Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ) - Медведская Евгения - Страница 11

– Белье можешь больше не носить, – прошептал он. – Нет смысла. Ты меня знаешь.

– Знаю, – лишь тихий шепот в ответ.

– Вернее, я подарю тебе то, в чем хочу видеть.

– Боюсь представить.

– Почему же? Почувствуешь себя униженной?

Беатрис рассмеялась.

– Нет. Кончу раньше, чем ты в меня проникнешь.

От смеха голова шла кругом. Руки сами тянулись к ее телу. Он развел ее ноги и вошел пальцами в лоно. Беатрис дернулась, почти плача. Стоны переходили в рыдания, тело извивалось. На каждое его движение она реагировала так, что можно было забыть себя.

Эритар заткнул ей рот поцелуем.

– Я хочу одного, – прошептал он. – Скажи, что любишь меня. Соври, но скажи.

– Я люблю тебя, хозяин, – ответила она, поднимая на него максимально покорный взгляд.

– Жестокая, – его глаза полыхнули огнем.

Беатрис освободила одну руку и коснулась его щеки:

– Тар, – хрипло позвала она, наслаждаясь его ласками, – прости.

Он остановился и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Я люблю тебя, Тар, – прошептала она, глядя прямо на него.

Он уже пожалел, что заставил ее так сказать, потому что чувства, вызванные этими словами, были мучительными. Слышать и становиться от этого счастливым. Слышать и понимать, что это ложь… Он убрал руку от ее нижних губ и вошел резко. Движения его тела были сильными, жесткими. Слова, которые он заставил ее произнести, стояли в ушах звоном. Ему не было дела до правды. Попросил – она сказала и то, что он чувствовал теперь было наслаждением, почти счастьем. Потому что убедить себя в этом было легко. Пусть не настоящее счастье, но оно было. Эритар имел ее на своей постели, мог удержать, мог больше никогда не отпускать. Мог заставить любить.

Сейчас его ладонь захватывала только одну ее руку, вес приходился на нее. Стон боли дал ему понять, что еще немного и девушка получит травму. Отпустил совсем. Наслаждение было настолько острым, что он полностью сосредоточился на движениях в ее покорном теле. Память подкинула картинку, как Беатрис опустилась на колени и посмотрела своими огромными и возбужденными глазами. Еще будет время сделать с ней что угодно. Все, что придет в голову, а сейчас только жадные движения, бешеное наслаждение, раскрашенное взаимными стонами, переплетением рук и ног. Поцелуями, судорожными касаниями губ, ласками, переходящими в болезненные укусы, захваты, шлепки.

– Мое имя, – шепнул он.

– Зачем? Ты его забыл? – Беатрис была собой даже в такие минуты. Ее голос плыл от страсти, она лежала под ним распластанная, забывшаяся, но умудрилась и тут проявить характер.

– Хочу убедиться, что ты со мной, – прорычал он.

– Тар, – ответила она. – Это ты – мой Тар. Я – твоя Беатрис.

Он вошел в нее сильнее, чем следовало, заставляя ее упереться в плечи, попытаться отодвинуть бедра. Лишь усмехнулся этой попытке.

– Руки за голову, – прошептал он. – Еще раз коснешься меня, и я лишу тебя возможности ими шевелить на сутки.

Ответом был стон, переходящий в крик. Беатрис успела выполнить его приказ, затем тяжело задышала, повернулась к нему.

– Тар, – сорвалось с губ.

Взгляд застыл, останавливаясь и устремляясь в глубину его глаз. Тело тоже замерло. Мужчина почувствовал, как напряглись ее мышцы, легкую пробежавшую дрожь. Волоски на коже чуть заметно приподнялись. Он знал, что это значит. Продолжал врываться в ее тело, сохраняя нужный ритм. Ее грудь приподнялась, умоляя о поцелуях. Мужчина чуть склонился и вобрал сосок в рот, перекатывая его губами.

– Тар, – выдохнула она, уплывая.

Он лег на нее, позволяя ей впиться зубами в плечо. Оргазм вошел в полную силу. Глухие вскрики сочетались с жарким шепотом и укусами. Беатрис смотрела в пустоту и дрожала.

Еще несколько рывков и он тоже был готов присоединиться к удовольствию.

– Моя, – прошептал Эритар. – Моя.

Его руки вцепились в тело до синяков, не давая сдвинуться или поменять положение, пока он кончал.

Беатрис почувствовала, как он выходит из нее и обнимает. Она сжалась, подтягивая колени к груди. Было прохладно. Тут же сверху опустилось покрывало.

– Прижмись ко мне, – попросил Эритар.

Беатрис выполнила просьбу. Наслаждение было настолько сильным, что мышцы продолжали сокращаться. Тело потрясывало.

– Ты собирался заставить меня ждать, – сказала она.

– Не получилось, – вздохнул он. – Я такой дурак, что снова говорю это, но Беатрис, я люблю тебя. Прости, что сделал тебя своей так. Я хочу больше, чем может дать это заклятье.

– Тогда отпусти, – без всякого выражения сказала она.

– Только если ты не уйдешь, – он зарылся лицом в ее волосы.

– Я уйду, – одними губами сказала она.

– Значит все останется так. Уйти ты не сможешь, – припечатал Тар. – Будешь моей, сколько захочу. Вечность.

Беатрис промолчала. Сейчас ее эмоции были на пределе, а коктейль гормонов в крови выворачивал сознание. Его слова такие собственнические и бескомпромиссные звучали музыкой. Возможно, искры любви в ее душе не так уж сильно угасли, как казалось.

На другой стороне

– Они должны были уже прибыть, – мужчина властно отдернул тяжелую штору и выглянул в огромное окно. Верхняя часть была витражом, пропуская в кабинет разноцветные блики, но и нижней хватало для достойного обзора.

– На дороге по-прежнему никого. Связи с Айаной нет, – доложил слуга.

– Почему? Маршрут их следования изучили? Айана решила нажиться?

– Изучают, господин.

Мужчина несколько раз обошел кабинет по кругу. Подошел к столу, посмотрел на разложенную карту, затем на план какого-то здания. Важная деталь привлекла его внимание.

– Иди вон, придешь, когда будут любые новости. Надеюсь, девушка будет здесь уже сегодня.

Беатрис для него ничего не значила, но для его целей это было не важно. Он открыл фотографию, еще раз рассматривая обнаженное фото своей будущей рабыни. Приятно было заполучить такую. Красивую, гордую в начале. Сломленную и растоптанную в конце. Он предвкушал, как поимеет ее, наиграется, отдерет во все щели, как только хватит сил. Ну а затем получит то, что желал. То, что чуть важнее плоти рабыни.

Нет, не стоило преуменьшать его цель.

Это было намного важнее новой задницы в доме.

– Господин, думаю, что девушку выкрали. Найдены следы борьбы, на месте кровь Айаны. Скорее всего, обе в чужих руках. Возможно, ее жених…

– Проверить. Найти. Теперь все будет очень сложно. Ох не вовремя же ты собралась замуж, сучка Беатрис.

Мужчина задумался. С Антари можно было справиться. Мальчишка любил ее, но шансы были. Надавить с умом и дело в шляпе.

Рука схватила со стола несколько вещей.

– Машину, – приказал он подручному и вышел, накидывая на плечи плащ.

Темный подвал

Печаль залила пол. В случае с пленницей это была не метафора. Чувства выплескивались из нее как вода из худой посуды. Наступить в них было опасно. Робкая служанка как могла перепрыгивала темные лужи.

– Госпожа, – позвала она. – Я принесла еды. Пощадите.

– Конечно, рабыня. Иди спокойно. Я не трону.

Рамиса, вернее та которую так называли, прыгнула через очередную лужу, понимая, что горячий чай льется по подносу.

– Испортишь мой завтрак, дряааань? – взвизгнула пленница.

Почему они оставили ее такой опасной, почему не блокировали силы? Рамиса не знала этого.

– Вот, госпожа. Спасибо, что убрали лужи, госпожа.

Рабыня склонилась перед ней.

Женщина повернула к ней свое невероятно красивое лицо и очень холодно улыбнулась.

– Ложись на пол, – приказала она. – Буду есть, только пока мои ноги стоят на твоей спине.

Рамиса поставила блюдо на стол и опустилась на колени перед пленницей, затем легла животом на каменные плиты, позволяя поставить на себя узкие стопы. Тьма разошлась в стороны и колебалась в неприятной близости от лица рабыни.

– Хорошо, – женщина принялась за еду.