Петля, Кадетский корпус. Книга двенадцатая (СИ) - Алексеев Евгений Артемович - Страница 22

— Ура… ура… урраааа!!!

А дальше праздник понесся по нарастающей, правда меня все это время мучил вопрос о том, что это, собственно, было? Однако выяснять ситуацию пока не рискнул, позже озадачу ойратов, есть у нас в отряде пара специалистов дознавателей, авось что и накопают, а пока пьем, едим и нахваливаем. «Помощник» подмечает мельчайшие детали, произнесенные шепотом слова, мимику и невербальные знаки, позже, ночью попробую расшифровать скрытые смыслы и сделать выводы, ну это если орочанки дадут мне сосредоточиться.

В целом пир прошел без дальнейших эксцессов, только брошенная невзначай просьба Бургуми Урангая, не торопиться в Золотой Город и завтра с утра поговорить тет-а-тет, внесла толику определенности, все-таки все эти разговоры затеяны не зря и возможно вскоре меня посветят в суть проблемы. А так после очередного марафона чревоугодия, танцев и музыки отправился в свою юрту. Однако в этот раз меня сопровождала всего лишь одна девушка, из тех трех, кто согревал мою постель в первую ночь. Вроде ничего страшного, кто знает по каким причинам выбыли две другие, но меня ошарашил «помощник».

— Это Эглена, дочь Бургуми Урангакая, — мысли шизы застали меня врасплох, блин едва не упал, споткнувшись о камень.

— Вероятность ошибки? — понимаю, как «помощник» пришел к таким выводам, но все же уточняю.

— Сравнение подбородка и других открытых частей лица дает стопроцентное совпадение, родинки, пигментные пятна и крупные поры кожи абсолютно идентичны, — черт ошибки нет.

Это что получается я в первую ночь спал с дочерью вождя? Ну допустим моей вины в том нет, девушки сами меня увели и, так сказать, удовлетворили, к тому же подозреваю не без согласия руководства племени. Но почему Эглена сегодня одна? Вопросов масса, ситуация непростая, однако все уже произошло, так что особого смысла волноваться нет. К тому же заранее пробивали эту тему, у орочонов в смысле секса до брака довольно вольные отношения, так что в потенциале никаких проблем возникнуть не должно, молодые люди сошлись на пару ночей и все, тем более современная контрацепция избавляет от ненужных последствий.

— Надо поговорить, — приемная дочь Бургуми заговорила сразу, как только мы остались наедине.

— Внимательно слушаю, Эглена, — садимся на постель напротив друг друга.

— Значит догадался, — в полутьме улыбнулась девушка, — Собственно именно это я и хотела обсудить.

— Что изменилось? Вчера все произошло без разговоров, — надо внести ясность в сложившуюся ситуацию.

— О том, что были вместе знают только мои подруги, они будут молчать, — отвечает Эглена, — Хотя для орочонов в этом нет ничего предосудительного, ты понравился мне, и, если заметил, стал моим первым мужчинам. По древним обычаям мы можем сделать это с гостем, который придет однажды, а потом уйдет и забудет произошедшее навсегда.

— В этом есть логика, — на самом деле в этих краях, где племена жили весьма обособленно, такой обычай имел смысл, тут и обогащение генетического фонда, и предупреждение возможных конфликтов, одно дело, если у женщины несколько партнеров в одном ауле, другое, если мимолетная связь была, но уже никогда не напомнит о себе.

— Поэтому подруги с пониманием отнеслись к моему желанию, мне из-за статуса найти мужчину не так-то просто, а ты достаточно благороден и лишь гость в Манчжурии, — призналась Эглена, — Сразу предупрежу ни отец, никто из племени не в курсе произошедшего.

— Ммм… что изменилось сегодня? — перехожу к главному вопросу.

— Инцидент с Амбой связывают с неким пророчеством, его содержание знает только Урангкай и может быть три-четыре его самых верных соратника, так что могу только догадываться, но как вариант отец может думать, что мы по итогу обручимся, — ответила девушка, — Так что мимолетная встреча может обернуться проблемой для тебя, а если узнают, что мы спали, то это усугубит ситуацию, поэтому пришла одна, чтобы предупредить и расставить точки над «и».

— Принято, благодарю, — Эглена честна со мной и втемную не использует, за это ей отдельное спасибо.

— Ты спас мне жизнь, я твой должник, — по-взрослому произносит лучница и, подарив на прощание поцелуй, выскальзывает из юрты.

Нда… блин, сегодня придется воздержаться.

— Господин, к вам можно? — не успел расстроиться, как в дверях появилась парочка вчерашних нимф, скучать не придется…

* * *

Вождь Юэйчжэний неожиданно получил информацию из ставки Орочонов в ту же ночь, причем ее носитель сам пришел в лапы к безопасникам племени. Дело в том, что кровный отец Эглены когда-то был близким товарищем и даже родичем Цзайфэна. В детстве два принца часто играли вместе, гостили в семье Патриарха, ведущего свой род от одной из младших ветвей правящей семьи Айсиньгьеро. Однако Дом Золотого Рода угас, не оставив наследников, но среди прочих равных бэйлэ Абахай оказался выше других.

Мало того юный лидер был силен физически, одарен как лучший из шаманов, приветлив и хорошо собой. Князя любили и хотели, чтобы он подхватил упавшее знамя Нурхаци Великого! Старейшины племен раз за разом обсуждали кандидатуру преемника Патриарха и большинство склонялось к тому, чтобы возложить корону на голову Абахая. Все это неожиданно вызвало жуткую зависть в сердце Цзайфэна. Вождь считал себя незаслуженно обделенным вниманием, ведь он в тренировочных схватках побеждал бэйлэ семь раз из десяти.

Только богатство рода и происхождение возвысили одного товарища над другим. Обида росла и, как не парадоксально, чем добрее был Абахай к своему другу, тем больше крепла его ненависть. Юный Цзайфэн считал, что бэйлэ относится к нему свысока, снисходительно и в дружеских уступках видел только пренебрежение и жалость. Но последней каплей стал выбор красавицы Гундай, которая одно лето провела в кочевье соседнем с юэйчжэнями, а руку и сердце в итоге отдала более перспективному князю.

Может быть все было не так, а мать Эглены просто влюбилась в обаятельного Абахая, но вождь во всем видел расчет, борьбу за власть и политику. Надо сказать, что на самом деле союз бэйлэ и дочери наследницы племен Чаньбошаней делали князя самым могущественным государем Манчжурии, а если добавить давние связи с Орочонами, то никто не смог бы противиться воцарению Абахая на троне Айсиньгьеро. Тогда Цзайфэну пришлось бы довольствоваться даже не вторыми, а третьими ролями до конца своих дней. Амбициозный ревнивец допустить такого не смог и начал действовать.

Сигналом к атаке стало то, что старейшины родов передали Абахаю древние реликвии, ходили слухи, что их обладатель может получить силу одного из полководцев непобедимой «Восьмизнаменной армии», во главе которой Нурхаци в свое время захватил весь Китай! Так что у тех, кто не желал воцарения бэйлэ осталось совсем немного времени. В первую очередь Юэйчжэни заручились поддержкой Шуньфонгов, недавно прибывших в Манчжурию и не желавших подчиняться какому-то вновь испеченному царьку. Потом на заговорщиков неожиданно вышли представители Коре…

Теперь, имея за собой реальную силу, Цзайфэн должен был лишь убрать князя. Он на правах друга пришел к нему в дом, естественно охрана не стала обыскивать того, кого почитали братом. Коварный юэйчжэнь вызвал Абахая на тренировочный поединок, тот с радостью согласился размяться. В итоге доверчивый бэйлэ был убит, Гундай, не простившая врагу смерть мужа, покончила жизнь собой, но перед смертью сумела переправить дочку в дом Орочонов. Беда в том, что доподлинно никто так и не узнал истинной причины смерти претендента на трон Айсинь Гьеро, и многие до сих пор считали вождя верным соратником покойного…

В суматохе, когда Шуньфонги и роды хангуков стали громить остатки клана Абахай, затерялось древнее оружие полководцев Нурхаци. Цзайфэн, демонстративно не принимавший участие в избиение обезглавленного рода, объявил потерянное реликвиями юэйчжэней, обещал награду, и даже запустил слух о том, что вернувший артефакты может претендовать на главенство среди потомков правящего дома Айсиньгьеро, но, несмотря на все ухищрения, так и не смог найти ключи к могуществу «Восьмизнаменной армии».