Убить волка (СИ) - "Priest P大" - Страница 120

Монах пристально на него посмотрел.

Повисла долгая пауза. Наконец Ляо Жань, колеблясь, но все же решил использовать язык жестов:

«Монах лишь ловил ветер и гонялся за тенью [16]. Когда Аньдинхоу был еще ребенком, то старый Аньдинхоу и первая Принцесса взяли его с собой на северную границу. К тому времени война между Великой Лян и варварскими племенами уже стихала, поэтому ему ничего не должно было грозить. Но неожиданно отряд северных маньских варваров решил сопротивляться до конца и прорвался в военный гарнизон. Аньдинхоу ранили стрелой, и так вышло, что эта стрела была отравлена варварами».

Пока слова Ляо Жаня совпадали с тем, что ему рассказывал Гу Юнь.

Чан Гэн спросил: «Что это был за яд?»

Ляо Жань покачал головой:

«Как Вашему Высочеству уже должно быть известно от госпожи Чэнь, некоторые из ядов, известных варварам, ставят в тупик даже семейство Чэнь. А последствия применения этого яда крайне разрушительны. Взрослого человека разобьет паралич, и он умрет уже через пару дней, однако, на детей яд действует медленнее. В тот год почтенный учитель Чэнь всю ночь спешил в Шаньси в гарнизон на северной границе. Без сна и отдыха он два дня и одну ночь боролся за жизнь юного Аньдинхоу и с помощью фамильной техники акупунктуры сумел спасти ему жизнь, однако зрение и слух все равно серьезно пострадали».

Чан Гэн слегка нахмурился: «На северной границе...»

Если виновниками были северные варвары, не поэтому ли Шэнь И тогда сказал: «Они уничтожили тебя».

Было ли дело только в крайней степени опьянения?

И тут внезапно вошел молодой монах и доложил:

— Ваше Высочество, дядюшка-наставник [17] Ляо Жань, прибыл Аньдинхоу.

Примечания:

日上三竿

rìshàngsāngān

солнце уже на высоте трёх шестов (обр. в знач.: солнце уже высоко, позднее утро)

2. 龙王爷

lóngwangyé

миф. Лунван, Царь драконов (божество вод, дождя, колодцев)

3. 河清海晏

héqīng hǎiyàn

моря станут зеркальными и реки прозрачными (обр. в знач.: наступила мирная жизнь; спокойствие восстановлено)

4. 风声鹤唳 — fēng shēng hè lì — ветра шум и крики журавлей (принимать за крики преследующего врага; обр. в знач.: бояться всего и вся; пуганая ворона и куста боится; у страха глаза велики; паника, впасть в панику; подозрительность, паранойя

5. 六国 — liùguó —

1) шесть государств, шестёрка государств

2) ист. шесть царств (III в. до н. э., противники Циньского царства

С 230 года до н. э. по 221 год до н. э. , он по порядку ликвидировал шесть королевств: Хань, Вей, Чу, Янь, Чжао, Ци, создав в истории Китая первое единое централизованно-управляемое феодальное государство — Цинь Чао (династия Цинь)

6. кит: 扭秧歌 — niǔ yāngge — танцевать янгэ (традиционный китайский танец)

7. 科举 — kējǔ — кэцзюй, отбор путём экзаменов (старая, до 1905 г., система государственных экзаменов в Китае для получения учёной степени и права поступления на должность)) и тогда понял, что посвятит жизнь гуманитарным наукам

8. (寒江

Hánjiāng — студёная река + отсылка к стихотворению江雪 — «Снег над Цзяном» (стихотворение Лю Цзунъюаня) и двинулись вниз, к снежной иве (тут тоже есть кое что любопытное: 雪柳 — xuěliù — 1) стар. снежная ива (бумажное украшение перед гробом; также 雪柳花))

9. Брат Ханьши — 寒石 - hánshí - крупная [каменная] соль

10. 三司-Sānsī -ист.

1) три государственных министра (司马, 司空, 司徒, с дин. Вост. Хань)

2) три правителя, три высших чиновника провинциальной администрации (и их канцелярии 布政使司,按察使司, 都指挥使司, дин. Мин, или 提学使司, дин. Цин).

11. Указ — расплавленное золото\плавить золото (融 — róng — таять, плавиться; талый, плавленый и 金 –jīn — золото, хим. золото (Au)

12. 水至清则无鱼 — shuǐ zhì qīng zé wú yú — в слишком чистой воде не водится рыба, у чересчур въедливых людей не водится близких, обр. в знач. не стоит иметь завышенных требований

13. стал мягче — 圆融 — yuánróng — 1) мягкий, уступчивый, гибкий

2) будд. полная гармония, слияние; гармоничный, совершенный

14. тигры и волки из-за границы — 虎狼

Hǔláng — тигр и волк (обр. о жестоком, свирепом злодее

15. 禅房 — chánfáng — зал для погружений в созерцание (при храме или монастыре) помещение в буддийском монастыре, куда уединяются для созерцания; жилище в храме

16. 捕风捉影 — bǔ fēng zhuō yǐng — ловить ветер и гоняться за тенью; обр. выдумывать, измышлять, фабриковать, высасывать из пальца, вымышленный, ни на чем не основанный; вымысел, выдумки; томление духа

17. Дядюшка-наставник -师叔 — shīshū

дядюшка-наставник (вежл. о младшем брате учителя или его младшем соученике)

Глава 48 «Тревожное пробуждение»

____

Сердце тревожно забилось: прежде Гу Юнь не замечал, какой выразительный у юноши взгляд. 

____

Ляо Жань был потрясен. Он никак не ожидал, что сам уважаемый господин Аньдинхоу однажды почтит храм Ху Го визитом, поэтому быстро показал Чан Гэну на языке жестов: «Разве Аньдинхоу не претит ступать по пеплу от благовоний? Сегодня он так смело шагнул в логово к тигру [1], стоит ли ожидать, что завтра он вернется и омоет кожу полынной травой [2]?»

Чан Гэн не обратил внимания на слова монаха, и на его лице промелькнуло неловкое выражение, поскольку он пока не был готов лицом к лицу встретиться с Гу Юнем и объясниться.

В действительности же дело обстояло так: оба пришли к выводу, что накануне перебрали и вели себя неподобающе, и каждый терзался муками совести.

Ляо Жань бросил на Чан Гэна озадаченный взгляд. В последние годы, для того чтобы подавлять Кость Нечистоты, Чан Гэн достиг таких высот в технике медитации, что мог провести в полной неподвижности два или три дня. Даже этот «бонза» [3] готов был склонить перед ним голову.

Порой стоило пребывающему в смятенных чувствах жителю столицы поймать взгляд юноши, и он невольно заражался его спокойствием. Невероятно прекрасный, облаченный в белые одежды [4], бедный буддийский монах с белым игральным камешком в левой руке сидел на старом молитвенном коврике и всем своим видом должен был излучать неземное спокойствие. Однако одно единственное слово «Аньдинхоу» тяжело упало в воды умиротворения, пустив по водной глади тревожную рябь.

Чан Гэн больше не в силах был сидеть спокойно: он заметался на коврике, неожиданно протянул вперед руку, словно сам не зная, что собирается делать, и поймал на себе пристальный взгляд Ляо Жаня. Это помогло Чан Гэну немного успокоиться: он взял чашку и сделал нервный глоток.

Мастер Жао, который все это время притворялся духом, недоуменно посмотрел на поднявшегося Ляо Жаня и подумал: «Что стряслось? Аньдинхоу явился собирать долги?»

Вскоре в зал быстрым шагом вошел Гу Юнь. Выражение его лица — от уголков глаз до кончиков бровей — было настолько пугающим, что сразу хотелось сунуть голову в петлю. Всем своим видом Гу Юнь давал понять, что будь у него выбор, он бы и кончика носа не сунул в эти стены, а если бы пришлось — ходил бы по этому гнусному полу на носках. С притворной улыбкой на лице он поприветствовал Ляо Жаня:

— Со дня нашей последней встречи кожа мастера стала намного белее.

Ляо Жань повел себя как прекрасно образованный монах, что выше подобных упреков. То есть молитвенно сложил руки и поприветствовал Гу Юня: «Сердце монаха подобно чистому зеркалу, на нем нет ни пылинки».

Оказывается, если ты не способен пойти и принять ванну, ты имеешь право цитировать каноны!

Кислый запах снова ударил Гу Юню в нос. Чувствуя, что больше ни минуты не выдержит в этом ужасном месте, он повернулся к Чан Гэну:

— Ты уже несколько дней отвлекаешь мастера от его медитаций, пора бы вернуться домой.

От слов «вернуться домой» беспокойное сердце Чан Гэна снова часто забилось. Даже сидя под деревом Бодхи [5], он не смог бы процитировать строчку из сутры Сердца «чувственно воспринимаемое не отлично от пустоты» [6]. Наконец он совладал с тревогой и покорно встал с коврика.