Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ) - Медведская Евгения - Страница 54

Ртиа была другой. Варго принял ее удовольствие как дар. Оно имело ценность. Мало того, прилив возбуждения был таким сильным, что парень сильнее натянул ее на себя, заливая дырочку спермой.

Он вспомнил, что после секса надо обнимать и целовать девушку. Они улеглись на одеяле, закинули друг на друга руки и ноги.

– Ты мне нравишься, – сказал Варго и залился краской.

– И ты мне, – ответила Ртиа. – Я начала привязываться к тебе.

Варго вдруг перетащил ее на руки и вскочил, покачивая:

– Неужели правда? Ртиа, я же не наговорил глупостей? А можешь рассказать мне, что тебе не понравилось? Знаешь, я ужасно глупый, не додумался узнать… Ведь, наверное, есть вещи, которые тебе не хочется делать. Я ни за что не буду повторять то, что тебе не нравится. … Ты же такая… Такая чудесная… Такая особенная… Девочка из книжки, которая может говорить стихами. А как тебе мои? Мы должны все это обсудить.

Он поцеловал ее и закружил по сараю, не давая ответить.

– Правда, нравлюсь? Скажи снова!

– Нравишься, – Ртиа рассмеялась, потому что он был забавным.

– Ртиа, а как ты думаешь, мы могли бы попробовать встречаться?

– Я не встречаюсь с теми, кто обещает меня выпороть, – выпалила девушка, задирая нос.

По лицу Варго побежала тень самого настоящего страха. Он вскинул на нее глаза и очень серьезно посмотрел:

– Знаешь, Ртиа. Я обещаю тебе, что ни за что не трону. Никакой порки. Я просто в книжке читал, что так надо, но мне не хочется с тобой такого делать.

– Сожги эту книжку, – мстительно попросила она.

– Сожгу, только не надо на меня так смотреть!

– Но знаешь, нашей любви может помешать кое-что.

– И что же?

– Моя смерть, – незначительным тоном ответила она.

– Что? – вскричал парень. – Почему?

– Потому что Даримора не просто так отправила меня из замка. Если я не выполню ее требований, то умру. Но я решила пойти против ее воли. Есть другой способ. У меня есть план, только надо немедленно выезжать. Кроме этого, ты должен дать моему телу право пользоваться магией.

– А ты ей владеешь? – удивился лесник.

– Мне досталось немного воспоминаний предыдущих душ. Думаю, что все получится, – солгала Ртиа.

«Умница», – подбодрила ее Селена. – «Работает. Он совсем размяк после вашего секса».

– Я не допущу, чтобы ты пострадала. Что мы должны сделать?

– Расскажу по дороге, – улыбнулась Ртиа.

Айдвариан

Руки Лании скользили по его голове, успокаивая и утешая. Она слышала, как он странно дышит. Лорд набирал побольше воздуха, замирал на задержке и затем очень долго выдыхал. Движения легких подчинялись сложному ритму, в котором все же была закономерность.

Бывшая рабыня вдруг почувствовала к нему бесконечное уважение. На ее памяти никто не мог противостоять внушенным Дариморой желаниям. На взгляд Лании, лорд не должен был так стараться. Его никто бы не осудил, над ним, как ей казалось, никакой власти не было. Если охранник в замке подчинялся коменданту, а комендант – управлению тюрем, то правитель стоял на вершине. Если он так упорно оберегал ее от себя, сражаясь со тьмой, подселенной в его душу, то какой же должна была быть его неуклонная воля?

Ладонь мужчины переместилась на ее бедро, сжала ягодицу. Он тихо простонал, напряженный орган ощущался своей твердостью через одежду.

– Спрячься в клетке, – прошептал он, в очередной раз борясь с собой. – Как только выйду вон, выбеги и запри всю камеру. Не открывай, обычно это длится не более трех дней.

Лания покачала головой.

– Мне надоело бояться. Скажи честно, я никогда не увижу свет солнца, да? Ты убьешь меня здесь?

Айдвариан скривился, будто бы у него болел зуб:

– Я пытаюсь этого не делать.

– А если я поклянусь никому не говорить? Если я уеду далеко-далеко, в самую далекую страну? – с надеждой спросила она.

– Мы оба понимаем, как серьезно попали, – сказал лорд. – Обычно, когда я… не в себе… я меняю внешность, ухожу порталом и покупаю любовь. Никогда не заходил слишком далеко, но в тебе много магии Темной. Она сливается с тем, что ведьма оставила во мне. Я хочу крови.

Он впился зубами в ее плечо, вызывая отчаянный крик. Было похоже на опьянение. Рука дернулась к горлу девушки, сжала. Айдвариан придавил ее своим телом, выхватывая из-за пояса острый клинок. Лания завизжала. Она обещала себе быть сильной и пережить достойно каждое его действие, но глядя, как к ней приближается рука, сжимающая оружие, потеряла всякую смелость. Нож вонзился в подушку рядом с головой.

– Боги, помогите мне, – прошептал лорд, хмелея от ее ужаса.

Его ноздри двигались, улавливая запах страха. Хотелось добавить к нему металлический аромат крови.

– Не тяни уже! – взвилась Лания.

– Мне решать, – ухмыльнулся Айдвариан, меняясь в лице. – Если ты думаешь, что это будет быстро и легко, то нет. Я желаю…

Он замолчал, снова убирая тьму под контроль.

– Немедленно расскажи мне о себе, – проговорил он. – Отвлеки. Я не могу уйти. Надо было прятаться, когда я еще владел собой. Теперь не могу оторваться от тебя. Давай же, стань в моих глазах чем-то большим, чем женское тело.

Лания подняла на него взгляд:

– Мне было шестнадцать, когда не стало мамы. Отец имел лавку и ушел в работу с головой. Мой младший брат очень страдал. Каждый вечер плакал. Я приходила в его комнату и пела, пока он не засыпал, а потом плакала сама.

– Я тоже рано потерял мать. Но это не было больно. Я почти не знал ее – моим воспитанием занимался целый штат компетентных специалистов.

– Что могло произойти с госпожой из высокой семьи? – удивилась Лания.

– Она погибла в путешествии. Несчастный случай. А твоя?

– Внезапно умерла. Остановилось сердце.

Боль в глазах сблизила их, отдалила тьму.

– А как ты попала в рабство? – спросил Айдвариан.

– Просто, – губы девушки презрительно скривились. – Меня выбрали, видимо, за внешность. Ко мне втерлась в доверие вербовщица, убедилась, что я уязвима, одинока, бедна, беззащитна. А затем я выпила зелье из ее рук.

– Да, это важно, – подтвердил лорд. – Его надо принять добровольно. Но почему ты оказалась не в борделе?

– Понравилась одному богачу, – пожала плечами Лания. – Я даже сначала обрадовалась, что у меня будет один хозяин, а не бесконечная вереница мужчин. Но нормальные люди не хотят иметь рабов – конечно же, он был редкой тварью, не достойной называться человеком.

– Скажи его имя, – прорычал Айдвариан, не понимая своей реакции.

Лания столкнулась с ним глазами:

– Зачем?

– Принесу тебе его голову, – хмыкнул правитель. – Хочешь такой подарок?

Девушка задумалась, вспоминая несколько месяцев рабства.

– Сарин Тулери. Но я никогда в жизни не хочу видеть его лицо. Даже мертвое, – сказала она, утихомиривая яростное дыхание. – Перед тем как убить его, отруби ему руки и член. И не надо приносить это мне. Скорми собакам на его глазах!

Айдвариан задумался и по его лицу расплылась улыбка.

– Хорошо, – наконец, промолвил он. – Я прикажу это сделать. Тем более, что не помню такого имени, а значит, он не из высоких семей.

– И если у него есть другая рабыня…

– Освободить? – усмехнулся Айдвариан, предвосхищая ее мысль.

Она кивнула.

– Обещаю, – выдохнул он.

Его рука выдернула нож из кровати и спрятала обратно в ножны. Губы приблизились к ее губам, и последовал новый поцелуй. В этот раз Лания не боролась. Айдвариан тронул в ней что-то своим самоконтролем и сочувствием, выделился из всех, кого она знала, тем, как противостоял тьме.

Так и она когда-то сопротивлялась действию рабского зелья. Хоть в ней магии не было, но она уперто восставала против приказов Сарина. Ее сознание отличало собственную волю от действия «волшебных ночей».

В чем-то они с Айдварианом были в одной лодке. Лания впервые вспыхнула от мужских ласк, от грубых и жадных поцелуев. Ее руки обняли его за шею.