Девять смертных грехов. Часть третья (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 57

— Так себе испытание, — рядом упорно шагал Карлос. Я невольно подумал, что по сравнению с изначальным собой он изменился сильнее всех.

— Береги дыхание, — Паула говорила, не разжимая губ, из-за этого ее голос звучал тихо и мрачно. — Пепел!

— Что⁈ — Карлос остановился, шумно восстанавливая дыхание.

— В воздухе мелкий пепел. Он втягивает в себя чистоту, — Паула прикрыла рот рукой, чтобы на этот раз говорить громче.

Я присмотрелся к рисунку местной чистоты, и действительно что-то подобное чувствовалось в воздухе.

— Я помогу, — Изабелла решила внести свой вклад.

Серо-золотая сила де Медины собрала вокруг девушки целое облако чистоты, потом сжала и нарезала на части, формируя что-то вроде масок.

— Прижмите к лицу, они отфильтруют все лишнее, — выдала инструкции принцесса.

С невидимыми масками и вправду сразу стало проще. Конечно, мы бы и сами могли поддерживать чистоту перед лицами, вот только отвлекаться еще и на это совсем не хотелось. А так маски были сами по себе, мы же могли сосредоточиться только на дороге и на более серьезных опасностях.

К неровностям дороги как раз добавились огненные саламандры. Духи огня чем-то напоминали воющих ведьм. То высовывались из камней, пытаясь откусить кусок ноги, то снова растворялись в них, словно ничего и не было.

— Чтобы пройти дальше, вам нужно собрать тысячу огненных ящериц, — полупрозрачный силуэт герцога Мирея появился перед нами, недовольно обводя нас взглядом. — Именно их тела служат топливом для Кузни, и, чтобы завершить ритуал, нужно будет больше дров.

Герцог задержался на пару мгновений, словно проверяя, услышали ли мы его, и потом исчез.

— Надо было спросить: они нужны живые или мертвые? — задумалась Монашка.

— Если рассечь руку, можно будет приманить их на кровь, — поддержал обсуждение Карлос.

Я бросил взгляд на остальных. Мои товарищи по Примере серьезно задумались над поставленной задачей, а вот принцессы молчали. Уже один раз пойдя против правил и присоединившись ко мне, сейчас они тоже не видели причин следовать им.

— Он просто хочет нас задержать, — нарушила молчание Изабелла.

— Согласна, — Луиса с сомнением посмотрела сама на себя. Видимо, нечасто ей приходилось говорить это слово другим принцессам.

— Мы защитились от пепла, который высасывал чистоту, а давление все равно никуда не делось, — добавил я.

— Думаешь, все участники — это тоже часть ритуала создания меча? — Паула удивленно приоткрыла рот. — Настоящее топливо для Кузни?

— Да, — кивнул я. — Только не все, а лишь большая часть. Уверен, тут есть и те, кто прекрасно знает, что происходит, и даже привел сюда часть союзников, чтобы повысить собственные шансы на успех.

Луиса с Изабеллой невольно переглянулись, видимо, вспоминая, как именно они оказались в этом месте.

— Принц, — выдохнула пятая принцесса.

— Ко мне тоже приходил от него посланник, — нахмурилась Изабелла. — Передал, что Карлос-Эдуард считает испытание Кузни хорошей тренировкой для нас. Что мы сможем и проверить себя, и прикрыть первую принцессу, если кто-то из врагов решит действовать уж слишком активно.

— Но почему? — Луиса яростно сжала кулаки.

— Не понимаешь? — смерила ее взглядом Изабелла. — Мы носим титулы принцессы, но мы сами по себе. Тебя, несмотря на все последствия и даже прямые приказы, прикрывает отец вместе со второй армией. Меня — это не так и важно! Главное, мы не едим с его рук, как все остальные принцессы Астурийские, и будущего наследника это не очень устраивает. А тут такой шанс убить сразу целую стаю кроликов.

Принцессы замолчали, они сказали все, что хотели.

Я же думал о том, что Изабеллу прикрывает братство. Тоже самостоятельная сила, с которой мы иногда сталкивались, но иногда и сражались на одной стороне. И кто окажется рядом в самый ответственный момент — кто-то вроде седьмой тени или прелата Айяллы?

— Идем! — я махнул рукой, приглашая всех двигаться дальше.

Охота за саламандрами закончилась, так и не начавшись, а мы через десять минут дошли до черного зева пещеры, ведущего куда-то вглубь горы. Из него так и пыхало жаром, и стало понятно, что никакого зелья не хватит, чтобы остановить подобную мощь. А вот сила рыцаря смерти могла справиться… Я окунулся в недавно обретенную способность. Она должна была использовать совсем другую силу, но после заточения у повелителей нежити я смог доработать ее под чистоту.

Окутал себя, а потом придал форму — вокруг тела появился морозный доспех. Не такой массивный, как у рыцаря смерти, но он защищал от жара, да и в бою мог прикрыть. Остальным такая плотная форма была совсем не нужна. Так что я добавил лишь легкую изморозь на их собственные доспехи. Словно рисунок, вышитый пушистыми синими нитками. Каждому свой: не ради красоты, а чтобы подстроить под их собственную чистоту и не мешать использовать привычные способности.

Правда, не все это поняли. Ученики Примеры только выдохнули, радуясь пропавшей жаре, а вот принцессы смерили меня задумчивыми взглядами. Быстрыми… Никто из нас не собирался тратить время просто так. Мы юркнули в пещеру, заглушая все звуки чистотой. Я же заодно пытался заглушить и колебания самой чистоты вокруг нас, чтобы нас точно не заметили раньше времени. Плащ ревенанта разделился на несколько полупрозрачных частей, и вроде бы у меня получилось. В стенах, мимо которых мы проходили, точно было несколько ловушек, но они так и не смогли нас засечь.

И вот спуск закончился, перед нами оказался огромный зал, закованный в сталь. Действительно, все стены были укреплены стальными полосками, чтобы не дать горе развалиться на части от огромного давления. То тут, то там были видны вбитые в гранит чистые драгоценные камни: они связывали отдельные элементы стальной клетки в единую структуру. Очень сложная конструкция. Я признался себе, что сам такую смогу рассчитать еще не скоро.

— Но потом бы смог? — с интересом уточнило сердце.

— Потом бы — смог, — кивнул я. — По большому счету, это тот же рисунок, где просто нужно будет учесть не десяток переменных, а пару сотен или тысяч. Не сложнее, чем для старого меня поверить, что однажды я смогу сражаться с десятками иелчу или рыцарями смерти.

— Действительно, если знаешь принцип, а задача бьется на части, то почему бы и нет, — задумалось сердце.

Я не ответил.

Вход в пещеру находился в низине, и мы как раз выбрались из нее, рассмотрев, что же еще тут есть. Как оказалось, под нами был огромный загон, забитый тысячами саламандр. И сейчас их ударами хлыста загоняли в узкий проход, ведущий в центр зала.

— Да, дополнительная тысяча ящериц тут бы ничего не решила, — выдохнул Карлос.

— Это же… Рыбаки! — Монашка всмотрелась в лицо одного из погонщиков и неожиданно узнала одного из безобидных, как все раньше считали, местных жителей.

Сейчас бы так никто не подумал. Никакого подобострастия или неловкости. Каждый из нас чувствовал перед собой воина, причем не одиночку, а часть огромной силы. И таких тут были сотни!

— Вы рано, — на возвышенность с другой стороны зала вышел герцог Мирей. На этот раз он не использовал свет или какие-то другие уловки, показавшись во плоти. — Впрочем, лично я не против дополнительных игроков на аукционе. Больше участников, выше цена, вы не согласны?

В руке герцога словно из воздуха появился огромный молот, и он стукнул им по полу. Тут же дальняя стена пошла трещинами и обвалилась, открывая вид на огромный котел и горящее под ним ровное синее пламя. Очень необычная конструкция. Непонятно, из чего был сделан котел, то ли из концентрированной чистоты, то ли из огромного драгоценного бриллианта, но он был прозрачным. Я видел, как внутри плещется жидкая сталь, а под котлом бушует пламя, состоящее из сотен живых саламандр.

Неожиданно прямо сквозь стенку котла проступила небольшая серая капля — часть стали выбралась наружу, скатилась вниз, оторвалась, но не упала, а зависла в воздухе прямо между котлом и пламенем. Только после этого я заметил, что там висит еще несколько таких же капель, которые медленно тянулись друг к другу, готовясь собраться в новое единое целое.