Я попал в свою же книгу! Том 1 (СИ) - Бледный Аргалий - Страница 125

- Этот негодник уже подружку завёл, а меня даже не оповестил!

Зена подняла Марину за одежду, будто брошенного котёнка. Взгляд девушки поплыл, и она потеряла сознание.

- Как же он отбился от рук, когда от меня ушёл!

Женщина едва заметила это и отнесла девушку в свой дом.

Марина проснулась в маленькой кроватке, от которой веяло запахом старости, но даже он не казался неприятным в третьем районе.

Комната, где она оказалась полнилась разной утвари, что было противоположностью популярного в этой эпохе минимализма. Какие-то деревянные ложки с узорами висели на стенах, вперемешку с картинами неизвестных ей авторов.

На полу лежал турецкий ковёр, который Марина видела лишь в фильмах о прошлом до катаклизма.

Среди этих мелочей взгляд Марины привлекла полка с физическими книгами, что было редкостью в эти дни.

«Я будто попала в прошлое…»

- Вижу ты проснулась.

В комнату зашла Зена, что с усмешкой смотрела на потрёпанный вид Марины на кровати. В руках она несла поднос с супом.

- Поешь лагмана, - отдала ей поднос Зена.

Марина, хлопала глазками, всматриваясь в оранжевый цвет супа, где плавала морковь и говядина с перцем. Приятный аромат, доносящийся от него, заставил её бесцеремонно поедать предоставленную еду.

- А вы на удивление добрая… - посмотрела проще на хозяйку дома Марина. – Это несвойственно для третьего района…

- Не смотри на меня, как на местного жителя, - вздохнула Зена. – Мой дом стоял здесь до Новой Москвы и до распада СССР. Мои предки построили его во времена царя, и я храню его по сей день. Это вы гости на этой земле, но никак не я и не тебе мне за здешние порядки говорить.

- Сколько же вам лет? Вы не выглядите старо.

- Лет шестьдесят, где-то, - задумалась Зена. – Я точно не помню. Мне было шестнадцать, когда случился катаклизм.

- Вы хорошо сохранились…

«Может она заключила сделку с демоном?» - смотрела с настороженностью на необычный чёрный цвет глаз Зены Марина.

- Президент старше меня, а всё равно выглядит довольно молодо, - с ехидством сверкнули её белые зрачки.

- У него лучшая медицина в мире, а вы… - оглядела хижину скептично она. – Вы явно в люди не часто выходите.

- Это из-за маны.

Зена выставила руку в перчатке вперёд и на ней стала пульсировать серая мана, которая, поднимаясь в воздух превращалась в мыльные пузыри, что лопались, когда достигали потолка.

- Правильные тренировки, идеальная циркуляция маны и здоровое тело тебе будет обеспеченно, - Зена с ностальгией смотрела на создаваемые ей пузыри. – Как же магия прекрасна. Понятия не имею, как она могло столь долгое время скрываться от глаз человека?

- Вы видите магию? То есть её структуру!? – воскликнула Марина.

- Естественно, - Зена указала на свои глаза. – Иначе откуда у меня эти пугающие глаза? Моё зрение и красота моих глаз — это плата за способность видеть незримое. Но давай не об этом.

Зена сделала шаг в сторону двери и подозвала к себе Марину.

- Ты же хотела поговорить об Аине? Поговорим у печки, там теплее и мне нравится смотреть на пламя через прозрачную заслонку.

- Хорошо!

Марина положила поднос на кровать и бегом устремилась за Зеной.

«Это точно она! Всё сходится! Это Зена, Ангел Смерти! Она же титульный герой, который работал с Рассветной Зарёй!» - кричала в своей голове от восторга девушка.

Интерлюдия. За стеной, Часть 3

Треск дров слышался через прозрачную заслонку, разносясь по тёмной гостиной. Дровишки пылали розовым пламенем, превращаясь в угольки, похожие на камни, покрытые белым снегом, что магически светился и пульсировал, будто живое существо.

В гостиной лишь печь и её пламя освещали помещение.

Зена сидела на диване возле печки, заворожённая розоватым пламенем. Её чёрные глаза с белыми зрачками зациклились на этом виде.

Марина, сидевшая рядом кротко оглядывала тёмную гостиную, где висели на стенах картины разных пейзажей. На столе рядом с ней стояла матрёшка, доска для шахмат и кубик Рубика. Множество вещей были раскиданы невпопад.

- Даже лишившись обычного зрения я не перестала восхищаться огнём, - прервала молчание между ними Зена. – Цвет пламени стал блеклым, но этот запах…

Зена глубоко вздохнула с явным удовольствием.

- И приятный звук тресканья дров до сих пор свежи, как никогда, позволяя мне наслаждаться теплом и уютом моего старого дома.

- Как вы видите мир?

Марина с интересом смотрела на необычные глаза Зены. Черная склера и радужка слились между собой, а неестественно яркие белые зрачки слегка пугали, светясь в приглушенном свете гостиной.

- Весь мир для меня серый с разными оттенками светлого и тёмного, - с лёгкой тоской она посмотрела на свою ладонь в чёрной перчатке. – Лишь магия светится в нём ярким белым цветом. Она обволакивает всё в этом мире, но я вижу её лишь тогда, когда она находится не в спящем состоянии.

Зена оглядела Марину.

- Ты сейчас выглядишь для меня, как множество каналов маны, которые тянутся к твоему ядру в груди. Они пульсируют, когда ты фокусируешь свою ману и я прекрасно вижу, благодаря потоку, где ты скапливаешь свои силы.

- Иными словами вы видите все мои слабые места.

- Я вижу нечто большее, - вздохнула Зена. – Этот мир — это мириады потоков магии, которые обволакивают всё в этом мире. В основном магия спит, но в живых существах, она не засыпает никогда.

- Это всё конечно интересно, - скептично смотрела на пламя в печи Марина. – Но мы же хотели про Аина поговорить?

- Про наглого мальчишку, что сбежал от меня, когда научился самостоятельной жизни?

Зена добро улыбнулась. Марина видела в её улыбке неприятный намёк. Улыбки не шли её бледному лицу и злобным глазам.

- Я присматривала за Аином и его братом с сестрой, когда умерла его мать, - вздохнула с глазами полными ностальгии Зена. – Матерь Аина Лили была очень доброй женщиной. Мы познакомились, когда Ассоциация Вероники «Пламенные Сердца» пала и я раненная сбежала в третий район после её смерти.

Марина затаила дыхание, слыша упоминание своего кумира.

- Я потеряла сознание, где-то посередине пути до своего дома, а очнулась уже в доме Лили. Она ухаживала за мной, пока я лежала без сознания. Залатала мои раны, откормила моё ослабшее тело и относилась до приторности добро ко мне.

Зена потупила взгляд, сжимая с волей свой кулак обёрнутой чёрной перчаткой.

- Тогда я была сломлена после смерти Вероники. Весь город предал её. Даже этот ублюдок Константин оказался таким же как остальные его жители. Все забыли её смерть, её величие, её доброту и красоту внутри, - она разжала кулак. – Лили помогла мне смирится с её смерти. Она объяснила, что жизнь всегда будет идти и мне стоит лишь заметить её ход, чтобы опять стать живой. Лили была до глупости доброй, но даже в ней была своя мудрость.

- Разве можно быть глупым и добрым одновременно? – спросила кротко Марина.

- Ещё как.

Зена покачала головой, будто это было самой очевидной вещью в этом мире.

- Лили была проституткой, отдающейся мужчинам третьего района за еду. Каждый кусочек хлеба ей давался с трудом. И она преподносила его своим детям Аину, Марату и милой Алисе. Но была в ней невероятная глупость… - Зена тяжело вздохнула. – Лили помогала каждому кому могла. Увидела раненого на улице? Тащила его в дом и откармливала, а этот раненый неблагодарный ублюдок затем насиловал её и забирал всю еду. Это происходило невероятно часто.

- Это…

Марина не знала, что сказать. Она считала себя вполне «доброй», но девушка вроде неё никогда бы не позволила, из-за этого топтать свою гордость. Это просто глупо особенно для жителя третьего района.

- Конечно, я благодарна её доброте, что спасла меня. Но это губило не просто Лили, а её несчастных детей. Каково было им голодать? Каково смотреть, как человек которого спасла их мать насилует её, а затем крадёт так нужную им еду? Аин ненавидел мамину доброту. Он стал презирать её, винить в их голоде, а затем…