Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ) - "Priest P大" - Страница 224

Словно опомнившись, Шэн Линъюань вскинул руку и, не тратя время на лишние разговоры, хлопнул Сюань Цзи по плечу:

 — Не перебивай.

Сюань Цзи тут же закрыл рот и холодно посмотрел на него. Этот старый дьявол мог, не задумываясь, убить любого, однако, он всегда был открыт для посторонних. Если в его руках окажется удостоверение личности, он без труда растворится в толпе. В тот момент, когда начался этот разговор, он умело скорректировал свою речь в соответствии с тем, что привыкли слышать окружающие и прекрасно поладил с ними. Сложно поверить, что всего несколько месяцев назад его вызвали в этот мир при помощи «жертвы тысячи жизней», чтобы он уничтожил Управление по контролю за аномалиями.

Лишь оставаясь с ним наедине этот старый дьявол, не стесняясь, демонстрировал свою дурную натуру. Вероятно потому, что все это время он считал юношу своим союзником.

Сюань Цзи с грустью обнаружил, что помимо недовольства он также испытывал какое-то странное удовлетворение от того, что с ним обращались по-особенному. Он решил, что, возможно, перечитал «дешевых бульварных романов Книги песен»4 и тоже подцепил эту подлую заразу.

4 三百篇 (sānbǎipiān) — «Шицзин», «Книга песен». Один из древнейших памятников китайской литературы. Уникальный источник информации о языке, идеологии, этике и традициях различных регионов древнего Китая. Включен в канонический сборник конфуцианских текстов У-цзин.

— У меня есть кое-какие соображения на этот счет, — потирая подбородок, отозвался Ван Цзэ. — Директор Сюань сказал, что «технику марионеток» изобрел Дань Ли. Конечно же, он был не единственным в мире человеком, который умел ею пользоваться? Разве Шэн Сяо не был его учеником?

Сюань Цзи прикусил язык.

Да что не так с этим старшим братом?

Ван Цзэ от всего сердца похлопал Шэн Линъюаня по плечу.

— Эй, речь не о тебе, брат. Говоря «Шэн Сяо», я имею в виду не тебя, а того, другого «Шэн Сяо». Посмотри на себя, у тебя же прямо на клинке написано, что ты несчастливый меч.

Его Величество поднял на него глаза и мягко улыбнулся.

Следуя первому принципу гуманизма, Сюань Цзи тут же попытался спасти этого лысого карпа, слишком много о себе возомнившего:

— Не неси ерунды, у тебя есть какие-нибудь доказательства?

— Да! Целая куча доказательств из исторической литературы! — Ван Цзэ тут же продемонстрировал публике свой мобильный телефон. Первое, что появилось на экране, был портрет императора У, напечатанный на страницах учебника истории. Мужчина на портрете был облачен в доспехи, а его квадратное лицо напоминало облик Небесного царя Вайшравану5. — Взгляните на это. Это правитель Великой Ци, Император У. Поговаривают, что ростом он был в девять чи и весь преисполнен величия! Вот как он выглядел! У него был квадратный подбородок, широкий рот, спина тигра и поясница медведя6! Не может быть, чтобы такой могущественный человек когда-либо терпел неудачи, верно? Однако за всю свою жизнь он так никогда и не женился, даже его единственный сын и тот оказался приемным. Вам не кажется, что это странно?

5 托塔天王 (tuōtǎtiānwáng) — будд. Небесный царь Вайшравана, великий царь Севера, один из хранителей сторон света в индийской мифологии, божество богатства.

6 虎背熊腰 (hǔbèixióngyāo) — спина тигра и поясница медведя (обр. в знач.: богатырское сложение; здоровый, дюжий).

Сюань Цзи продолжал обреченно молчать.

— Правда странно, — с большим интересом посмотрев на могущественного человека с портрета, произнес Шэн Линъюань.

— Таким образом, одному из экспертов удалось сделать кое-какие выводы. Я вам так скажу, это поистине потрясающий человек. Он лично вносил правки в последнюю редакцию учебника по истории для учеников средней школы. Он считал, что Шэн Сяо, вероятно, имел возлюбленного, которому не было места в гареме. Похоже, император был гомосексуалистом. Но, на мой взгляд, пусть этот эксперт и силен в истории, но он всего лишь человек с ограниченным воображением. Тот, кому «не было места в гареме» был не только не того пола, но и не той расы! Например, это могла быть тень. Он не только не человек, но и спутник Шэн Сяо. Это вполне похоже на того «зеленоглазого», не так ли? — продолжал Ван Цзэ.

— Вполне обоснованно, — с улыбкой кивнул Его Величество.

Сюань Цзи по-прежнему молчал, чувствуя, что этого господина по фамилии Ван уже не спасти. Ему можно было сразу вставать в очередь в крематорий.

Ван Цзэ, тем временем, принялся загибать пальцы.

— Смотрите, за последнее время случилось несколько жертвоприношений. Зачинщик первого тут же исчез, мы так и не смогли вычислить его личность так что, пока забудем о нем. Но, кто тогда запечатал Бедствие клана шаманов? Правильно, Шэн Сяо. А кто сделал сашими из гаошаньского правителя? Тоже Шэн Сяо. В прежние времена в мире существовали три человекоподобные расы, почему на свободе осталось лишь Бедствие клана теней?

Сперва всем присутствующим казалось, что Ван Цзэ несет какую-то чушь, но, услышав его последние слова, они, неожиданно, начали проникаться этой историей. Все задумались. Даже Шэн Линъюань на мгновение погрузился в размышления.

— Тогда какова твоя версия событий? — спросил он.

— Я не знаю всех исторических подробностей, — начал Ван Цзэ, — но разве император У не умер, прыгнув в раскаленную лаву? Ведь по нашей версии Чиюань и эти так называемые «Бедствия» давно уже слились в одну непрерывную линию, верно? Осмелюсь предположить, что в тот год его тень, вероятно, последовала за ним. Когда тело императора сгорело в огне Чиюань, произошла физико-химическая реакция, а затем бац! И тень превратилась в настоящего демона!

Оказывается, рождение демона сопровождалось странными звуковыми эффектами! Шэн Линъюань громко рассмеялся.

— Да пошел ты! Неси попкорн! — не выдержал Сюань Цзи.

Сяо Чжэн прекрасно понимал, что этот пес Ван Цзэ никогда не выплюнет слоновую кость7, потому он бесцеремонно отпихнул черного карпа в сторону.

7 Часть идиомы 狗口里吐不出象牙 (gǒu kǒu lǐ tǔbuchū xiàng yá) — из собачьей пасти не жди слоновой кости; (обр. не жди доброго слова от плохого человека).

— А если серьезно, насколько эти тени хороши в бою? У них есть какие-нибудь особенности?

— Нет. Тень может унаследовать все способности своего хозяина. Если хозяин мог летать по небу и ходить под землей, то и его тень могла. Но если хозяин был слаб, тень прекрасно справлялась и сама, — отозвался Шэн Линъюань. — Однако, если она превратилась в Бедствие, то здесь уже трудно о чем-либо говорить.

Услышав его слова, Сяо Чжэн тут же развернулся и связался со всеми инстанциями органов государственной безопасности, потребовав немедленно мобилизовать все доступные силы и урегулировать инцидент. Руководители трех крупнейших спецподразделений должны были быть наготове.

Пока они говорили, сотрудникам Управления удалось собрать и подготовить данные из различных пунктов энергетического мониторинга, расположенных в районе Цинпин в провинции Цзянчжоу. Едва получив отчет, Сяо Чжэн бегло просмотрел его.

— В течение последних семидесяти двух часов в районе Цинпин не зафиксировали ни одной аномальной реакции. Исходя из статистических данных, полученных из разных наблюдательных пунктов, можно сделать вывод о том, что температура воздуха этой зимой несколько ниже, чем обычно. Вероятно, все из-за низкого уровня энергии.

— А что насчет исторических записей? — осведомился Сюань Цзи.

— Пока ничего. — Сяо Чжэн сверился с данными о географическом положении. На это задание была отправлена элита «Фэншэнь». Они славились своей мобильностью и возможностью легко перемещаться с места на место. Всего пара фраз, и они уже покинули Пинчжоу и, как ожидалось, должны были прибыть в Цзянчжоу не более чем через полчаса. Лицо директора Сяо внезапно исказилось странной гримасой. — Филиал Цзянчжоу что, всем коллективом отправился в отпуск? От них требуется лишь проверить исторические сведения, почему так долго?

— Филиал Цзянчжоу… Ох, ты ведь ничего не знаешь. Они такие ленивые. В прошлый раз человек, что отвечал за безопасность, просто взял и без разрешения покинул свой пост. Он решил поучаствовать в конкурсе робототехники, а когда вернулся, его тут же понизили в должности. Это место находилось под контролем матушки Юй, тамошний персонал не привык к работе, — сказал Ван Цзэ.