Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 227

Сталин тыкнул пальцев в сторону расстрельной ямы:

- …Чтоб не подвести своего непосредственного начальника – Наркома НКАП Шахурина? Генерала Петрова – с которым сдружились во время командировки?

- Нет! Такие сантименты в среде вашего обитания не приняты. Тогда для чего?

Бросив полный лютой ненависти взгляд в сторону расстрельной ямы:

- Шахурин то ясно – выполнял план покойных Кагановичей по разгрому советской авиации… Генералы, тоже вполне понятно: воевать умением они не способны – что доказал присутствующий при разговоре Смушкевич на Халхин-Голе, отчего и требовали как можно больше самолётов – чтоб задавить супостата числом.

- А Вы, Яковлев?

Слегка толкнув в грудь, так что он был вынужден сделать шаг назад, чтоб не упасть:

- Чтоб добить Поликарпова! Чтоб никому из руководства СССР, даже в голову не пришло запустить в серию его «И-185» - на который требуется много алюминия и, поэтому - в огромных количествах этот истребитель не построишь. Чтоб, советская авиация – надолго оставалась деревянной, с чисто вылизанными в аэродинамическом отношении поверхностями.

- И начался разгром!

Глаза Сталина метали молнии, а голос был подобен грому:

- Разгром авиации СССР. С вашей, Шахурина и генерала Петрова подачи - уже в феврале 1940-го года Комитет обороны разом увеличил на сорок процентов и без того напряжённую полугодовую программу выпуска самолетов и авиамоторов127. На предприятиях – аврал за авралом. Не дожидаясь окончания строительства новых профильных заводов, Наркомату авиационной промышленности передавались шестьдесят предприятий из других отраслей народного хозяйства. Удвоение количества заводов повлекло за собой приток неквалифицированной рабочей силы. Чудовищные планы производства приводили к упрощению и нарушению технологий.

- Было принято решение о резком сокращении сроков испытаний опытных машин. В ряде случаев самолеты запускались в серийное производство еще до окончания испытаний… И без того хромающее качество серийных машин, разом опустилось ниже уровня городской канализации.

- И всё это для того, чтобы добить «старичков»!

Чуть успокоившись, Сталин на него подозрительно глянул:

- Кстати, Яковлев… А почему Вы называли Поликарпова «стариком с пустыми руками», который способен «завести нас только в болото»?

Александр возмутился:

- Кто? Я?!

- Ну не я же! Николаю Николаевичу всего сорок шесть лет: если у человека есть талант (а у него, безусловно есть талант!), то этот возраст - самый его рассвет. Вот товарищу Сталину – уже шестьдесят два, не так давно стукнуло. Так Вы, что Яковлев? На что-то намекаете?! На то, что Вождь и Учитель – «старичок с пустыми руками», что он – «затирает молодых и перспективных» политиков, что он – «способен завести» советский народ «только в болото»? А Вы не много на себя берёте, товариччч?!

Яковлев в панике:

- Я такого не говорил!

Тем не менее Сталин настойчиво, давя на психику:

- Не говорил – так думал. Точнее – думаешь! А потом напишешь в какой-нибудь брехливой книжонке под тензиционным названием на обложке… «Цель жизни», например. Её будут читать школьники и верить тебе, скотина! И знать не знать и, ведать не ведать, что было на самом деле…

Сталин, тяжело задышал, раздувая ноздри:

- Вред нанесённый Вами, Яковлев, смогут подчитать только потомки – по черепам из оставшихся после войны безымянных братских могил. Могил советских бойцов и командиров, могил мирных жителей – стариков, женщин и детей - так и не дождавшихся защиты с неба.

- И я б, тебя лично пристрелил… И причём не по-людски - пулей в затылок… Картечью в брюхо! Чтоб ты, мразь - ползал вокруг этих сосен, наматывая на них собственные кишки.

Стало так страшно, что у Александра подкосились ноги и, он бы обязательно рухнул бы оземь, если бы его вовремя не подхватил капитан.

***

Несколько раз глубоко вздохнув-выдохнув, Сталин успокоился и даже как ни в чём не бывало, приветливо улыбнулся:

- Но на ваше счастье, Александр, у товарища Сталин имеется один очень серьёзный недостаток… Он – ответственный! Он чувствует себя ответственным за тех - кого выдвигает. А в отличии от Шахурина и иже с ним – «выдвинул» Вас именно он. И что ещё немаловажно: в отличии от Микояна, Горбунова и прочих «молодых, перспективных, затираемых» - Вы настоящий авиационный конструктор, сделавший себя сам.

Несколько склонив голову на бок:

- Понимая вашу натуру, Яковлев и осознавая - что её не переделать, товарищ Сталин готов дать вам шанс искупить свою вину перед советским народом. Он даже готов удовлетворить ваше тщеславие…

Положив ему на плечо руку, от тяжести которой у Яковлева подогнулись коленки, заглянув через глаза в самую душу, Вождь спросил:

- …Вы слышите, что я говорю? Вы понимаете, про что я?

Почувствовав на плече знакомую руку, он на удивление быстро пришёл в себя и, кивнул головой. Затем, судорожным движением кадыка проглотив комок в горле, хрипло ответил вопросом на вопрос:

- Насколько я понимаю, речь идёт о каком-то задании?

- Совершенно верно.

Поняв, что постояв на самом краешке могилы, Яковлев горячо затараторил путаясь в мыслях и коверкая слова:

- Приложу все силы, тов… Ни сил, ни жизни не пожалею… Я не подведу… Искуплю вину…

Сталин, понимающе-снисходительно усмехнувшись:

- Я в этом не сомневаюсь, Александр. Вы готовы выслушать задание прямо сейчас или отложим это на другое время…

Покосившись в сторону общей могилы:

- …И место?

Перепуганный разум требовал отложить, но погубившее неимоверное множество кошек любопытство, пересилило:

- Я готов выслушать ваше задание, товарищ Сталин…

Вслед за своим собеседником посмотрев в сторону приговорённых - сидящих на краю собственной могилы, он даже с каким-то вызовом добавил:

- …Прямо сейчас и прямо здесь!

Не снимая руки с его плеча, Сталин начал:

- Ну, тогда слушайте… Пока вы там со своими советскими коллегами бодались за звание «Короля истребителей», в авиационном мире произошла революция: 27 августа 1939-го года в Германии полетел опытный экспериментальный образец самолета «He-178» с турбореактивным двигателем «He.S-3b». По своей скорости – 700 километров в час, он сделал как маленького и вас с вашей «деревянной аэродинамикой» и всю кодлу «молодых, перспективны - но прежде затираемых»… И, даже самого Поликарпова с его «И-185»! Скажу больше: 15 мая в 1940 году Вилли Мессершмитт официально представил в Министерство авиации (RLM) проект нового истребителя «Р-1065». В будущем «Ме-262».

С любопытством глядя на него:

- Разве Вы этого не слышали, Александр?

- Нет, товарищ Сталин. Не слышал.

С притворной досадой хлопнув себя по лбу:

- Ах, ну да… Как я мог забыть? Разведка же наша – самая «предупреждающая» разведка в мире и, мыслит она – куда более высокими категориями, чем какая-то «революция в авиации».

- Так вот… Учёные и конструкторы всех ведущих авиационных держав мира, уже вовсю работают над реактивными самолётами и естественно – двигателями к ним. Даже итальянцы! Конечно, британцы и американцы отстают от германцев, но не критично - всего на год-два.

- Советский Союз же, рискует отстать на десятилетия – как в случае с самолётами с поршневыми двигателями. И будет потом опять догонять в бешенной и безумно дорогостоящей гонке. И догонит ли, это ещё вопрос!

- К счастью как это чаще бывает, новшество пока не встретило особого восторга – ни у руководства Люфтваффе, ни Третьего Рейха в целом. К реактивной авиации пока не относятся серьёзно, ибо поршневая, ещё не до конца исчерпала себя. Поэтому у нас имеется шанс вырваться несколько вперёд.

Далее Сталин рассказал, что в СССР турбореактивными двигателями занимается конструкторское бюро Архипа Люльки, которое в данный момент переводится из Ленинградского Кировского завода в Москву - в «Центральный институт авиационного моторостроения» (ЦИАМ), где ему будут созданы все условия. Но какие бы условия не создавались, какие бы лучшие инженеры-двигателисты страны не привлекались для помощи Люльке - первый опытный образец надо ждать не ранее этой осени. А что-то годное в серию – года через два, не раньше.