Наследница английских лордов. Любовник от бога - Калинина Дарья Александровна - Страница 24

– Но окончательно я решу, что с тобой делать, когда станет окончательно ясной судьба Марго.

Тем не менее Арнольд Борисович дал Ларисе несколько поручений. В том числе – передать один из своих телефонов помощнику Викентию. Сам же Арнольд Борисович пока оставался в Австрии в надежде, что поиски Марго дадут хоть какой-то результат. А отвезти испортившуюся трубку в Россию предстояло Ларисе.

Это была даже не просто труба, а вай-фон. Устройство было совсем новым и страшно дорогим, но уже перестало работать. Что-то с ним случилось. Подруги подозревали, что Арнольд Борисович в порыве слепой ярости шмякнул телефоном об стену. Водился за ним такой грешок: разозлившись, швырял в стену, в дверь и в головы находящихся поблизости людей все, что попадалось ему под руку.

Но сам Арнольд Борисович отрицал свою вину. И сказал лишь следующее:

– Выбрасывать жалко, дорогая даже для меня вещь. А тут чинить не хочу. Есть гарантийка, вот пусть они и разберутся, в чем там дело.

Поэтому Лариса и везла неработающее устройство обратно в Россию. Когда они сели в самолет, она даже не стала отключать его. Зачем? Все равно ведь не работает.

В самолете же, утомленные путешествием и навалившимися на них напастями, подруги тотчас задремали. А проснулись от странного звука. Словно у них под боком пропищала какая-то птичка.

Открыв глаза, девушки взглянули на Ларису. Та пробормотала в недоумении.

– Это у меня. Это у меня пищало. Только никак не пойму, в чем тут дело.

Она принялась обшаривать свои карманы, но ничего не находила.

– Похоже на сигнал об эсэмэске, – предположила Леся, когда ее наконец стали нервировать эти бессмысленные поиски.

– Это у меня, – сказала Лариса. – Но я ведь отключила свой телефон…

Наконец она нашла вай-фон, который всучил ей Арнольд Борисович перед вылетом, и в недоумении уставилась на экран.

– Странное дело. Девчонки, да он заработал!

– Серьезно?

– Ну да! Смотрите, действительно сообщение пришло. Интересно, что это такое.

– Наверное, информация от сети, – предположила Леся. – Зря ты, Ларка, телефон в полете не выключила. Сейчас начнутся помехи в приборах у пилотов, и мы все разобьемся.

– Не каркай! Типун тебе на язык!

– Да и стюардессы набегут, – продолжала пророчествовать Леся. – Это же против правил. – Заметив, что Лара продолжает смотреть на экран, она не выдержала. – Да убери ты эту фиговину! Дай поспать!

– А вдруг это не от сети?

– А от кого?

– Не знаю. Но давайте посмотрим.

– Еще не хватало! А потом Арнольд Борисович устроит скандал из-за того, что мы читали его почту!

– Ты же сама сказала, что это от сети, – заметила Лариса. – Вот я ему и скажу, что подумала то же самое.

Лара надавила на кнопочку, и на экране высветилось сообщение.

– «Арно, вспомни про Клеопатру», – прочитала она в недоумении и, подняв глаза на подруг, пробормотала: – Что за хрень? Кто такая эта Клео… О господи!

– Что с тобой? – теребили ее подруги. – Ты знаешь, о ком речь?

Лара со вздохом кивнула.

– И о ком? Ты знаешь?

– Догадываюсь. Мне так кажется.

– Кто такая эта Клеопатра?

– Мать… – с усилием выдавила Лариса. – Мать нашей Марго. Ее так звали.

– Но она же… Ты рассказывала, что мать Марго давно умерла?

– Верно. Умерла родами. Или сразу же после них. Не знаю точно. В доме у Арнольда Борисовича никогда не говорили о матери Марго. Знаю только, что девочка, то есть Марго, осталась полусиротой. Арнольд Борисович воспитывал ее один. Так никогда больше и не женился. Все свои силы Марго отдавал.

– Это он, конечно, молодец! Но что с Клеопатрой? Кто вдруг вспомнил о ней? И к чему?

Кира с Ларой недоумевали, а Леся заявила:

– Давайте посмотрим, кто отправитель.

Увы, эсэмэска была отправлена с какого-то связного сайта в Интернете. И проследить ее отправителя было невозможно. По крайней мере, самим подругам это было не под силу.

– Да и что толку? Ясно, что сообщение отправлено Арнольду Борисовичу.

– А мы его прочитали.

– И что теперь?

– Вряд ли он будет доволен.

Но Кира с Лесей только отмахнулись. Сейчас их меньше всего интересовало мнение отца Марго.

– Странно, что сообщение с упоминанием матери Марго пришло именно сейчас.

– Да, конечно. Сама Марго исчезает, а через несколько дней приходит такое странное послание – отправитель вспоминает о ее матери.

– Словно кто-то хочет напомнить Арнольду Борисовичу о… О чем?

Девушки в недоумении переглядывались. Действительно, о чем хотел напомнить Арнольду Борисовичу неизвестный? Что за тайну скрывала смерть женщины по имени Клеопатра? И была ли она, эта тайна?

– Может быть, это просто совпадение? Ну, послал кто-то эсэмэску. Не обязательно же она была адресована Арнольду Борисовичу.

– Просто ошиблись?

– Да, ошиблись.

– Слишком странное совпадение. Нет, не думаю, что это ошибка.

– Тогда нужно спросить у Арнольда Борисовича.

Девушки надолго умолкли. Да, казалось, что самое логичное – это позвонить отцу Марго. Но почему-то им не хотелось этого делать. Во-первых, своенравный Арнольд Борисович, скорее всего, посоветует им не совать нос в его дела. А во-вторых, он их еще и отругает за то, что прочитали эсэмэску. Подруги уже составили об этом человеке достаточно ясное представление. И понимали, что ничего хорошего от их откровенности им не будет.

– Нет, – сказала наконец Леся. – Мы ничего ему не скажем. Пока не скажем.

– А как же?

– Мы сами разберемся в этой истории.

– Да в какой истории? – удивилась Лариса. – Говорю же вам: мать Марго, если о ней идет речь, умерла почти четверть века назад. Какое это может иметь отношение к сегодняшнему похищению Марго?

– Сколько лет прошло?

– Ну, Марго в этом апреле должно исполниться двадцать пять. А ее мать умерла родами или сразу же после них. Во всяком случае, к себе домой после больницы она не вернулась. И малышка Марго ни одного дня не лежала на руках у своей мамы.

– Бедная…

– И не говорите, – вздохнула Лариса. – Роды у матери Марго, наверное, тяжелые были. И Марго поэтому все время болела. И в детстве, и теперь. В детстве врачи за ее жизнь вообще гроша ломаного не давали. И сердце у нее было, и почки не в порядке, и с кровью что-то не так. Но потом вроде бы ничего стало. А как шестнадцать ей исполнилось, диабет этот проклятый прорезался. Говорят, что это наследственное. Может быть, Клеопатра тоже от диабета умерла?

– А откуда ты все это знаешь?

– Что?

– Ну, про мать Марго. Ведь ты упомянула, что в доме Арнольда Борисовича о ней даже не вспоминали.

– У него – нет. Я от тети Маши эту историю знаю.

– А это кто?

– Тетка нашей Марго.

– Сестра Арнольда Борисовича?

– Ну да. Только они, кажется, не родные. Двоюродные или троюродные. Или фиг их знает какие. Особой теплоты я между ними не замечала. Но тетя Маша раньше часто приходила к Марго. Подарки ей делала. Наверное, любила племянницу.

– И она тебе рассказала про мать Марго?

– Ну, вообще-то, она не мне рассказывала, а Марго. Но я тоже слышала. А потом Арнольд Борисович узнал, что тетя Маша с Марго о ее матери разговаривает. Расшумелся – ужас! И запретил тете Маше даже близко к Марго подходить.

– Да ты что?! – поразилась Кира. – И чего это он так распсиховался?

– Кто его знает. Он вообще человек странный. Не скажу, что шибко плохой, но странный. – Пожав плечами, Лара добавила: – Лично я его боюсь.

Весь следующий после прилета день подруги провели, разбирая вещи и сортируя полученные впечатления. В этот ящичек приятные, в этот – не очень. Нечего удивляться – ведь были в их путешествии и счастливые моменты. Вот фотография, на которой Леся катится с горы, рассекая морозный воздух. А вот Кира ловко огибает маленькую елочку, совсем некстати высунувшуюся из-под сугроба.

Ну и что с того, что миллионер им так и не встретился? Какие их годы?! Еще встретится! Зато на лыжах подруги научились стоять вполне прилично. И не только стоять, но даже и выполнять сложные маневренные спуски.