Я попал в свою же книгу! Том 1 (СИ) - Бледный Аргалий - Страница 112

- Мама рядом, - её грубые руки нежно погладили меня по моим чёрным волосам с оттенком алого. – И будет рядом, пока ты не вырастишь.

Это ложь, которую невольно говорит каждый ушедший родитель.

Наверное, каждому хочется увидеть, как его дитя взрослеет и крепнет, но увы не каждому дано этого познать.

Я давно перестал винить её в том, что она невольно ушла от меня. Таким я был эгоистом, что винил своего родителя в её собственной смерти.

Сейчас во мне лишь жалость к ней, что она не увидела, как её дитя растёт.

- Мама, а почему с людьми происходят плохие вещи? – я часто задавал этот вопрос ей, потому что был любопытен, как каждый ребёнок чьи родители его чему-то учили.

- Потому что они делают сами плохие вещи, - сказала типичное и неправильное родительское наставление она. – Не делай плохих вещей и всё будет хорошо, Владик.

Это ложь, очередная ложь, которая дала мне неверный урок в жизни.

Неважно хороший ты или плохой судьба всегда даст тебе пинок под зад.

Она может как воздать по заслугам, так и наказывать за твою доброту и благородство.

Мир не справедлив, а концепция справедливого мира неоправданно жестока.

- Но если это не так, мама… - сказал то, что, когда я был ребенком не мог ей сказать. – Что если, когда я вырасту, то все будут говорить, что добродетель глупа и плоха, а грех умён и хорош? Что жестокий эгоизм идёт в приоритете над благородным альтруизмом? Что если меня буду называть глупым, если я буду слушаться ваших наставлений…

- Это…

Женщина была ошеломлена моим вопросом и неловко взирала на моё детское тело.

- Вы научили меня морали и сотрудничеству с другими, а также вере в человечество… - улыбнулся ей я. – Но жизнь меня приучила к недоверию, эгоизму и обману. По-другому без вас мне было не выжить.

- Даже так, - она погладила меня по щекам. – Ты всё ещё слушаешься наших наставлений?

- Конечно… - невольно слукавил я. – Вы были самым счастливым, что я получил в жизни. Я просто не мог отвернуться от вас даже под напором внешних обстоятельств.

Мои руки уже в крови, язык давно привык к обману, а голова приспособилась доверять собственной лжи. Даже так моя душа всё ещё помнит, как не стать монстром и сохранить капельку человечности.

- Ладно, мама… - я вырвался из её объятий. – Мне пора. Я давно отвык от сна о вас и мне каждый раз тяжело прощаться, но это необходимо, ведь в отличии от вас я всё ещё жив.

Мёртвых нужно отпускать, они сами бы не хотели, чтобы вы грезили о них, уничтожая собственную жизнь.

- Моё последнее наставление сынок… - легонько шепнула она мне. – Позволяй себе любить…

Холод за окном, бьющийся в него ветер и тепло дома, исчезло в свете.

Мой взор заполнил синий цвет и лёгкое давление по всему телу.

Сон наконец кончился.

Глава 47. "Белый Март"

Вырвавшись от оков сна и выплыв из воды, я оказался среди множества прудов, которые разделяли ветви огромного дуба в центре.

В чистых небесах было ни облачка, а застывшее Солнце закрывали собой огромные кроны гигантского дуба с белыми листьями.

У крон дуба в неистовой схватке сражались двое воинов.

Один с двумя кинжалами постоянно уклонялся и пытался схватить оппонента своей кровавой паутиной из вен на руках. Он перемещался с помощью двух задних паучьих лап, что добавляли ему прыти.

Его лицо было мне смутно знакомым.

Это был Данил, но уже без своего отчаянного взгляда с чистыми глазами, что взирали на своего противника без ненависти. Я его едва узнал.

Неужели он победил свои чувства?

Чтобы выйти из-под действия «Низшего Иллюмино» нужно подавить свои чувства, что привели к нему. Победить своё чувство мести, снедающее тебя изнутри отчаяние и подавленность. Это трудно, поэтому почти невозможно для обычного человека.

Его оппонентам была красивая девушка в белом платье, сочетающим в себе откровенность с целомудрием.

Её чёрные волосы и сосредоточенные алые глаза, что смотрят на мир с некой претензией, я никогда не забуду.

Это была Апрель, что ловко орудовала копьём-веткой, тесня Данила в бою.

На её стороне выступала не только ветка, но и сами корни дуба, что иногда оживали, чтобы помочь ей в бою, а также спускающиеся с ветвей белые листья, оставляющие на Даниле не мало ран.

Всё его тело покрылось ранами и каждый выпад в сторону Апрель стоил новой.

Несмотря на это он продолжал идти против неё, скрещивая кинжалы с её ветвью.

В очередном столкновении Апрель вновь парировала оба его кинжала, резко приближаясь к нему и вонзая ветвь-копьё в его тело, прибивая того к земле.

Из воздуха в её руке появилось новая ветвь, которой она проделала ещё одну дыру в его теле.

Данил попытался двинуться, но лишь раззадорил свои раны, по которым резво потекла кровь.

Прибитый к дубу он больше не был способен пошевелиться. Бой был окончен полной победой Апрель.

В руках победительницы появилось третье ветвь-копьё, которое она подняла над собой в ожидании, смотря на проигравшего.

- Чего ты ждёшь? – он улыбнулся и по его губам потекла рекой кровь. – Ты победила, ты можешь убить меня.

- «Белый Март».

Апрель оглядела пространство вокруг на секунду зацикливая свой взгляд на мне. Она улыбнулась мне и вернула свой взгляд к своему визави.

- Так я назову свою текущую форму.

- Спасибо, - кивнул он, заставляя кровь с его щёк течь более интенсивнее. – Хоть кто-то будет помнить о ней.

- Умри с миром.

Третье копьё пробило Данилу грудь в области сердца. В светлых глазах юноши потух весь свет. Руки его перестали держать кинжалы и те со звонов ударившись друг о друга упали на пол.

- И растворись… - прошептала Апрель.

Тело Данила стало медленно рассыпаться, превращаясь в белые листики, что, поднявшись в воздух слились с остальными в вихре.

«Жертвовать собой всегда легко, Апрель, ведь ношу за погибшего придётся нести живым ради кого пожертвовавший умер…» - услышала в конце чей-то голос Апрель.

От Данила остались лишь три кровавые ветви, по которым всё ещё стекала алая жидкость.

- Как ты?

Не успел я осознать реальность происходящего, как Апрель приземлилась рядом со мной, спрыгнув с корней дуба, где она сражалась со своим оппонентом.

- Хорошо…

Мои глаза прошлись по огромному дубу в центре этого пространства, по своему пруду, где я видел образ своей матери и наконец по телу Апрель, которое больше не портили огромные шрамы, покрывавшие её всю.

- А ты?

- Не знаю.

Она пожала плечами и подошла ко мне, хватая за плечи.

- Присядем?

Повинуясь её рукам, мы оба присели на толстые корни дуба. Апрель прижалась к моему телу и положила голову на моё плечо.

- Ты знаешь, что со мной? – улыбнулась ярко Апрель. – Я чувствую такую лёгкость и трепет, что хочется петь и танцевать. В этом месте мне очень хорошо.

- Это «Высшее Иллюмино».

- Тоже самое, что было с тем парнем? – удивилась она. – Но я не превратилась в монстра.

- «Высшее Иллюмино» другое. Если «Низшее Иллюмино» это победа чувств над тобой, то «Высшее» это твоя победа над ними. «Низшее» исходит из отчаяние и смирения, а «Высшее» из твоей решимости и храбрости. Тебе стоит гордится собой твои чувства и желания настолько сильны, что ты смогла создать целый мир.

- Я всего лишь хотела защитить тебя.

Она взяла мою ладонь в свою и другой рукой положила мою голову на её.

- Мне было стыдно, когда я подставила себя Данилу. Хотя не так сильно, когда я поняла, что ты решил пожертвовать собой, чтобы мы с Аином выжили. Но когда ты ещё раз выбрал меня, а не себя, то вместо отчаяния и беспомощности меня заполнила решимость всё исправить.

Апрель повернула свою голову, смотря внимательно в мои глаза.

- Твои просьбы перед тем, как ты отдал бомбу… - её глаза с беспокойством забегали по моему лицу. – Они…

- Слишком конкретные? Будто я знаю будущее?