Газлайтер. Том 6 (СИ) - Володин Григорий - Страница 50

Гриша лишь вздохнул и продолжил есть, пододвинув оливки своей Адии — казашка их любит.

— Потому что мы еще учимся, — на этот раз ответила Камила, и я чуть не заподозрил ее и казаха в телепатии. — А я, как и Григорий, видимо, верю, что Данила бы не стал порочить честное имя Антонины Павловны сомнительными связями со своим учеником. Потому и «будущая», Светлана.

— Да я так-то тоже не верю, — сразу заоправдывалась блондинка. — Просто спросила.

А я тогда еще вспомнил, что мама тоже как-то возмущалась из-за Антонины Павловны. Но стоило Степану бросить: «безвенница», и Ирина сразу утихла. И всё стало просто и понятно всем. Кроме меня. Потом я уже глянул в толковом словаре это слово. Что сказать? Многоженство в Царстве для большинства запрещено, но дворянам так сильно хочется иметь несколько жен, что появился статус официальной любовницы, не стоявшей под венцом — безвенница.

Между тем, Барбара продолжает смотреть с жгучим интересом.

— Я несовершеннолетний, леди, — улыбаюсь. — Мне пока что не положены безвенницы. Впрочем, так же как и «венницы».

Заинтригованная англичанка еще бы назадавала кучу вопросов — по глазам вижу, — но я срочно ретируюсь. Мне еще с Антониной Павловной надо переговорить.

Нахожу учительницу за проверкой домашних работ в гостиной. Тут нарисовываюсь я и огорошиваю ее, что отныне она представительница князя Морозова в Будовске.

— Что⁈ — восклицает пораженная женщина. — Князя⁈

— Да, и от всех сделок по сбыту мяса вам причитается процент, — киваю. — Так что лучше поскорее откройте депозит в банке специально под большой вклад. Ведь суммы очень приличные. Конкретнее ваши новые обязанности обсудим потом. Но готовьтесь — у вас будет много встреч с дворянами. И не беспокойтесь. Я, понятное дело, возьму основной функционал на себя, но вам всё же понадобится появляться в обществе как представителю.

Антонина Павловна не успевает отойти от шока, как я оставляю ее и ухожу в подвал. Время для тренировок и медитации — это священное время. Шуметь сегодня нельзя, так как гости в доме, поэтому занимаюсь медитацией, ну еще напрягаю легионеров поучить новые техники из скачанных методичек Мастеров. Энергопластырями я облепился с ног до шеи, поэтому сил должно хватить на учебу.

— Я не понимаю! — плачется молниевик. — Почему я должен этим заниматься! Я хочу назад в свое тело!

— Оно уже гниет в земле, дебил! — рычит на него Дубный. — У тебя два выхода: становиться сильнее и заслуживать свободу либо сгинуть! Ты чего плачешь, тряпка! Посмотрите, парни — у нас завелся сыкунишка!

Молниевик, правда, распускает сопли. Остальные легионеры дружно ржут, даже Жора квакает весело.

Интересно наблюдать со стороны, как в твоей голове суетятся другие личности. Невольно задумываешься, как многое зависит от контекста. В старом мире мне бы выписали путевку в дурдом, здесь же это признак Роя, Дара могущественного рода Филиновых.

Занимаюсь в подвале допоздна, затем уже без сил добираюсь до своей комнаты. Но лежу в одиночестве недолго — скоро ко мне в постели присоединяется стройное нагое тело.

— Только что из лаборатории? — спрашиваю, не открывая глаза.

— Угу, — устало выдыхает альва, поглаживая мое плечо.

— Иди ко мне, трудяга, — грабастаю свою травницу в охапку, так вдвоем и засыпаем.

А утром я неожиданно вспоминаю, что у меня же нет пары на бал. Лена уехала к бабушке. Блин, и кого позвать? Барбара поедет с кузеном. Антонину Павловну лучше не стоит, а то ее и без этого ко мне в безвенницы записали, а она женщина молодая и красивая, ей еще замуж выходить, надо беречь репутацию. Мм, Светка?

— Нет, прости, Даня, — вздыхает Соколова, когда я набираю ее номер, и добавляет извиняющимся тоном: — Двоюродный брат приехал, меня обязали его сопроводить.

Но решение приходит само собой — через минуту после разговора со Светой звонит Камила. Очень своевременный звонок, особенно, учитывая, что друзья в курсе отъезда Лены.

— Даня, как у тебя дела? — как бы невзначай спрашивает брюнетка.

— Дела — хорошо, а будут еще и супер, если ты согласишься пойти со мной на сегодняшний бал.

— Мм, бал? Мне надо подумать….

— Хорошо, пока подумай на удержании, а то мне звонит Света, я ей быстренько отвечу…

— Я согласна! — тут же заявляет Камила.

Вот так просто у меня появилась в спутницах первая красавица школы. Или вторая? Пойми-разбери, кто из них со Светкой красивее, да мне и неважно, так-то.

Барбару и Артура я приглашаю подбросить на бал на своем «Майбахе». Англичанка с благодарной улыбкой соглашается. Так что ближе к вечеру мы заезжаем к Енеревым за Камилой, а оттуда уже прямиком к Фиткиным.

В машине Камила во все глаза смотрит на Барбару. Англичанка лукаво улыбается брюнетке и спрашивает, не рассказывал ли я этой милой девушке историю, как в Барселоне спас британку.

— Ты спас леди Смит⁈ — пораженно смотрит на меня Камила.

— Немножко, — вздыхаю.

Наконец приехали. Ну что сказать? Бал как бал. Столы ломятся от тарелок с закуской, неплохой оркестр играет классику, девушки кружатся на танцполе в красивых платьях. Только вот как-то поднадоело уже это однообразие, даже не знаю, зачем я приехал? А, точно — поговорить с Недежкой.

Мой ненавистник стоит у дальнего стола и переговаривается с другим пермяком. Оставив англичан и Камилу Грише с Адией, я направляюсь прямиком туда. Как вдруг слышу за спиной:

— «Мстители», значит? Громкое самоназвание! Да кем вы себя возомнили, будовичи провинциальные!

Оборачиваюсь — над казахом навис высокий дворянин, видимо, пермяк. Девушки с волнением смотрят на них.

— Возомнили себя людьми, достойными уважения, — спокойно отвечает Гриша, и глазом не моргнув.

Тут у пермяка заканчивается красноречие.

— Вызываю тебя на дуэль! — вскипает он и бросает казаху в лицо слабый воздушный сгусток.

Я вздыхаю. Ну приплыли! А почему вызвали не меня-то? Я ведь старался, специально на камеру строил ухмылки понаглее. Хитрый Недежка, твоя работа?

Глава 25

Бал

— Вот вы где! — находит нас Соколова. В белом платье Светка выглядит элегантно. Больше всего в ее облике привлекают внимание волосы, сплетенные в тугую золотую косу и положенные на грудь. — А я вас везде ищу! Мне уже рассказали, что ты, Данила, опять ввязался в драку!

— Тебя обманули, — улыбаюсь я. — В этот раз ввязался Гриша, а я его секундант.

Мы с Гришкой, Адией и Камилой только что отошли в сторонку. Ждем, когда водитель казаха принесет из багажника родовой меч. Тем временем слуги, дождавшись завершения очередной композиции, временно прервали танцы, дабы освободить танцевальную площадку для поединка. Барабара с кузеном ушли к закускам и там сейчас общаются с одной пожилой парой.

Противник Гришки уже сжимает полуторный клинок. Хм, что-то быстро ему достали оружие, будто оно было наготове. Рядом с дуэлянтом стоит еще один ухмыляющийся пермяк, его секундант. Он бросает наглые взгляды на Свету с Камилой и высказывает мечнику явно какие-то непотребства.

— Даня! Вот я уверена, что именно от тебя Гриша набрался вот этого всего! — делает вердикт Соколова в своей манере, нервно теребя кончик косы. Не умеет она по-другому привлекать внимания парней, что поделать. Да и волнуется за казаха. Ему ведь сейчас придется драться с парнем намного старше.

— А где твой двоюродный брат? — перевожу я тему, чтобы ее успокоить.

— Оставила у Фиткиных, — отмахивается блондинка. — Они с Екатериной нашли общие темы для разговора.

Блин, а я ведь еще не поздравил Катю с днем рождения, что нехорошо. Ладно, сразу реабилитируюсь, как разберемся с Гришиной проблемой.

— Этот урод посмел швырнуть мне в лицо ветер! — яростно сужает глаза казах.

— Гриш, ты неправильно на это смотришь. Твой противник неосознанно оказал тебе услугу и выдал свой Дар, — замечаю. — Какой тактики будешь придерживаться?

— Ну, доспех у воздушников относительно слабый, значит ударю разрядом посильнее, — вроде бы логично рассуждает Гриша. Именно, что вроде бы.