Как выглядит будущее? - Урри Джон - Страница 34

Как уже отмечалось, технологии и практики персональной печати изделий могут подорвать существующие системы потребления, производства и перевозки товаров, вызвав каскадные последствия в цепочках поставок во всем мире. Скотт Саммит, один из основателей калифорнийской компании Bespoke, занимающейся проектированием и 3D-печатью изделий на заказ, отмечает: «Никакого смысла организовывать производства за рубежом нет. Здесь нас ждут одни только транспортные расходы» (цит. по: Vance 2010: 2). Компании на протяжении уже долгого времени пытаются сократить затраты, используя меньше материалов. Некоторые видят в данной практике последствия наложения таких факторов, как открытое программное обеспечение, увеличение доступа населения к интернету и расширение пропускной способности интернет-каналов, широкое распространение принтеров и практики покупки товаров в Сети.

В интервью телерадиовещательной корпорации BBC один из специалистов утверждает, что «целым предприятиям, построенным на создании и производстве одного изделия и его доставке во все точки мира, вдруг приходится перестраиваться, поскольку выясняется, что выполняемая ими в экономике роль оказывается не такой уж и центральной» (Sieberg 2010). Гораздо менее понятно, зачем компании заказывать срочную доставку самолетом необходимой запчасти из-за границы, если ее можно произвести с помощью 3D-печати когда и где угодно.

Ключевое значение здесь имеет возможность производства изделий в районе проживания потребителя или – при наличии у него соответствующего принтера – им самим. Местные пункты 3D-печати могли бы располагаться как в центральных районах городов, так и в складских помещениях или торговых центрах. Необходимо отметить, что некоторые устройства способны сканировать объекты и печатать их копии, что позволяет добиться значительного сокращения расходов. По словам вице-президента компании Autodesk Джеффа Ковальски: «Производство, скорее всего, станет более локализованным. Мы уже не будем перевозить огромные объемы сырья по всему миру, изготавливать товары в регионах с дешевой рабочей силой и везти их обратно. Если производство какого-либо изделия почти ничего не стоит и, что еще важнее, выполнение технически сложных задач не требует никаких затрат, то это изделие можно изготавливать и на месте» (цит. по: Karlgaard 2011: 1).

Все это должно сделать возможной печать по требованию или даже печать по потребности вместо традиционной системы заказа, складирования, доставки и обеспечения. Кроме того, распространенные сегодня практики в моде, хобби и занятиях, связанных с персонализацией, ремонтом и кастомизацией, могут увеличиться в масштабах, заняв одно из центральных мест в розничной торговле и досуге. При наличии неограниченной пропускной способности и нулевого периода ожидания в Сети традиционная модель торговли может оказаться «перевернутой с ног на голову»: «разработкой изделий для 3D-печати», осуществляемой в развитых странах, будут заниматься «ремесленники» из развивающихся стран, что приведет к преобразованию нынешних ремесленных производственно-сбытовых цепочек (Bell and Walker 2011: 532).

Таким образом, мы можем рассматривать 3D-печать в качестве одного из аспектов более широкого технологического процесса, в рамках которого цифровая информация находит материальное выражение и благодаря «ремеслам будущего» наделяет пользователей новыми возможностями. Часть этого процесса – создание новых моделей изделий, состоящих из отдельных блоков, которые могут быть самостоятельно собраны пользователями подобно тому, как они сами могут собирать мебель IKEA (www.itproportal.com/2011/7/25/ objet-demonstrates-ready-use-3d-printing).

Новые или видоизмененные практики, возникающие в связи с 3D-печатью на дому или у местных поставщиков данной услуги, могут рассматриваться и в качестве одного из аспектов самообеспеченности или даже переходного состояния. «Города переходной модели», такие как британский город Тотнес, ставят перед собой задачу развития местных общин при поддержке местных производителей, точечных дотаций и ремесел, а также альтернативных форм обмена, включая бартер (Hopkins 2011). Желание со стороны городов переходной модели обеспечить себя собственными квалифицированными кадрами и продукцией основано на отказе от длинной производственно-транспортной цепочки, свойственной современной социоматериальной системе. 3D-печать может стать серьезным подспорьем в расширении местных производств, самообеспеченности и использовании возобновляемых источников энергии.

Наконец, важно отметить, что с 3D-печатью связано большее число вопросов, касающихся авторских прав и прав собственности (см.: Weinberg 2013). Некоторые критики усматривают аналогии между 3D-печатью и пиринговой файлообменной сетью Napster, позволявшей нелегально скачивать музыкальные файлы, защищенные авторскими правами. Перед информационной экономикой, построенной на продаже цифровых моделей, а не продуктов, стоит много проблем. Среди прочего пока остается неясным, как цифровые технологии защиты авторских прав, используемые в настоящее время в музыкальных файлах, могут быть применены к моделям, которые можно легко видоизменить и переработать.

Кроме того, некоторые напечатанные объекты затем могут быть использованы для совершения преступлений, и это тоже представляет проблему. Так, 3D-печать позволяет на основе фотографии изготовить ключи для доступа в закрытые помещения (www.independent.co.uk/life-style/gadgets-and-tech/news/the-3dprinted-key-that-can-unlock-anything-9701203.html). 3D-принтеры могут быть использованы кем угодно, в том числе детьми и подростками, для печати таких нелегальных изделий, как оружие или контрафактная продукция.

Кроме того, 3D-печать может привести к фальсификации объектов культурного значения благодаря производству безупречных копий на основе трехмерного сканирования оригиналов или доступности оригинальных чертежей и моделей. Истон подчеркивает важность «экономики доверия»: организации и лица, инвестирующие в ценные объекты, могут утратить доверие потребителей, если соответствующие объекты будут воспроизводиться бесконечно (Easton 2011).

В следующем разделе я рассмотрю возможные пути развития в этом направлении. Необходимо отметить, что общественные науки пока уделяют очень мало внимания последствиям развития 3D-печати, хотя оно может иметь множество самых разнообразных последствий для моделей социального будущего (Gore 2013).

Четыре возможные модели будущего

Футуролог Брайан Джонсон, сотрудник компании Intel, предложил использовать научную фантастику в качестве одного из методов исследования будущего. Он утверждает, что прогнозирование будущего сегодняшних технологических новинок – это одна из главных задач для компаний, где конечные версии продуктов появляются через много лет после получения ими патентов, создания прототипов и проведения обстоятельных испытаний (Johnson 2011: 31). Джонсон видит в прототипах, описываемых в произведениях научной фантастики, новый инструмент прогнозирования. «Прототипом» в данном контексте выступает «рассказ о каком-либо изделии или его художественное описание» (Johnson 2011: 12).

Научная фантастика – это не только ресурс, который можно использовать для прогнозирования будущих миров, но и метод создания сценариев посредством проработки действующих лиц, сюжетов и повествований: «Истории эти посвящены не столько технологиям, мегатенденциям и предсказаниям», сколько «будущему людей» (Johnson 2011: 5).

О пользе научной фантастики для прогнозирования будущего говорят и другие авторы (см.: Birtchnell and Urry 2013b; Collie 2011). Кроме того, есть важные примеры влияния научной фантастики на самих ученых. Во многих случаях авторы произведений научной фантастики используют результаты научных исследований, но, в отличие от ученых, рассматривают их под более широким углом, а также размышляют о социальных последствиях инноваций (McCurdy 2011: 15; Verne 2005).

Теперь мы рассмотрим четыре подробных сценария будущего промышленного производства, основываясь на публикациях в СМИ, сообщениях в социальных сетях, произведениях научной фантастики, выступлениях специалистов на конференциях, докладах, интервью и мнениях ученых (Birtchnell and Urry 2013b). Здесь просматриваются две оси прогнозирования. Первая касается оценки доступности 3D-печати и возможности для пользователей приобретать и овладевать повседневными функциями и развивать социальные практики, связанные с 3D-печатью. Вторая ось касается степени, в которой крупные корпорации определяют развитие технологий 3D-печати и количество групп в гражданском обществе, вовлеченных в 3D-печать. При описании четырех различных миров особое внимание уделяется системам и проблемам, с которыми придется столкнуться обществам в период до 2030 г., включая последствия изменений климата и нехватки энергоресурсов. Каждый из этих сценариев, представленных ниже, проиллюстрирован литературными зарисовками, основанными на самом разнообразном эмпирическом материале. Эти сценарии были основной темой семинара, проведенного в 2013 г. в Лондоне.