Вечер медведя (ЛП) - Синклер Шериз - Страница 50

Неумолимый взгляд Райдера говорил о том, что ей лучше приберечь свои слова.

Когда она попыталась остановиться, Бен потянул ее за собой, как будто она была размером с Минетту.

Зажатая между братьями, она подошла к Калуму.

— Ты хотел поговорить со мной, Козантир?

— Да, Эмма. — Он молча изучал ее. Его взгляд остановился на ее исцарапанном лице, исцарапанных руках. Ее раненая нога так распухла, что Бену пришлось ослабить бондаж. — Я дал тебе дом на этой территории. В этом клане.

Во рту у нее пересохло.

— Я благодарна, — прошептала она.

— И все же ты бросила вызов нашим законам, сбежав с Собрания — традиции, которая поддерживала жизнь Даонаинов на протяжении многих поколений. — Мягкость его слов только подчеркивала его гнев.

— Козантир, я…

— Каждый представитель нашей расы должен сыграть свою роль, чтобы уберечь наш народ от медленной смерти. Ты знаешь это, бард.

— Знаю, — прошептала она. Ее сердце колотилось так сильно, что она не могла дышать. Неужели ее снова прогонят? Теперь, когда она только нашла дом? Она снова останется одна, никогда не заговорит с другим оборотнем, не прикоснется к другому.

Она проглотила тошноту и сумела — с трудом — встретиться взглядом с его черными — пречерными глазами.

— Пожалуйста, прости меня, Козантир. Я запаниковала. Запаниковала и побежала. От человека, не от Собрания. — Когда он не двинулся с места, она предложила: — Я пыталась вернуться. Я просто не могла двигаться достаточно быстро.

Тьма исчезла из его взгляда.

— Я знаю о твоих усилиях вернуться — вот почему это всего лишь предупреждение.

Он знал? Конечно, знал. Козантир мог обнаружить любого оборотня на своей территории. Он, вероятно, точно знал, где она повернула и направилась обратно к Колд — Крик.

Козантир наклонил голову и отпустил ее от своего пристального взгляда.

Ее колени подогнулись, и только сильная рука Бена удержала ее на ногах.

— Пойдем, медвежонок. Тебе нужно что — нибудь выпить, — сказал Райдер.

— О, это превосходная идея, — прошептала она. В горле у нее так пересохло, что она, возможно, никогда больше не сможет глотать. И все же влияние луны начало бурлить в ее крови, заставляя ее слишком остро ощущать тепло руки Райдера на своей спине. О том, какой он высокий рядом с ней. О том, как ночная щетина оттеняла его подбородок.

И о том, как от беспокойства потемнели его глаза.

— Бен, есть минутка? — Джо Торсон остановил его.

— А… — Бен бросил на нее обеспокоенный взгляд.

— Я накормлю ее, брат, — сказал Райдер. — Не волнуйся.

Пока она шла рядом с Райдером к столикам, к ней подошел долговязый оборотень с дерзкой развязностью.

— Привет, новенькая. — Он уставился на нее, его щеки и губы покраснели от вожделения. — Мы пересекались с тобой в доме Туллии, помнишь? Я Чед. Как тебя зовут?

Серьезно? После того, как Козантир чуть не убил ее, теперь этот… идиот… захотел пофлиртовать? Что за безумная ночь. Где крепкое дерево, о которое можно было бы стукнуться головой?

— Я сейчас очень занята.

— Ой, да ладно. Ты действительно хорошенькая. Как насчёт…

— Как насчет того, чтобы отвалить? — предположил Райдер резким голосом.

Мужчина понюхал воздух, и его губы скривились.

— Ты не имеешь права решать, что ей делать. Очевидно, она не хотела становиться твоей парой.

В воздухе запахло агрессией.

— Отвали, придурок, — прорычал Райдер.

— Пожалуйста, — прошептала Эмма, положив руку ему на плечо. — Не надо. Здесь не место. Сейчас не время.

— Да, ты ублюдок, послушай самку, — сказал мужчина. Он схватил Эмму за руку, его хватка причиняла боль ее исцарапанной ладони.

Она втянула воздух от боли и увидела, как загорелись его глаза. И он сжал сильнее. Она почувствовала струйку крови.

Мощная рука Райдера сомкнулась на запястье Чеда, и когда он надавил, сухожилия на его запястье напряглись.

— Отпусти ее.

— Твою мать, придурок! — Чед отпустил ее руку.

Райдер толкнул его.

— Ты сделал ей больно, — Райдер толкнул его еще раз, и Чед снова отшатнулся. — Намеренно.

Эмму начало трясти. Разъяренные мужчины. Громкие голоса. Тогда будет кровь и…

Чед бросился в атаку, врезавшись головой в живот Райдера с такой силой, что тот ударился спиной о дерево.

О нет. Страх просочился в ее кровь. Драка. Нет. Она подбежала к Бену.

— Бен, останови их. Пожалуйста.

Джо поднял голову.

— Глупую собаку нужно проучить. Пусть дерутся.

— Пожалуйста….

С громким вздохом Бен неторопливо направился к самцам.

Райдер повалил Чеда на землю, оседлав его, и чертовски наслаждался каждым нанесенным ударом. Клянусь Богом, он чувствовал запах крови Эммы на руке волка. Снова услышал тихий звук боли, который она издала. Этот придурок причинил ей боль, пока она была под присмотром Райдера.

О, этот ублюдок заплатит.

Прежде чем Райдер успел пошевелиться, Бен схватил его за рубашку и рывком поднял.

— Прекрати. Это Собрание, а не война.

— Черт тебя дери. — Он заехал кулаком в живот сородичу — это было похоже на удар о каменную стену — и его следующий удар пришелся в челюсть. — Ты всегда мешаешь мне веселиться.

Отшатнувшись, Бен поднялся на ноги и бросился вперед. Он ударил Райдера огромным кулаком в живот, схватил его за плечи и швырнул через поляну.

Люди шарахались в стороны, как мыши. Болезненно приземлившись, Райдер перекатился на четвереньки. Он покачал головой, ощущая гул полной луны, разгорающийся в боевой горячке, за которым последует хорошее спаривание.

Кровь бурлила в его венах. Ему нужно кому — нибудь врезать. И не было ничего более веселого, чем колотить по гризли. Черт, прошли годы с тех пор, как они по — настоящему дрались.

Он встряхнулся, словно приводя в порядок свой мех, и вскочил на ноги, бросаясь на гризли со счастливым рычанием.

— Нет! — Эмма протестующе вскрикнула, когда Райдер толкнул брата плечом.

Бен отступил и снова ударил Райдера, отбросив того в сторону, а затем атаковал.

Драка. Ее мир раскалывался, ломался, разрывался на части громкими, диссонирующими нотами. Удар кулака по плоти. Хрюканье. Рычание. Ругань. Слезы застилали ей глаза.

Они любили друг друга. Они причиняли друг другу боль. Из — за нее.

— Остановись. Остановись, пожалуйста, остановись!

Никогда, никогда больше.

— Нет! — С душераздирающим криком Эмма бросилась вперед. Гигантское тело Бена ударило ее, как падающий дуб, и отбросило боком к Райдеру. Кулак того врезался ей в живот.

Боль. Так много боли.

От криков у нее зазвенело в ушах, когда она упала на колени, обхватив руками живот. Ножи вонзились ей в ногу, когда она упала на каменистую землю. Все болело, и она не могла… не могла дышать.

Чья — то рука поддержала ее.

— Клянусь Богом, — прорычал Бен. — Ш — ш—ш, дорогая. Не двигайся.

— Яйца Херне. Медвежонок, я не хотел… — Райдер опустился рядом с ней и помассировал ее парализованные мышцы живота.

Прошли бесконечные секунды. Шум в ушах усилился. Затем ее живот расслабился, а легкие расширились. Один вдох. Чудо.

Она глотнула побольше воздуха и обрела дар речи.

— Не надо драться. — Она схватила Бена за рубашку, Райдера за запястье. — Не надо драться.

— Клянусь Богом, я знал, что ты не изменишься. — Яростный рев донесся из ночных кошмаров Эммы. Седрик, Козантир с ее бывшей территории, прошествовал через поляну. В его волосах появилась седина, морщины на лице стали глубже.

От него исходил запах ненависти. Она открыла рот, но ничего не произнесла.

— Совсем как твоя мать. Тешишь свое раздутое эго, заставляя мужчин драться из — за тебя.

Седрик был здесь. Здесь.

— В чем проблема? — Райдер сделал паузу, несомненно, видя силу Бога, исходящую от Козантира Горы Худ.

Удушающая волна тишины заполнила поляну.

Седрик указал на нее.

— Она была изгнана с моей территории после того, как спровоцировала драку двух молодых самцов. Их битва была настолько жестокой, что они оба погибли.