Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ) - Медведская Евгения - Страница 27

– А мне… Мне скучно, когда ласки… традиционные. Может быть, поэтому Антари не получил меня в постель. Я боялась, что разочаруюсь в нем и отменю свадьбу. Но была надежда, что мужа я буду воспринимать иначе.

– Как я любить и уважать жену за факт того, что она – жена.

Беатрис потянулась к его лицу, коснулась щеки и застыла, подчиняясь силе рук, которые сгребли ее в охапку.

– Но я продолжал любить тебя. Не вытравить, не заменить, – он медленно перекатился на нее, грубо удерживая за волосы и не давая пошевелиться. – Скажи, мы расстались, потому что я запрещал тебе есть в библиотеке?

Беатрис посмотрела в сторону.

– Тар, мы не будем об этом говорить.

Он раздраженно выдохнул.

– Будем. Обязательно будем. Я должен знать, что было не так.

– Не хочу, – она спрятала глаза.

Она не собиралась признавать неприятную правду – когда она ушла, то не почувствовала такой желанной свободы. Сколько девушка ни пыталась убедить себя, что причины расставания были обоснованы, что их ссоры время от времени были ужасными, или что просьба не капать чаем на древние книги была жутким ограничением ее прав, это было не так. Беатрис лишь спустя месяцы осознала, как глупо было его терять. Но в тот момент она завела нового парня, успела с ним переспать, разочароваться, бросить и после такого уже нельзя было отступить. Как-то неправильно было возвращаться. И хоть девушка и говорила о том парне во множественном числе, но больше она не ввязывалась в отношения, не из-за Эритара, которого вычеркнула, как невосполнимую потерю. Просто была разочарована.

– Как хочешь. Для меня это было…

Он задумался и вместо продолжения лишь склонился к ней и поцеловал.

– Теперь, когда все зависит от меня, я больше не допущу ошибок и не позволю тебе их совершать. Теперь ты никуда не денешься. Никуда, слышала?

Беатрис всхлипнула.

– Если это так важно для тебя, то библиотека в твоем распоряжении. Прикажу поставить там чайник, чтобы ты далеко не ходила за второй кружкой, печенья пожирнее. После тебя осталась куча пятен в книгах, но я был готов все отдать, чтобы появились новые. Это бы значило, что мы снова вместе.

Она кивнула, не отвечая. Ей было безумно хорошо.

– Ты не ответил на мой вопрос, – как можно безразличнее сказала она. – У тебя же была не только жена. С остальными ты играл?

– Да.

Беатрис ударила его в бок, вызывая смех.

– Этой плетью не бил, если тебе важно, – добавил он. – Игрушка не для первого раза.

Беатрис поежилась, вспоминая и смакуя ощущения. Ей хотелось видеть то, что видел он. Смотреть со стороны на свое извивающееся от боли тело. В зеркале ей не удалось ничего разглядеть. Лишь урывками. Мысли были сосредоточены на другом.

– Все, что касалось других – выкини, – приказала она.

Он засмеялся.

– Беатрис, ты точно правильно понимаешь свое положение? Я не про дурацкое заклятье. Нет. Я про то, что я, вроде бы как главный. И приказываю тоже я. И плеть, обычно, у меня в руках – об этих важных вещах.

Она рассмеялась.

– То, что ты выбрал такую как я, с таким характером и манерами, о многом говорит, – заметила она. – Может быть тебе тоже хочется подчиняться. Иногда. Хочется в чем-то отпускать контроль и чувствовать, что твоя пара – не просто покорная игрушка.

Эритар задумался.

– Возможно. Но есть риск, что я тебя сломаю.

– Посмотрим, котик, – она без страха подняла на него глаза.

Он почувствовал в них отклик, что мгновенно отозвалось ликованием в сердце.

– Большой котик, – он вспомнил их разговор. – Намного больше обычного.

Беатрис затряслась под ним, улыбка хитро подняла ее сомкнутые губы, припухшие от поцелуев.

– Мальчики всегда озабочены размерами. Не думала, что даже с котиками это важно. А котик большой в следствие породы? Или просто жирненький?

Они оба рассмеялись. Смех разбил их напряженную позу, готовую в любой момент перейти в жаркое соитие. Лед ломался. Беатрис отпускала свои страхи. Как раньше ничего уже не станет, но и страшного ничего не произойдет. Она снова верила ему.

– Тар, мне бы забрать свои вещи, – сказала она, наконец. – Твой вкус отличается от моего.

Он посерьезнел и покачал головой.

– Нам надо поговорить. В том числе и о том, почему ехать к тебе сейчас нельзя, как и выходить из моего дома.

Беатрис кивнула.

– Запрешь меня? – холодно поинтересовалась она.

– Оденься, – велел он. – Лучше молча, а то наговоришь ерунды и будешь потом сверлить меня виноватым взглядом, забыв слова «прости», «я не так поняла», «спасибо», ну и прочие мелочи, относящиеся к вежливости и дружелюбию.

Беатрис обняла его, коснулась губами жесткой щеки, а сползая с кровати, долго вела по его руке, не желая разрывать контакт. Чтобы она не говорила, действия были красноречивее. Он не дал ей уйти, сжал запястье, потянул на себя и вернул в постель.

– Чуть позже оденешься, – прошептал он, укладывая ее на подушку. – Мне всегда тебя мало.

Беатрис вспыхнула, вцепилась в его плечо и волосы до боли. Когда она почувствовала его плоть, готовую ворваться в тело, тишину разорвал умопомрачительный стон. Их секс больше напоминал борьбу и не ясно было, кто на кого нападает. Сейчас силы были почти равны, потому что девушка вовсю пользовалась освобожденной магией. Они сплелись в клубок, меняя позы и положение в поисках максимального удовольствия, пока всякая мысль не покинула голову, оставляя только восхитительные движения тел.

Как веселятся девочки

Беатрис застегнула блузку на последнюю пуговицу и улыбнулась. Эритар впервые видел ее такой. Вернее, он видел ее такой впервые с момента как принес бесчувственной в свой дом той нехорошей ночью.

– Красивая, – сказал он.

– Я знаю, – высокомерно кивнула девушка, расплываясь в улыбке. Эритар тоже улыбнулся ей, понимая, что делает это не только губами, но и глазами, и сердцем. Она за эти дни так вписалась в ее жизнь, будто бы и не было перерыва.

– Поговорим здесь или наверху? Слуги сюда не ходят и нам не подадут еды.

– Возмутительно! – рассмеялась Беатрис. – Без еды я отказываюсь.

– Распорядиться накрыть в библиотеке? – он поддержал шутку.

– В библиотеке я ем одна, – покачала головой Беатрис.

Эритар закрыл лицо ладонью.

– Хорошо, я прикажу подать в гостиную и сам схожу за едой, – наконец, решил он. – У нас настолько секретный разговор, что я предпочел бы не болтать даже при своих людях.

Поздний ужин появился на столе. Беатрис буквально набросилась на еду, бокал вина выпила залпом. Эритар наблюдал за ней и наслаждался. Все обрело смысл, все стало таким прекрасным. Его накрывал туман. Но были нюансы и пора было их обсудить.

– Сейчас, когда твой разум почти в порядке, я бы хотел знать, что ты помнишь из последних, перед нашей встречей, событий.

– Почти ничего, – вздохнула она. – У меня был девичник. Айана предложила организовать его. Все было устроено ею. Мы праздновали в закрытом баре, девочки встретили меня магическими коктейлями, потратились на роскошные украшения. Было много шуток – про жениха и невесту, шар, который лопаешь и узнаешь цвет платья, фотографии, подарки, неприличные истории.

Эритар кивнул. Он наблюдал за всем этим. Хотел подойти, но передумал, остался в тени и это спасло Беатрис от большой беды.

– Потом Айана сказала, что есть еще один сюрприз. Только для меня. Девчонки частично разошлись. Мы с ней были вдвоем. Она принесла два коктейля, выпили и дальше я не очень хорошо помню.

– Она вывела тебя из бара, посадила в машину и повезла из города. А я поехал за вами, – продолжил Эритар. – Не знаю, зачем это делал. Меня что-то дернуло. Было странно, что ты так накидалась, за тобой не водится. Странно, что не поехала домой. Странно, что через квартал подобрали двух мужчин. Я укрыл себя магией и ехал незамеченным, пока вы не остановились на загородной дороге. Тебя вытащили из машины, а затем бросили в багажник. В салоне осталась только Айана и мужчины. Я вышел из тени. Пришлось драться, убил их на месте, тела испепелил, пока справился, она вколола тебе яд.