Рыцарь из ниоткуда. Книга II. Сборник (СИ) - Бушков Александр Александрович - Страница 148

– Когда-нибудь, когда делать будет совершенно нечего. В самом деле, зачем нам отличать «плохие» деревья от «хороших»? Ты, кстати, не знаешь, по каким критериям отбор идет? Почему одни плохие, а другие хорошие?

– Не знаю, – призналась Канилла. – Умение меня теперь есть, а почему одни плохие, а другие хорошие, и в чем то и другое выражается, решительно не понимаю. И не собираюсь над этим голову ломать. Но с бабушкой вы встретитесь, когда найдете время? Очень ей этого хочется, я же вижу…

– Непременно, – сказал Сварог.

– Ну вот, начали издалека и помаленьку пришли к рассказу, откуда у меня невидимость… Да, вот что еще. Мне вчера попалось упоминание о древознатцах. Я сидела на ночном дежурстве, делать было совершенно нечего, вот и лениво шарила по архивам. И наткнулась на меморандум Кристана… Он в том числе и о древознатцах пишет.

– Ну да, конечно, – хмыкнул Сварог. – Рано или поздно каждый новичок натыкается на меморандум Кристана. И многие им поначалу очень воодушевляются… У тебя с этим как?

Канилла пожала плечами:

– Ну, не скажу, чтобы он меня так уж воодушевил, но что-то в этом есть.

Сварог усмехнулся:

– Это называется «легкой формой». Когда не воодушевляются, но начинают говорить, что «в этом что-то есть»… Я легкой формой тоже поначалу переболел.

– И, судя по вашему тону, преисполнились скепсиса?

– Как очень и очень многие, – сказал Сварог. – Почти все. Потом, как следует поразмыслив, приходишь к выводу, что это не более чем изящная игра ума. Очередная из множества…

– Ну, не знаю… – сказала Канилла с некоторым сомнением.

Ты переболеешь, мысленно обнадежил ее Сварог. Почти все этим переболели – это нечто вроде кори, неизвестной, как и другие болезни, в Империи, но присутствующей на земле – где ее, впрочем, давно уже довольно успешно лечат…

Меморандум Кристана, названный по имени его автора, появился лет триста назад. Лорд Кристан, будучи тогда совсем молодым, служил в восьмом департаменте, и ему поначалу прочили большое будущее. Которое он, увы, собственными руками угробил…

Означенный меморандум оп однажды официальным образом представил по начальству – был уже тогда на должности, как раз и позволявшей подобные меморандумы со своими соображениями подавать по начальству. Речь там шла о ситуации, в общем, с давних пор прекрасно известной: о том, что крестьянство как таковое пребывает совершенно вне поля зрения восьмого департамента (как и земных тайных полиций тоже). Ничего хотя бы отдаленно похожего на сеть информаторов там не создано – в противоположность тому, что имеет место быть в городах. Восьмой департамент полагает, что достаточно рутинного наблюдения с помощью орбиталов, а земные тайные полиции считают, что вполне достаточно сельских стражников, имеющих свою агентуру.

В общем, факт столь же банальный, как то, что у всякой реки непременно два берега, Солнце встает на восходе, а картофельная водка бьет по мозгам гораздо сильнее, скажем, ячменной. Однако Кристан присовокупил к этому оригинальную для своего времени идею: он считал, что подобное небрежение тем, что происходит в массе народа, составляющей примерно восемьдесят процентов населения земли, может однажды привести к тому, что там вызреет некая крайне серьезная угроза – не только для земных королевств, но и для Империи. И может оказаться так, что спохватятся поздно. А потому предлагал проект создания среди крестьянства широкой информационной сети восьмого департамента на манер городской.

С чисто технической стороны проект был хорош. Но с практической показался совершенно ненужным, поскольку был лишен всякой конкретики, и эта самая «крайне серьезная угроза» представала чистейшей воды абстракцией. Профессионалы (и не обязательно в спецслужбах) крепенько недолюбливают абстракции и отвлеченные рассуждения. А потому нет ничего удивительного в том, что меморандум, пропутешествовав по паре-тройке инстанций, везде был отмечен стандартной резолюцией «оставить без внимания». С подобными документами такое случалось далеко не в первый и наверняка не в последний раз – и в имперских учреждениях, и на земле.

Тут бы Кристану и уняться – а он не унялся. Стал отсылать меморандум все выше и выше, в конце концов, достигнув верха иерархической лестницы восьмого департамента, пошел выше – в Канцелярию земных дел, в Кабинет Канцлера. Вполне возможно, даже наверняка, он добрался бы и до Кабинета императора – но попросту не успел. Как-то незаметно перешел в категорию надоедливых сутяжников, пустых прожектеров, которых сначала вежливо увещевают, а потом, когда уж особенно достанут, начинают бить больно – в переносном смысле, конечно, но «прожектеру» от этого не легче, порой наоборот…

Кто-то в Канцелярии земных дел пошел по избитому (хотя порой и эффективному) пути – приказал составить межведомственную комиссию и рассмотреть все всерьез.

Насколько понял Сварог, комиссия работала довольно объективно и копнула глубоко. Прежде всего выяснилось, что Кристан изобрел велосипед – подобные идеи со времен основания Империи выдвигались примерно раз в поколение – с некоторыми несущественными различиями. И в первую очередь Крисгану заявили: за все время существования Империи так ни разу и не объявилось пресловутой «крайне серьезной угрозы». Да, иные мелкие крестьянские умения вроде древознатцев, приманивателей рыбы или насылания грозы так и остались загадкой для науки – но исключительно оттого, что особого интереса для науки не представляли (шла речь и о том, что не хватает ученых для решения более серьезных задач). Угрозы масштабом гораздо меньше порой объявлялись, но с ними всякий раз успешно и вовремя справлялись уже существовавшие службы, имперские и земные. В тех случаях, когда они имели отношение к чему-то черному, достаточно было институций вроде Багряной Палаты или второго управления восьмого департамента. Ямурлакская нечисть была известна наперечет, давным-давно классифицирована и, что важнее, наружу не лезла – а, если и бывали редкие исключения, с ними опять-таки успешно справлялись. Одним словом, окончательный вывод комиссии гласил: непрактично, нерационально и, говоря без дипломатии, глупо было бы прилагать массу усилий и вовлекать массу людей, чтобы создавать обширную сеть даже не для поиска – для ожидания Неизвестно Чего. Вразумить Кристана, увы, не удалось, и он обратился в инстанции более высокие – но и там успеха не имел в первую очередь из-за отсутствия в своих рассуждениях какой бы то ни было конкретики. Даже расположенные к нему люди пожимали плечами и честно признавались, что и в очках не видят той печки, от которой следовало бы танцевать. Финал оказался банальным: как часто случается, Кристан в борьбе за свою идею забросил служебные обязанности, отчего автоматически проистекали конфликты с начальством и коллегами. Кончилось все тем, что его отправили в отставку – и, положа руку на сердце, Сварог мысленно признавался, что на месте тогдашнего начальства Кристана поступил бы точно так же. Абстракций и отвлеченных рассуждений он точно так же не терпел – если они мешали нормальной работе.

Оказавшись не у дел, Кристан отправился на землю – если конкретно, в Равену (он приятельствовал с тогдашним начальником тайной полиции Ронеро, разделявшим идеи Кристана применительно к вверенному ему королевству). Обоим удалось заинтересовать тогдашнего молодого короля – и начальник тайной полиции получил высочайшее разрешение на создание новой службы и даже солидное финансирование. Начальником этой службы как раз и стал Кристан, получивший от короля титул земного графа и чин тайного советника (в Империи к этому отнеслись не то что снисходительно, равнодушно – чем бы дитя ни тешилось…).

Просуществовала эта служба года три. Потом в кругу высших ронерских государственных чиновников стало помаленьку нарастать недовольство: шло время, а немалые денежки без малейших результатов проваливались в этакую бездонную бочку. Как у всякого начальника тайной полиции, у земного покровителя Кристана оказалось немало могущественных врагов, радостно ухватившихся за прекрасный повод свалить противника. Тем более что в новой службе, как частенько случается, всплыли досадные недочеты: кто-то присваивал казенные денежки, кто-то использовал подчиненных в личных целях, кто-то привлекал в качестве «экспертов» шарлатанов, авантюристов и мошенников. Закрутилась очередная придворная интрига, в конце концов начальника тайной полиции вышибли со службы без пенсии и мундира, и он, получив недвусмысленный намек от короля, не видевшего больше проку от новой игрушки, отправился в свое дальнее имение. Кристана, правда, уволили гораздо вежливее – как-никак лар, Его Небесное Великолепие, но отстранили от всяких дел. Вернувшись в Империю, он недолгое время строил новые проекты (точнее, дополнения к основному), пытался заинтересовать ими и Магистериум, и Мистериор, но успеха нигде не снискал – и, как писалось в старинных романах, стал вести жизнь затворника, практически не появляясь в свете и, по слухам, занимавшимся какими-то экспериментами и исследованиями, к которым никто уже не относился серьезно. Он и сейчас жив – пожилой, но не старик…