Пять причин убить тебя (СИ) - Марс Тони - Страница 14

Ему от самого себя противно будет, а о благосклонности своей пары тогда можно и не мечтать, какая уж там любовь.

— Матери скажешь сам, прикрывать тебя я не собираюсь. Раз выбрал себе в жены Чистильщика, будь готов к последствиям. Вождем тебе больше не стать.

Народ не примет такого предводителя, кому нужен вождь, у которого жена Чистильщик? Да ни один драконий остров даже под страхом смерти на такое не согласиться.

Нэйвиру нужно готовиться к тому, что он вскоре станет изгнанником, а не наследником Варлана. Пару сына на Саркте никто терпеть дольше положенного не станет.

— Как будто ты бы променял свою должность на мать. — процедил Нэйвир, дав свой однозначный ответ. Между парой и властью красный дракон выбирал пару.

— С этого дня ты ответственен за её питание. Через месяц будет проведен ритуал выбора нового преемника. Я всё сказал. — произнёс Варлан, прежде чем уйти.

Нэйвир рвано выдохнул. Что ж, он знал, что это будет непросто. И родители — наименьшее препятствие на его пути. Как понравиться Чистильщику, если для неё он — заражённый, вот в чем беда.

Жаль, что все старания и силы, которые он вложил, чтоб стать достойным преемником, пропали зря. Нэйвир поджал губы, нервно хохотнув, такими темпами он присоединится к своей паре и, видимо, в силу обстоятельств, тоже станет Чистильщиком.

Все же его пара не должна подвергать себя такой опасности, и чтобы обеспечить ей уровень жизни, к которому она привыкла, Нэйвиру придется податься либо в пираты и разбойники, либо в Чистильщики. Надо же как-то свою будущую семью кормить.

Мысль стать Чистильщиком звучала погано и оставляла неприятный осадок, но идея создать семью Чистильщиков показалась дракону забавной. Будет у них семья предателей, что тут поделать.

Ни обстоятельства их встречи, ни предрассудки Нэйвир изменить уже не мог, придется иметь дело с тем, что есть.

Красный дракон навестил свой дом, сменил одежду и ушёл в лес, взяв с собой лишь меч.

Холодный воздух пробирался под броню и плотную ткань рубашки, заставляя кожу покрываться мурашками.

У Ингвильд закончилась мана, и даже простейшее заклинание с защитой от холода было ей не под силу. Увы, размер резерва магии постоянно скакал, причину этого раздражающего явления она не знала, но то, что она никогда не может рассчитывать на собственную магию, раздражало.

Пусть минимальное количество вместимости резерва все ещё оставалось высоким и делало из нее мага высшего ранга, сам фактор неожиданности, когда она даже не может знать наверняка, на сколько заклинаний ее хватит и стоит ли рисковать жизнью, экономя ману, невероятно злил.

Ингвильд открыла дверь, бросила взгляд на стол и мученически застонала — список жителей был, а еда — нет. Хоть бумагу эту ешь.

Сил злиться не было, она доплелась до кровати и упала плашмя. Плевать на ночной дозор, сегодня она поймала заражённого и может позволить себе сон. А муки совести она отложит на завтра, когда проснется и сможет уже бодро и неустанно корить себя за то, что так безответственно относится к заданию.

Утро наступило поздно, Ингвильд с трудом продрала глаза и приподняла голову, подслеповато щурясь: солнце стояло высоко. На языке вертелась лишь одна брань.

Так проспать! Отец бы её скинул за борт, если б узнал. Как может Чистильщик настолько расслабится на работе и забыть о всякой осторожности?

Ингвильд потёрла глаза и вышла из комнаты в коридорчик. Из соседней комнаты, отведенной для отца, несло мертвечиной. Девушка приоткрыла дверь и заглянула. Да, не зря она другую спальню выбрала, и не напрасно зажигала ночник лишь в этой.

Под окном и на полу валялись помои, рыбьи потроха и тухлые яйца. Труп какого-то зверька и… а, какая разница. Куча всякой мерзости.

У драконов совсем нет фантазии.

Ингвильд магией подняла всё с пола и сожгла прямо в воздухе. Стало чище, но вонь никуда не исчезла. Она шире распахнула загаженное окно, чтоб проветрить комнату. Ветер резко ударил в лицо, скинув с рамы какую-то мокрую тряпку ей на лицо.

Буэ, какой урод вообще додумался швырнуть кусок ткани в… нет, Ингвильд даже не хотела знать, из чего составляли это зловонное амбре.

Торопливо спустилась на первый этаж, почти забежав в купальню. Запах просто невыносимый, Ингвильд терла лицо минут пять, не меньше, пока вонь не перестала мерещиться. Сполоснула рот водой, умылась, и замерла на пороге в зал.

Оооу, вот так сюрприз.

На столе, впервые со дня ее прибытия на Саркту, стояла еда: кувшин морса, ягодный пирог, сыр с хлебом, копченое мясо, яблоки, тушеная капуста, отварные яйца… У Ингвильд разбегались глаза. Она бы подумала, что это Варлан пытается её задобрить после того, как она нашла первого заражённого.

Но огромный букет полевых цветов развевал эти странные мысли. Стал бы вождь ей цветы дарить? Но тогда кто?

На столе, как бы это абсурдно ни звучало, ножом было выцарапано сердце и странное, очень странное послание:

“Ты скажешь, как тебя зовут?”

Ингвильд фыркнула, отставила цветы подальше, на самый край стола, и начала завтракать. И кто вообще так к Чистильщикам подлизывается? Это какая-то новая стратегия?

Впрочем, ясно было одно: вождь приставил к ней ухажера, который будет усердно отвлекать ее от работы. И девушка начала подумывать о том, чтоб ради шутки приударить за Варланом. Пусть знает, как это, когда тебе мешают работать.

Хотя этот мужик такой… ну, раздражает ее одним своим видом. Тратить драгоценное свободное время на месть, а не на сон, крайне расточительно. Ингвильд пришла к мысли, что двух-трех раз вполне хватит, чтоб Варлан свою ошибку осознал и одумался.

Глава 10

Корабль причалил к каменистому берегу и с шумом встал на мель. Гривель поморщился и спрыгнул с палубы прямо в воду — если б Картас не гнал на Арпу на всех парусах, то не застрял бы тут.

В любом случае вместе с приливом корабль снова уйдёт в море. Гривель размял плечи и уверенно пошёл к берегу — до него было далеко, побережье опоясывала длинная линия мелководья. Эльф поморщился, нужно было взять шлюпку, а не мочить новые кожаные сапоги в соленой воде.

Если б не зелья, хрен бы он приплыл в эту дыру.

Конечно, исключив субъективное мнение Гривеля, можно выяснить, что Арпа весьма хороша собой — плодородные земли, пресноводная река, обширные охотничьи угодья, относительно тихий городок в юго-восточной части острова.

Возможно это один из самых благоприятных островов для спокойной жизни на западном архипелаге, тут и климат в меру мягок, и зимы короткие.

Арпа сильно уступала Саркте размером и количеством населения, поэтому Гривель планировал управиться за пару дней и возвращаться на драконий остров. Лишь бы с Ингвильд ничего не случилось в его отсутствие.

Не то чтобы за нее необходимо было переживать, все же высший ранг Чистильщика она получила не за красивые глазки.

Хотя, если вспомнить, как тот экзаменатор-министр на нее смотрел… как жаль, что тот ублюдок не был драконом, Гривель мог бы тогда заразить его Арамар и убить собственными руками.

У темного эльфа было довольно много власти и связей по всей империи, но этого оставалось по-прежнему недостаточно, чтобы защитить Ингвильд от высокопоставленных ублюдков.

Увы и ах, у него выросла слишком красивая дочь, вся в отца.

— Господин Чистильщик! Спасибо, что откликнулись на наш зов! — старейшина вышел навстречу, торопливо хромая в сторону Гривеля.

Эльф тоже ускорил шаг — чтоб глава селения почти бежал навстречу и даже не побоялся промочить ног… Похоже все ещё хуже, чем написали в заявке.

— Отведите меня к зельевару, все остальное потом. — отмахнулся от долгих речей Гривель. Знает он, какую словесную истерику сейчас придется выслушивать, плавали.

Оборотни твари хитрые, чужакам ни за что лишнего куска хлеба просто так не дадут. А Чистильщик собирался стрясти с них не меньше сотни зелий.

— Но господин Чистильщик, нам необходимо ваше скорейшее вмешательство! — со смесью ужаса и отчаянья прохрипел старейшина, поравнявшись с эльфом.