Рай с привкусом тлена (СИ) - Бернадская Светлана "Змея" - Страница 124

— Господин, — произношу смиренно. — Позвольте этим парням тоже поехать. Им будет полезно посмотреть на поединки.

— Когда будут способны побеждать, поедут, — удостоив меня презрительным взглядом, сквозь зубы цедит красавчик.

Последним заковывают Эйхо. Ступаю за ним следом, но Диего Адальяро жестом велит стражам заканчивать.

— Это все, — говорит он аркебузирам. — Вы двое — ведите этих псов к повозке, а вы оставайтесь на местах.

— Господин! — вновь подаю голос, стараясь дышать глубоко и ровно. — Вы забыли меня.

Резкий поворот кудрявой головы, перекошенное лицо красавчика, быстрый взмах хлыста — и шею обжигает боль. Едва успеваю наклонить голову, чтобы не схлопотать по лицу. Горжусь тем, что не поддался инстинкту и не выбросил руку на перехват, иначе…

— Я ничего не забываю, пес! — шипит над ухом благородный господин. — Я же сказал: едут те, кто может сражаться!

— Я могу, — выплевываю прежде, чем успеваю подумать.

Краем глаза замечаю, как Диего Адальяро вновь заносит хлыст, и опускаю голову ниже, подставляя плечи, однако удара не ощущаю. Удивленный, поднимаю глаза.

— Правда? — криво ухмыляется красавчик, ощупывая меня скептическим взглядом. — Что ж, тогда этого тоже в кандалы. И поживее, опаздываем!

Прежде чем успеваю сообразить, что наделал, на меня надевают ошейник, заламывают за спину руки и пристегивают сзади к цепи. Пока нас ведут к повозке, лихорадочно соображаю, что теперь делать. Вырвать бы самому себе язык! Если меня и правда сегодня выставят на Арену, придется сражаться, а я еще не готов. В руку еще не вернулась прежняя сила, поврежденные ребра мешают свободно двигаться, в таком состоянии я уязвим, как никогда… А ведь против меня наверняка выставят опытного, сильного бойца, не какого-нибудь сосунка!

Что я наделал? Почему позволил упрямству и желанию хоть мимолетом увидеть Вель опять взять верх над здравым смыслом и подставить под удар свой замысел?

Что ж, хоть чего-то я действительно добился: у кареты, что стоит перед повозкой, наконец-то вижу свою госпожу в светлом выходном платье. На миг наши взгляды встречаются, и я теряюсь, не понимая, что вижу в ее глазах: радость, вину, непонимание, тревогу, страх?

Еще миг — и она скрывается внутри кареты, а нас одного за другим впихивают в повозку.

Дальше все как в тумане: тряска в телеге под палящим солнцем, знакомый запах Арены, мелькание полуобнаженных тел… Жадно ловлю взглядом Вель и вижу, как наливается гневным румянцем ее лицо, когда она жарко спорит о чем-то со своим красавчиком.

Наконец помощники распорядителя уводят нас за решетку на разминочное поле. Зачитывают пары и порядок поединков, и меня в списке нет. Значит, Вель все же настояла на том, чтобы не дать мне совершить глупость…

Теперь могу спокойно заняться тем делом, ради которого я здесь. Вместе со Зверем, которому предстоит биться в заключительной серии поединков, наставляем ребят, обсуждаем особенности соперников, планируем тактику боев.

Увы, первая же схватка заканчивается неудачей: паренек из новичков, имя которого мне так и не удалось запомнить, допускает ошибку, открыв бедро мечу соперника. Раненый, он не в силах продолжать бой, озирается вокруг ошалевшими глазами и в конце концов сдается под серией уничтожающих ударов.

Я закусываю губу. Парню не повезло: соперник явно превосходил его опытом и умением. С другой стороны, в его поражении есть и польза: теперь Вель не станут обвинять в мошенничестве и договорных боях.

Тирн побеждает. Побеждает и Эйхо. Зато во втором отделении удача отворачивается еще от одного нашего: ловкача с южных островов по кличке Нырок. А я возлагал на него большие надежды…

К счастью, во второй серии поединков поражений больше не терпит никто из наших ребят.

Финальную серию открывает Жало. Его манера боя завораживает. Он уверенно находит слабые места соперника, превосходящего его ростом и крепостью, и безжалостно наносит один точный удар за другим. Не могу припомнить, чтобы он так выкладывался на учебных боях, но теперь убеждаюсь, что Жало — опаснейший противник, и Хаб-Арифу в самом деле повезло одолеть его в прошлый раз.

Победа Жало приносит нам великолепного бойца, и я остаюсь доволен.

Несколько следующих пар дают нам передышку: среди них нет наших людей. Затем наступает черед Кйоса. Его соперник внушает опасения, и я стараюсь напоследок вложить в голову парня хитрости, которые помогут ему победить. Он понятливо кивает, разминает широкие плечи, в его глазах я не вижу страха, и это вселяет в меня надежду.

За боем наблюдаем бок-о-бок со Зверем, вцепившись пальцами в прутья заградительной решетки.

— Молодец… — шевелит губами Зверь, и я вижу, как сокращаются мышцы на его могучих руках: в мыслях он там, на песке круглой площадки, дерется с противником вместо Кйоса. — Теперь левой… так… группируйся… закрывайся… атака, ну же!

Победа близка: Кйос заносит деревянную секиру для последнего удара, и тут случается непредвиденное. Противник изворачивается, бьет щитом по запястью лиамца — и у того вырывается вопль боли. Секира летит к каменному ограждению, Кйос не успевает закрыться и получает вражеским оружием по затылку. Трибуны взрываются кровожадным воплем: Кйос побежден.

Мои пальцы судорожно сжимают решетку. Зверь поворачивает ко мне побледневшее лицо.

— Нет… нет, только не он!

В груди разливается горечь. Только теперь понимаю, как дорожил этим заносчивым, хвастливым парнем. Как хотел видеть его победы, как надеялся встать с ним плечо к плечу в последней битве за свободу…

Побледневшего Кйоса выводят за решетку. Он держится за правую руку: видно, что несколько пальцев сломано. Прежде, чем успеваю о чем-либо подумать, прорываюсь к нему, молча сжимаю плечо, не обращая внимания на его конвоиров. Кйос изворачивается, словно в поединке, ускользает от стражей и обхватывает меня за плечи здоровой рукой. Сквозь гневные вопли стражей слышу его лихорадочный шепот:

— Мы еще увидимся, Вепрь. Я все помню. Я доживу. Ты не пожалеешь…

— Береги себя, — только и успеваю сказать, прежде чем лиамца грубо отрывают от меня и толкают в спину так, что он падает на колени.

На грудь словно наваливается каменная плита, но я заставляю себя собраться. Близится поединок Зверя.

====== Глава 34. Повиновение ======

Комментарий к Глава 34. Повиновение Глава пока не бечена

Мерное покачивание кареты усилило дурноту, одолевавшую меня с самого утра. Отодвинув бархатные занавеси на окне в надежде вдохнуть больше воздуха, я прислонилась виском к резной деревянной раме.

— Ты расстроена? — склонился над моим плечом Диего.

Я сделала глубокий вдох, чтобы подавить особо неприятный приступ тошноты, и заставила себя ответить.

— Сегодня я потеряла трех рабов.

— И получила вместо них целых восемь. К тому же, мы сорвали неплохие барыши на ставках, ты так не считаешь?

Диего красноречиво похлопал по кошелю на поясе, так, что в нем зазвенели монеты.

— Да, неплохие, — ответила я безучастно.

Разве мог он меня понять? Он не позволил мне подойти к моим людям и не дал перемолвиться даже словом перед их выходом на Арену, и вот теперь троих больше нет с нами. И Джая бы не было, если бы я не воспротивилась странному желанию Диего вытолкнуть на песок еще и его, уязвимого и не восстановившегося после тяжелых травм.

— Ну же, не расстраивайся. Подумаешь, парочка рабов. Зато дома тебя ожидает сюрприз.

Почему-то мелькнула мысль, что сюрпризом окажется письмо от дядюшки, — разумеется, напрасная. На ответ надеяться не приходилось: мое письмо к родственникам едва ли преодолело хотя бы половину пути в Аверленд. Конечно же, письма мне никто не вручил, да и Диего будто бы забыл о своих словах. Загадочно улыбающаяся за обедом Изабель заставила меня насторожиться, но и тут Диего сделал вид, словно ничего не происходит. После обеда он проводил меня в покои и не ушел, вопреки ожиданиям, а подвел меня за руку к большому зеркалу у комода.