Назад в СССР (СИ) - Хлебов Адам - Страница 46

— Норм, я парень крепкий и не такое бывало. Выдержу.

— Молоток. Если заметишь, что-то что нестандартное, то что тебя тревожит, сразу зови меня в матюгальник. Я рядом.

Мы разошлись в разные стороны к волнорезам, ограничивающим пляж справа и слева.

Люди толпились у воды, кто-то мокал ноги, кто-то только выбрался из моря и раскачиваясь и балансируя взбирался вверх по острой гальке.

Третьи наоборот только входили купаться. Я осмотрел детей на берегу и в воде и быстро пересчитал их.

Действительно, очень много. Порядка тридцати. Я попробовал посчитать их ещё раз. Я старался найти в толпе пьяных, но к счастью таких не обнаружил. Да и только камикадзе в такую жару станет пить.

Я посмотрел в сторону воды. Мое внимание привлекли двое мальчишек лет тринадцати ныряющих почти у берега в плавательных очках. Эти умеют плавать. Я увидел, как один из отдыхающих заплыл за буйки метров на десять.

— Молодой человек. Вы заплыли за буйки, немедленно вернитесь! — мой голос прозвучал достаточно жестко. Пловец обернулся с недовольным лицом и уставился на меня.

Я повернулся в сторону Рыбы и увидел, что он улыбается и показывает мне большой палец вверх.

— Молодой, человек, вы оглохли? Вам что, особое приглашение нужно? Вам сказано — возвращайтесь, — услышал я, металлизированный микрофоном и динамиком, голос моего напарника и инструктора.

Мужик нарочито медленно, словно растягивая удовольствие, поплыл обратно.

Хорошо все-таки что мы не стали погружаться. Я почувствовал, что избежал сегодня большой беды. Мне везет в этой жизни, как будто у меня был кредит на удачу.

Если такие бывают. Я чувствую, что этот кредит мне дан не просто так. Это ресурс, который я должен использовать для того чтобы решить какую-то важную задачу. Что-то изменить в себе и в жизни близких мне людей.

Я пока не знал, что именно.

Проконтролировав купающихся и пловца вернувшегося в пределы плавательной зоны из-за буйков, я вновь обернулся к тем, кто находился на берегу.

Я увидел молодого мужчину лет двадцати пяти в темных очках и светлой панаме, не спеша уходящего с пляжа. Что-то в его облике сигнализировало, даже кричало о том, что с ним что-то не так.

Я не пытался играть в Шерлока Холмса, но в глаза бросились две детали: длинные рукава наглухо застегнутой рубашки и тряпичная пляжная сумка. Она была женской. На ней были изображены цветы — красные розы.

Рукава в такую жару могли означать одно. Он что-то скрывал под ними. Татуировки или увечья. Это еще не повод в чем-то его подозревать.

Женская тряпичная сумка вполне могла принадлежать его спутнице, которую мог догонять или наоборот пройти вперед. Я поискал взглядом претендентку на эту роль. Но никого похожего ни на пляже ни на набережной не увидел.

Зато увидел, как мужик заплывший за буйки вышел из воды с женщиной примерно его возраста. Они так же как и другие купающиеся балансировали на мокрой гальке, пытаясь быстро взобраться на горочку, намытую морем.

Наконец, парочка сумела выбраться из моря Когда они подошли к своему покрывалу, то женщина подняла точно такую же сумку, как и у того типа.

Она заглянула в нее и с недоумением, достала из ее недр тряпье. Мне было трудно разглядеть, что именно было в сумке. Но по внешнему виду я понял, что содержимое сумки ей незнакомо.

Они были достаточно далеко от меня и я не слышал, что она спрашивала у другой женщины, лежащей на соседнем лежаке.

Но женщина закивала головой и махнула непоределенно руков в сторону идущего по набежной мучжчины с точно такой же сумкой.

Казалось бы он просто перепутал. Но тут я увидел, как он достал из сумки кошелек, вытащил из него деньги,переложил себе в карман брюк. Денег было много. Затем обтер кошелек носовым платком, наверно, стирал свои отпечатки.

Он выдал себя тем, что оглянулся и посмотрел на парочку с подменой пляжной сумкой, явно оценивая расстояние до парочки.

Мужик выхватил сумку из рук женщины и кое-как натянув на ноги сандалии, бросился вдогонку. Вор заметил это, но как ни странно не прибавил ходу.

Я огляделся и убедился, что на пляже на вверенном мне участке полный порядок, положил наблюдать за происходящим.

Пляжный вор позволил себя себя догнать. Он остановился на окрик догоняющего. Они спокойно обменялись сумками, улыбнулись друг другу, пожали руки и разошлись.

Мне хотелось крикнуть, чтобы тот проверил кошелек и деньги, но я знал, что он меня не услышит.

И тут, мужик словно услышав мои мысли, остановился как вкопанный и решил проверить содержимое. Не обнаружив денег и часов, он развернулся сделал шаг в направлении вора, но тут же растянулся на грунте в полный рост, потому что сзади подбежал юноша и подставил ему подножку.

Облик того, кто подставил подножку был до боли знаком. Вот совсем не удивлен. Это было предсказуемо. Я без труда узнал Гончаренко. Я попросил присмотреть за моим участком ничего не понимающего Серегу присмотреть за моим участком в мегафон. А сам бросился к тому месту, где Гончаренко с фингалом на лице, как ни в чем не бывало помогал мужику подняться на ноги.

Я добежал до них секунд за тридцать. К тому времени от вора и след простыл, а Гончаренко собирался уходить, но я грубо схватил его за руку, развернул к себе лицом и спросил:

— Ты что с ними заодно? Ты на ворье работаешь?

Глава 22

Облик того, кто подставил подножку был до боли знаком. Вот совсем не удивлен. Это было предсказуемо. Я без труда узнал Гончаренко. Я попросил присмотреть за моим участком ничего не понимающего Серегу присмотреть за моим участком в мегафон. А сам бросился к тому месту, где Гончаренко с фингалом на лице, как ни в чем не бывало помогал мужику подняться на ноги.

Я добежал до них секунд за тридцать. К тому времени от вора и след простыл, а Гончаренко собирался уходить, но я грубо схватил его за руку, развернул к себе лицом и спросил:

— Ты что с ними заодно? Ты на ворье работаешь?

Он скорее всего считал, что выиграл этот раунд. Гончаренко отпустили из милиции после задержания на улице, и даже формально извинились перед ним.

Оно и понятно. Что ему предъявлять-то? Ну столкнулся случайно с прохожим, с кем не бывает? Доказать связь с пляжным вором невозможно. Мужик, проворонивший деньги и часы, указал на него с досады. Оговорил. Хотя я был абсолютно уверен в том, что они работали вместе. Гончаренко должен был отвлекать преследователя. Он наблюдал за ходом действа со стороны, прикрывая пути отхода.

Но саму кражу, от начала до конца, видел только я. Больше никто не упомянул о ней.

Схема воровства довольно простая. Тряпичные пляжные сумки продавались Универмаге. Вновь прибывшие отдыхающие отправлялись по магазинам в первые же дни после прибытия, чтобы докупить необходимое. Они опрометчиво светили содержимым своих кошельков, некоторые даже сознательно демонстрировали деньги, чтобы почувствовать превосходство над окружающими.

А зажиточные курортники привозили на отдых немадые деньги. Бывало что и пятьсот, и тысячу рублей на семью.

Преступник выглядывал таких горе-покупателей, затем покупал такую же дешевую сумку для последующей подмены. Сам или с напарником отслеживал жертву до жилища. Дело оставалось за малым. На следующий день, преступники терпеливо дожидались пока их жертвы пойдут на пляж. Сейфов в съемном жилье не было, поэтому многие таскали деньги с собой. Если не всю, то значительную сумму. В то время, когда недалекие, ничего не подозревающие бедолаги купались в море, воры технично подменяли сумки и уходили. Иногда их догоняли. Тогда они просто извинялись за «случайную» ошибку, возвращали сумку без денег и ценностей хозяину и старались свалить, как можно быстрее.