд, он улыбнулся и развел руками.

— Что ты притащил? Ты что, не видел, какая у меня булочка была?

Мы обернулись и увидели, как Клин протягивает Толстому булочку. Тот сперва уставился на нее, закричал, а затем взмахнув рукой, выбил булочку из руки Клина. Она пролетела через класс и упала возле доски. Толстый еще что-то вскрикнул, а потом начал надвигаться на Клина, тот отступил на пару шагов, но уперся в одного из дружков Толстого. В этот момент прозвенел звонок и одновременно открылась дверь и в класс вошла Наталья.

Она как всегда улыбалась, окинула класс взглядом, а затем, сделав несколько шагов, наткнулась на булочку, которая лежала на полу. Улыбка ее моментально исчезла, взгляд стал холодным. Весь класс замер, поскольку никто не разу не видел ее такой злой. Наталья открыла рот и принялась говорить, при этом казалось, что в классе стало холоднее.

— Кто бросил хлеб на пол? Кто это сделал, пусть немедленно выйдет к доске!