Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 173

Четверть всей выпускаемой в стране авиатехники… Шалишь, брат!

Достаю блокнот, карандаш и:

- Ленинградский «Завод № 23», московский «№ 301» и «№ 31» в Таганроге. Ну а двигатели пока будем снимать с этого плавающего говна – торпедных катеров «Г-5». Апосля возможно, этому катамарану и «АМ-38» обломится, или ещё что покруче…

Например, дизели с «Хер-2».

Ленинградский «Завод № 23», бывший «Руссо-балт», ныне выпускает «У-2», который можно выпускать и где-нибудь в другом месте…

Мало ли на Руси столярных мастерских?

«Таганрогский завод имени Димитрова №31», ранее специализировался на производстве летающих лодок.

Так что там в теме!

Входящий в НКАП Московский «№ 301» в Химках - это прежде была мебельная фабрика, предназначенная для обустройства здания Дворца Советов, затем - «Кунцевский завод авиационных винтов и лыж». В данный момент же, завод - выпускающий музыкальные инструменты, а точнее – рояли.

Можно на войне обойтись без роялей?

Нужно!

На скорую руку написав пару слов:

- На совещание с танкистами больше не ходите: о всех решениях там принятых - Вас оповестят, если они непосредственно вашего наркомата касаются. Сейчас направляйтесь в мой Секретариат и пусть оформляют…

Пожимая на прощанье руку:

- …И прямо с сегодняшнего дня начинайте работать, товарищ Нарком!

Глава 17. «Прокачать железо»: действительно лучший танк Второй мировой войны.

Академик В.С. Емельянов, о встрече Сталина с конструкторами танка «Т-34»: 

«Морозов:

- Новая башня гораздо лучше держит снаряд из пушки. Монолитная броня не имеет таких уязвимых мест, как сварная.

Сталин:

- Это соображение серьёзное. Скажите, товарищ, а как изменится положение центра тяжести танка при переходе на новую башню?

Морозов:

- Положение центра тяжести танка измениться не должно. Ну если и поменяется развесовка, то незначительно.

Сталин:

- Мне, товарищ конструктор, такой инженерный термин – «незначительно» – не знаком. Покажите расчёты!».

После обеда, генеральный апгрейд танка «Т-34» я начал «с конца» – если сравнивать с таковым же дообеденным перезапиливанием «КВ».

- Одного штурмового танка Красной Армии мало, ей нужен маневренный танк для действий в глубине обороны противника после прорыва его обороны – пусть даже и «лёгкого бронирования»…

Конечно же ни про какой «Т-34М» (или как там) его я даже не заикался. Его проект будет готов лишь в апреле месяце и, навряд ли, я что-то смогу кардинально изменить.

«Реальный» Т-34 провоевал всю войну?

Провоевал.

И этот провоюет!

Особенно, если не полениться и совсем немного поработать над ним с набором напильников в руках.

- …И их должно быть не просто много, товарищи харьковчане. А очень много!

От харьковчан, после генеральных испытаний их новейшего, неуязвимого и вообще - «лучшего танка Второй мировой», в живых осталось всего трое… Да и то – имевших у его созданию несколько апосредственное отношение: Директор «Завода № 183» Максарев, главный инженер того же предприятия Махонин и «районный инженер» - главный приёмщик от ГТУ КА на «Заводе № 183», военинженер 2 ранга Козырев.

И все трое мне внимательно внимали, боясь пропустить хоть слово.

- План на осень этого года – две тысячи танков и специальных машин на их базе в месяц.

У всей троицы синхронно отвисли челюсти а, в зале раздалось единое «Аааххх!».

Первым придя в себя, Махонин:

- Товарищ Сталин! Это – невозможно!

Я же весело щерясь:

- Невозможно, или не реально?

Сбит с толку, смотрит по сторонам, но не найдя подсказки:

- А какая разница?

- «Не реально» - спать на потолке, или штаны через голову снимать. А всё «невозможное» - возможно, если хорошенько подумать и сильно захотеть.

Обращаясь к Наркому танкостроения, приказываю:

- На базе головного предприятия – Харьковского танкового завода «№ 183», создать Производственное объединение «Южные машиностроительные заводы» (ПО «Южмаш»). Кроме него и харьковского же «Завода № 75» - переходящего с производства танковых дизелей на производство танковых же трансмиссий, в объединение входит Мариупольский завод «Имени Ильича» и «Николаевские объединённые государственные заводы имени Андре Марти»…

От полученного - воистину царского подарка, харьковчане буквально остекленели…

Ещё бы!

Первое предприятие, это понятно: броня.

А второе?

ООО!!!

Это – «Монтана»!

А «Монтана» - это пизд… Хм, гкхм…

Ах, какой я молодец!

Это - судостроительные верфи, на которых в разное время было построено до трети всего флота страны - как гражданского, так и военного. После их, почитай - бескровного захвата гитлеровцами (или даже румынами, точно не помню), на верфях судостроительных заводов в Николаеве осталось множество недостроенных советских кораблей: линкор «Советская Украина», лёгкие крейсера «Орджоникидзе» и «Свердлов», эсминцы «Отменный», «Обученный», «Отчаянный» и «Общительный», 4 сторожевых корабля класса «Ястреб», несколько подводных лодок и ряд других кораблей помельче.

Целый флот довольно-таки приличной морской державы!

Большинство из них за время оккупации были частично или полностью разобраны на металл - который был вывезен на предприятия Рейха, или использовался на месте для создания долговременных оборонительных укреплений против Красной Армии.

Кроме корпусов кораблей с готовностью от трёх до двадцати двух процентов, германцы разжились на николаевских судостроительных заводах массой ценного заводского оборудования, уже изготовленными механизмами корабельных систем и вооружения.

Ну и опять же – кадры!

Угнанные в Германию кадры судостроителей, которые могли бы делать до войны не бесполезные плавающие утюги, а танки. Танки, которые могли бы вообще не допустить захвата города. Но вся наша история, увы, состоит из одних лишь упущенных возможностей…

Общая площадь судостроительных предприятий Николаева составляет под сотню квадратных километров. Их производственные мощности сосредоточены в 286 производственных зданиях и 165 промышленных сооружениях.

Это целый комплекс почти полного цикла!

Цеха металлообработки, изготавливающие заготовки и отдельные детали корпусов судов из листового и профильного проката - включает в себя участок правки листового и профильного проката, участок порезки листа толщиной от 3 до 100 мм, максимальным габаритом 3000×12000 мм. Широкий ассортимент листогибочного и прессового оборудования, позволяет производить гибку листовой и профильной стали толщиной до 60 мм.

Транспортировка полуфабрикатов и деталей между производственными участками осуществляется с помощью рольгангов и кранового оборудования грузоподъемностью от 2 до 20 тонн. Пропускная способность имеющегося оборудования позволяет обрабатывать около 40 000 тонн металла в год.

Сборно-сварочные цеха оборудованы кранами грузоподъёмностью 30 - 80 тонн, что позволяет изготавливать секции весом от 30 до 120 тонн. 

Своё машиностроение – судовые вспомогательные механизмы, двигателестроение – паровые котлы и турбины и, даже малярное производство… Николаевские судоверфи выпускали даже вагоны и паровозы для собственных нужд.

Так что ещё надо?!

После начала выполнения десятилетней программы строительства «Большого флота», ничего гражданского на верфях не строилось. А после свёртывания программы строительства «Большого флота», дальнейшее нахождение последних предприятий в составе Наркомата судостроительной промышленности, является бессмысленным.