Траурный эндшпиль (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 149

— Что «и»? — не понял полковник Крак.

— Что дальше-то? — уточнила Елизавета.

— А дальше он сам разберётся, — махнул рукой полковник. — Два острых ножа ему надо выдать, ну и броню покрепче, чтоб сразу не убили…

Острая фаза боестолкновения, как я понял, уже прошла. Мне даже участвовать не пришлось. И от маски исходит ощущение острого сожаления.

Пленных всё больше. Некоторых тащат силой, а некоторые уже покорились судьбе.

— Организуйте костры, — приказал я и пошёл искать Шув.

/17 августа 2022 года, Швейцарская Конфедерация, г. Женева/

Подсчёт потерь занял некоторое время, но его несколько раз прерывали дикие звери, прибывающие на запах свеженького из соседнего леса. Особенно часто они начали лезть на нас ночью. Но два тепловизора решили проблему, и все животные были отстреляны ещё на подступах.

Итоговый отчёт показал, что мы потеряли триста сорок дуболомов, из которых примерно двести можно вернуть в строй, пусть и не в полном функционале, тридцать два человека, все броневики, танк, а также один бронеавтомобиль. Грузовики не пострадали — видимо, их швейцарцы хотели взять целыми.

Бронетехнику жалко, очень жалко, но ничего не поделаешь.

Я не спал всю ночь, очень устал, но организационная волокита, возникающая после любого тяжёлого боя, требовала моего прямого участия.

Ещё Шув подстрелили. Несмертельно, она стабильна, но продолжать экспедицию не может, как и многие из раненых. Пулевое ранение правой ноги — перебинтовали, дали антибиотик и обезболивающее, но это гарантированная невозможность продолжать идти дальше.

Раненых у нас прилично — почти все. Даже я поймал высокоскоростной осколок, проникший в изношенный стык брони на левой ноге. Ничего такого, я даже не заметил, но это показательно. Били нас жёстко, чтобы наверняка, но прогадали.

В ходе боя были замечены и вражеские суперы, но я лично их не встречал. Не встречал их в основном потому, что Елизавета передушила большую часть — она у нас теперь за штатного Дарта Вейдера. Псионика — очень опасная сверхспособность, слышал уже, а тут эпический потенциал…

Естественно также, что у всех повреждены защитные костюмы. Кто-то оперативно заклеил их скотчем, а у кого-то получилось, как у меня — только на выброс.

— Так, товарищи, — начал я заседание офицерского состава. — Большая часть бойцов не может продолжать наш поход, поэтому предлагаю отправить их на грузовиках, в сопровождении дуболомов, на «Мистраль».

— А как же Коллайдер? — спросил лейтенант Калымов.

— На него пойдут те, кто может, — ответил я. — Ну и мы посидим тут, залижем раны и наделаем побольше дуболомов. Теперь у нас порядочно оружия и боеприпасов, поэтому усиление ожидается существенное.

— Раненые, будут замедлять нас, — согласился Пасечников. — Это будет правильным решением.

— Может, заляжем где-нибудь? — предложил Ящур. — Мне не улыбается ни разу лезть туда малым числом. Тут и так вандер-секс произошёл, на подступах, поэтому хрен его знает, что будет дальше. Мы же буквально в двух километрах…

— Из последних сил зайдём, — неодобрительно пробурчал Кувалда. — Надо передохнуть. И вытащить эту херню.

Он показал на длинный осколок, торчащий у него из груди.

— Раненых отправляем стопроцентно, — произнёс я.

— Надо, — согласился лейтенант Калымов. — Товарищ капитан верно говорит — мы будем уязвимы с ранеными на руках. Бронетехники нет…

— С этим решено, — произнёс я. — А что по дронам?

— Да там, как бы, тишина, — ответил Ящур. — Никаких признаков активности над коллайдером. Ну и Дракоша летал туда — говорит, что будто бы нет никого. Может, это были обычные местные бандиты?

— С танками? — усмехнулся я.

— Такие уж нынче времена, — пожал плечами Ящур. — Мы же вон, туристы, а тоже на танках. Ну, были.

Техномаг расписался в собственном бессилии и сообщил, что «Леклерк» дальше не поедет — двигатель был уничтожен прямым попаданием из 120-миллиметровой пушки «Леопарда 2». Причём сделано это было уже после того, как «Леклерк» подбили из гранатомётов. А разговоров-то было — самый современный танк, комплекс активной защиты, мощная электронная начинка… По итогу сгорел, как обычные танки, на которые в рекламе обычно выкрашены в серый цвет и оснащены надписью «другой танк».

— Странные дела тут творятся, — изрёк я, закуривая. — Будто не было здесь никакого апокалипсиса…

— Да, дикая хрень, — согласился Кувалда. — Будто в жирный данж вошли.

— О любых изменениях обстановки сообщать незамедлительно, — сказал я. — Начинайте заготавливать древесину, а я пойду высплюсь. Устал, как собака…

Квартировались мы с Шув на втором этаже кафе «Авенир», в хозяйской спальне.

— Напомни-ка, а когда нам стало похер на радиацию? — спросила супер, когда я вошёл.

— Да забей уже, — вздохнул я. — Местные только полысели и пострашнели…

— М-хм, — хмыкнула она недовольно.

— Я не пытался тебя задеть, извини, — произнёс я. — Просто, мы так близко к цели — можно допустить кое-какие вольности, раз уж всё сложилось так, как сложилось. И вообще, радиация — это меньшая из наших проблем. До её последствий надо как-то дожить…

— Это уж точно, — согласилась Шув и посмотрела на свою перебинтованную ногу.

— Сегодня вы отправляетесь назад, — сообщил я ей. — Раненые будут замедлять нас и усложнять практически всё.

— Хочешь сплавить меня? — нахмурилась она.

— Так будет безопаснее, — ответил я на это. — Ты ранена.

— Меня и жёстче цепляли, вообще-то, — она подняла футболку и показала свой шрам. — И я завалила ту сучку, что оставила о себе это напоминание. И добралась до своего дома, а на следующий день рубилась с зомби.

— Это не обсуждается, — покачал я головой. — Поедешь со всеми.

— Ну ты и мудак, — констатировала она.

— Какой есть, — пожал я плечами.

— Ну, мы хотя бы потрахаемся сегодня? — спросила она, внутренне принимая моё решение.

— Ждал, когда ты спросишь, — заулыбался я.

Примерно через полчаса я быстро и крепко уснул.

Снилась мне бабушкина квартира на Карташихина. То есть не сама квартира, а просто события происходили в ней.

Бабушка сидела на кухне и пила чай с какой-то своей подругой, а я развалился на диване и смотрел свой плазменный телевизор. На мне была чёрная футболка, почему-то, это показалось важным, треники, а на ногах махровые тапочки в виде кроликов.

— Ты близок, — появилось на экране изображение Стикс. — Ты оправдал наши ожидания.

— Я рад, — ответил я. — И что теперь?

— Ты придёшь туда, — сказала богиня клятв. — И сделаешь то, что сделаешь. К этому моменту всё будет закончено.

— Что будет закончено? — спросил я.

— Ты поймёшь, — пообещала Стикс. — Те жертвы, что вы принесли сегодня утром — они очень нам помогут. Мы благодарны тебе.

— А почему такой сложный способ связи? — спросил я. — Чего вживую не заговорила? Почему во сне?

— Тебя это смущает? — улыбнулась Стикс.

— Может, я хотел посмотреть во сне на голых баб или футбол? — заулыбался я.

Изображение Стикс на экране исчезло и появилось футбольное поле, где играли в футбол голые бабы.

— Так лучше? — поинтересовалась богиня. — Но, так и быть, я отвечу на твой вопрос. Мы экономим энергию на то, что собираемся сделать. Прометей нам в этом поможет, мы уже договорились с ним, но ещё помогут остальные титаны. Тартар открыт.

— Вы стали какими-то рисковыми, — заметил я.

— Сейчас такое время, — ответила Стикс. — А ты ведь не знаешь.

— Чего не знаю? — не понял я.

— Ты стал отцом, — вновь появилась богиня на экране. — Твой сын уже передан твоей бабушке. Мне жаль, что теперь это великая упущенная возможность…

— О-о-о… — издал я нечто поражённое. — И как назвали?

— Твоя бабушка решила назвать его Елисеем, — ответила Стикс.

— Что за «великая упущенная возможность»? — уточнил я.

— Не могу тебе сообщить, — покачала головой Стикс. — Ты делаешь всё правильно — продолжай свой путь и достигнешь своей цели. Но не той, которую ожидаешь. А теперь — спи.