Топить печаль в бушующем пламени (СИ) - "Priest P大" - Страница 372

Потерявшее тело Бедствие охватил огонь, и оно рухнуло прямо в Чиюань.

Словно летящий с неба метеорит, явившийся разжечь древнее пламя.

Во имя главной мечты его прошлого хозяина.

В недрах горы Бицюань Шэн Линъюань внезапно открыл свое море знаний, и бесчисленные голоса бурным потоком обрушились на него, гулом отражаясь в голове Сюань Цзи.

— Род клана шаманов не оборвался. Алоцзинь, иди сюда, мы все тебе расскажем…

А между тем в эфире международного телевидения, директор Хуан продолжал:

— Мы никогда не смели называть себя «служителями человечества». Мы работаем не для того, чтобы защищать кого-то или «приносить жертвы» ради кого-то. Мы стараемся быть полезны этому миру, чтобы найти для себя точку опоры. Доказать, что мы не помеха, что от нас тоже есть прок... Что мы тоже достойны ходить по этой земле.

Прекрасные перспективы.

У всех живых существ должна быть точка опоры.

На горный массив обрушилась буря. Ветер рвал и гудел, желая, во что бы то ни стало, оторвать одну из вершин. Раздался треск, поднимая в воздух сноп искр, и в горах начался оползень.

Запертый в недрах Бицюань Сюань Цзи и кости Чжу-Цюэ под ногами Шэн Линъюаня одновременно вздрогнули. С окружавших их скал посыпались камни, и Шэн Линъюань окончательно утратил связь с внешним миром. Он понятия не имел, что произошло, но его сердце колотилось так, будто готово было выскочить из груди.

— Алоцзинь!

Весь клан шаманов, сорок тысяч человек, был похоронен в древнем кургане… Но кроме них, по свету разбрелось более тысячи ваших потомков. В основном это были женщины и дети. По дороге мы узнали, что Дунчуань осажден. Меня охватило дурное предчувствие, и я приказал князю Нину под покровом ночи вывезти из страны всех выживших. Более двухсот юношей и девушек отправились в Северные земли. Верховный жрец Северных земель был моим давним другом. Если бы все вышло из-под контроля, я бы смог защитить их, смог бы сохранить последних шаманов. Все остальные: старики, больные и раненые, те, кто не вынес бы такого долгого путешествия, сменили имена, и князь Нин тайно разместил их в Сичжоу. На родине вдовствующей императрицы Чэнь. Именно там она скрывалась, спасаясь от клана демонов. Все в мире знали, что вдовствующая императрица ненавидела другие кланы. Но в  Сичжоу их некому было искать. Только князь Нин мог прятаться ото всех в саду дома вдовствующей императрицы.

Твоя кузина Юньчжу присматривала за ними. Та маленькая смущенная девочка, что когда-то просила у меня грушу, выросла настоящей красавицей. Она обладала всеми чертами, присущими клану шаманов, и была невероятно сильной. Ее отец и брат умерли, но даже оставшись одна, она продолжала усердно работать во имя будущего клана шаманов. Позже она вышла замуж за моего брата, князя Нина, и родила сына, который впоследствии унаследовал трон. Принц знал свою судьбу. Клан шаманов был кланом его матери, и он продолжил защищать их. Когда он пришел к власти, пламя Чиюань погасло, и все народы, наконец, объединились. Так началась эпоха мира и процветания... Он был хорошим ребенком. Небеса благоволили ему. Он был намного лучше нас.

— Мы скрыли правду о пожаре в шаманском кургане. Мы стерли из истории все упоминания о вас. Все это только наша вина, — голос Шэн Линъюаня был очень тихим. Его лицо оставалось светлым и ясным, а виски так и не были тронуты инеем, но говоря все это, он напоминал древнего старца. — Выжившие члены клана всю жизнь считали себя предателями и грешниками, они всегда были осторожны в своих словах и поступках. Они заставили себя забыть Дунчуань и жить как обычные люди.

Шаманы четкое разделяли любовь и ненависть. Больше всего на свете они ненавидели вероломство. Выжившие верили, что дезертирство Алоцзиня принесло им одни несчастья. Они отказывались признавать его главой клана.

Лишь дураки поклоняются призракам и злым богам, и последний глава клана шаманов был прибит гвоздями к собственному гробу. Тысячи лет он страдал от одиночества в кургане шаманов, и не было никого, кто возжег бы для него благовония.

Если бы не это, остатки клана шаманов непременно решили бы отомстить, начав с людьми кровопролитную войну. В те годы Его Величество находился на самом краю пропасти. Как еще он мог сохранить этот росток?

Шэн Линъюань больше не хотел об этом говорить. В конце истории он произнес тоном истинного владыки людей:

— Мы виноваты перед Дунчуанем, мы виноваты перед тобой. Если у нас останется хоть немного времени, мы добьемся справедливости для сорока тысяч героев из клана шаманов.

Алоцзинь молчал, а кости Чжу-Цюэ под его ногами дрожали все сильнее и сильнее, словно могли сломаться в любой момент.

— Ваше Величество, позвольте мне вас прервать? Три тысячи лет прошло, а вы двое до сих пор не желаете забывать обиды прошлого? Вы дружили с самого детства, не могли бы вы снять свою корону, сесть и поговорить по-человечески? Линъюань, что для тебя значил Дунчуань? — произнес тысячелетиями молчавший Сюань Цзи.

Шэн Линъюань посмотрел на него сквозь темноту и слегка смутился.

Что для него значил Дунчуань?

Когда ему было десять лет, он был на волосок от смерти, но его подобрал старый глава. С тех пор его скитания закончились. У него появился дом, где можно было спать, зная, что никто не разбудит тебя среди ночи, заставляя снова куда-то бежать. От его подушки всегда пахло грушевыми цветами. Шаманы называли его «маленьким Высочеством», как ребенка. Но едва заслышав это прозвище, он становился по-детски высокомерным. В Дунчуане он, наконец, познал все радости и печали, свойственные молодым людям.

Дунчуань... Его единственная родина.

Более сорока тысяч голов, что он собственноручно отрубил, холодной горой лежали у него на сердце, оберегая Дунчуань. У Шэн Линъюаня осталась лишь «общая ситуация», требовавшая своевременного решения.

Но теперь гора рухнула, и белые черепа один за другим скатились на землю, вновь превращаясь в людей, способных разговаривать и смеяться.

«Маленькое Высочество, поиграйте же с нами. Всех книг все равно не перечитаешь. Взойдешь на трон, и учись сколько влезет».

«Маленькое Высочество, как тебе Дунчуань? Оставайся, мы выберем тебе в жены самую красивую девушку. Ты станешь одним из нас».

«Маленькое Высочество, бери пример с Алоцзиня. Каждый раз, когда отец наказывает его, от воя сотрясается земля. Если в твоем сердце живет обида, расскажи об этом. Ты ведь еще дитя».

«Маленькое Высочество, в будущем тебя ждет очень трудный путь, береги себя. Если кто-то тебя обидит, ты всегда можешь вернуться сюда, в Дунчуань. Никому не разрешают жить в доме великого мудреца, но его двери всегда открыты для тебя...»

На тыльную сторону ладони Сюань Цзи упала горячая капля, и его сердце пропустило удар.

Глава 133

В этот момент Шэн Линъюань, наконец, собрался с духом.

К транслируемому ревербераторами сигналу внезапно примешался странный рев. Из густого дыма, окутавшего Чиюань, вылетели стаи призрачных бабочек, каждая из которых несла на себе искру. Бабочки взмыли вверх и подхватили летящий в недра каньона «метеорит». И мощь двух оставшихся Бедствий, вместе с сигналом ревербератора, понеслась дальше, мимо древнего ока «кровеносной системы земли», к горе Бицюань.

Оказалось, что у каждого ока, куда доставили ревербераторы, находились наследники клана шаманов. Шаманы всегда стояли ближе всего к людям, но даже считаясь «особенными», их потомки почти не проявляли никаких способностей. Лишившись своего наследия, большинство из них поступили на работу в службы логистики. Например, в Отдел ликвидации последствий.

Один из сотрудников что-то почувствовал. Он оглянулся, но за спиной никого не оказалось, лишь тихо шелестел в траве ветер.

Пин Цяньжу же ощутила, как кто-то коснулся ее волос. Девушка обернулась и краем глаза заметила, как поблизости промелькнул и тут же исчез силуэт стройного юноши.

А в это время сила, способная возродить Чиюань, бурным потоком стекалась к горе Бицюань, сравняв с землей большую ее часть.